Дамские пальчики
Шрифт:
Лена снова всхлипнула и отрицательно покачала головой.
– Вот и закончилась моя сказка о Золушке, – прошептала она.
– А мы-то ему зачем понадобились? – спросила я после паузы. – Не просто так он пригласил нас в это пафосное место, не для приятной компании.
Лена пожала плечами.
Алекс вернулся довольно быстро. Он был оживлен, обаятелен, как всегда, но мне показалось, что в этот раз он смотрит на меня и Ириску изучающе, словно в уме просчитывая что-то. Принесли закуски и шампанское. Алекс произнес тост за «очаровательную маму». Мы с радостью поддержали. Лена пила исключительно сок. Она уже успокоилась и смотрела на Алекса с обожанием. Он легко перескакивал с одной темы на другую, шутил, старался казаться беззаботным. Но, несмотря на это, напряжение нарастало, и казалось, что все чувствуют это.
– Мне очень приятно общаться с такими милыми и умными девушками, – сказал Алекс примерно через час нашего заседания в имперской ложе.
Это звучало, как вступление нобелевской речи, и мы сразу замолчали. Алекс вновь поднял бокал и кивнул нам. Выпив, мы снова пристально на него посмотрели. Он неприметно улыбнулся.
– Если вы хотите что-то сказать нам, то не тяните, – первой не выдержала Ириска. – Дело ведь не в приятных посиделках с умными девушками, как вы сейчас выразились, а в беременности Лены. Так? Только не понимаю, при чем тут мы с Олей, – добавила она и сурово на него посмотрела.
Алекс весело рассмеялся. Его глаза блестели, лицо разрумянилось.
– Как просто общаться с простыми людьми, – заметил он, – я всегда испытываю от этого удовольствие. Да, милая Ирина, вы не ошиблись. Когда я пригласил вас сюда, то, прежде всего, думал о душевном спокойствии Лены. Вначале хотел собрать вас у себя за городом, но дела задержали меня в Москве.
– Это мы поняли, – сказала Ириска, видя, что он замолчал. – Дальше?
– Ира, вам нужно было выбрать профессию юриста, а лучше прокурора, – усмехнулся Алекс.
– Просто время позднее, у нас у всех семьи, – хмуро ответила Ириска, – а вы тут кота за хвост тянете, все сказать не решаетесь. Хоть бы Лену пожалели! На ней уже лица нет.
Алекс сразу стал серьезным и как-то подобрался, словно перед прыжком.
– Дело в том, что я решил прервать отношения с Еленой, – сказал он ровным тоном и опустил глаза. – Знаю, как женщины болезненно реагируют на подобные заявления, поэтому решил, что скажу это в присутствии ее ближайших подруг. Вы сможете успокоить ее, так как волноваться ей сейчас нельзя. Сами понимаете, что ребенок будет полностью и всем обеспечен. Это даже не обсуждается. Но принять на себя какие-то отцовские обязанности, а тем более зарегистрировать наши отношения я не могу по ряду причин, которые озвучивать не собираюсь.
Мы потеряли дар речи и с испугом глянули на сильно побледневшую Лену. Все это выглядело как-то уж очень подло, хотя многие матери-одиночки, я думаю, позавидовали бы Лене. Но мы-то знали, что Лена и сама в состоянии обеспечить и себя, и ребенка. А вот чисто эмоциональная поддержка в такой период женщине необходима, и никакие деньги не в состоянии компенсировать это.
– Я думаю, что вы все достаточно умны и не будете устраивать мне сцены, – сказал после паузы Алекс. – Вы должны понимать, что если такой человек, как я, что-то решает, то это не обсуждается.
– Это почему? – раздраженно поинтересовалась я. – А не честнее ли, господин хороший, объяснить и Лене, и нам, если вы уж решили пригласить нас сюда, ваше решение? Не находите?
– Оля, не надо, – слабым голосом попросила Лена. – Пусть как хочет. Все равно я никогда не стремилась замуж, вы же знаете. Я люблю только свою работу, а все остальное не имеет значения.
– Видите, Елена сама не хочет выяснять отношения, – улыбнулся Алекс.
– И зря! – воинственно заявила Ириска. – Это не по-людски! Сделал ребенка – и в кусты! И еще мнит себя настоящим мужчиной!
– Эй, полегче! – сказал Алекс, и его глаза сузились.
– А то что? – начала входить в раж Ириска. – Пулю в лоб? Так у вас, богатеньких, все решается, да?
Я увидела, как Лена вздрогнула и с испугом глянула на Алекса. Но он вдруг засмеялся.
– Вы действительно уникальные девушки, – сказал он. – Не лебезите, хотя сами из среднего класса, не заискиваете и даже не боитесь. Знаете, дорогие мои, я ведь не так свободен, как это кажется. Мой статус накладывает вполне определенные обязательства и несет вполне определенные угрозы. И привязываться к кому-то, создавать семью, любить и из-за этого стать уязвимым для меня слишком большая роскошь. Парадокс, не правда ли? Я, один из богатейших людей страны, не могу позволить себе просто любить женщину. И я решил отказаться. Это, прежде всего, в интересах самой Елены и нашего малыша. Поверьте на слово. Больше я вам ничего не могу сказать.
Алекс встал.
– Понимаю, что вам нужно перемыть мне косточки, поэтому удаляюсь. Леночка, шофер доставит и тебя, и твоих подруг домой.
Он нежно поцеловал ее, распрощался с нами и ушел. Лена почему-то сразу успокоилась и даже начала улыбаться.
– Туману тут напустил! – проворчала Ириска. – Я так ничего и не поняла. Но, по-моему, он тебя, Ленка, по-своему любит.
– Не знаю, – ответила Лена. – Но, действительно, последнее время Алекс стал немного нервным, хотя тщательно скрывал от меня, что происходит. Кто его разберет, что там у них за дела! Но факт остается фактом: я снова одна.
– Не одна, а с ребенком, – улыбнулась я. – Это для тебя благо!
Лена вдруг истерично рассмеялась. Мы замерли, глядя на ее покрасневшее лицо.
– С двумя, – сказала Лена, когда успокоилась. – У меня будет двойня! Но Алекс об этом так и не знает!
В наше время многие стремятся обеспечить себе достаточно высокий уровень образования, занять высокое общественное положение, сделать удачную карьеру и обеспечить достаток своей семье, поэтому переносят рождение ребенка на более поздние сроки. И если, скажем, в девятнадцатом веке оптимальный возраст для первых родов считался 16—18 лет, то наши современницы предпочитают рожать после 30.
Но врачи не устают повторять, что обзаводиться потомством лучше в молодом возрасте, когда организм обладает максимальной силой и устойчивым иммунитетом. Идеальным для женского организма является следующий ход событий: в 12—14 лет у девочки начинаются менструации, приблизительно в 18—19 лет – половая жизнь и около 22—24 лет происходят первые роды. Как раз в этот период гормональный уровень является оптимальным для вынашивания потомства. Но в наше время тотальной сексуальной революции акценты сильно сместились. Среднестатистическая девочка начинает заниматься половой жизнью практически вслед за появлением менструаций, а иногда и до их появления. А первые роды у многих происходят в 30—35 лет. Вообще же идеальный возраст для зачатия ребенка варьируется от 22 до 30 лет. Но жизненные обстоятельства не всегда соответствуют идеалу.
Какие осложнения ждут женщин, решивших рожать после тридцати? Многие из них уже имеют различные приобретенные заболевания, которые могут осложнить течение беременности и отразиться на здоровье матери и будущего ребенка. Так, например, если до беременности у женщины иногда наблюдались головные боли, то во время вынашивания плода может выясниться, что они связаны с периодическим повышением артериального давления. Такие подъемы могут приобрести регулярный характер. Осложнить беременность могут эндокринные заболевания (заболевания щитовидной, поджелудочной и других желез внутренней секреции), имевшиеся еще до беременности. Так, после 40 лет повышается риск развития сахарного диабета беременных, а при наличии этого заболевания еще до беременности можно ожидать ухудшения состояния и прогрессирования болезни. Часто первые признаки не проявлявшей себя ранее болезни обозначаются именно во время беременности.
Не стоит забывать, что чем старше женщина, тем больше половых партнеров могло быть у нее в течение прошедших лет. Это значит, что с возрастом увеличивается риск приобретения заболеваний, передающихся половым путем, в том числе генитального герпеса, хламидиоза, остроконечных кондилом, цитомегаловируса. Женщина может и не подозревать о наличии у нее подобных заболеваний, так как некоторые из них протекают бессимптомно. Но так как во время беременности иммунные силы организма находятся в угнетенном состоянии, что охраняет малыша от возможной иммунной агрессии, то в этот период более вероятно обострение инфекционных заболеваний.
Кроме этого, с годами изменяется строение внутренних половых органов. У молодых женщин ткани эластичные, но с течением времени изменяется структура коллагеновых и эластиновых волокон, которые обуславливают достаточную плотность и растяжимость тканей. В результате уменьшается способность матки удерживать и вынашивать зародыш, и риск выкидышей с каждым годом все увеличивается.
В течение детородного периода жизни женщины происходит постепенное расходование запаса фолликулов в яичниках. В каждый менструальный цикл созревает 1 яйцеклетка, но имеющиеся фолликулы не остаются неизменными, в них происходят процессы старения, так же как и в других тканях и органах человека. Эти процессы в первую очередь отражаются на состоянии хромосомного набора, чем и обусловлен тот факт, что с возрастом увеличивается вероятность рождения детей с хромосомной патологией. По статистическим данным, синдром Дауна (аномалия развития по двадцать первой хромосоме) в 100 раз чаще встречается в группе сорокалетних, чем у женщин, родивших в 22—24 года. Не стоит также забывать, что на формирование плода оказывает влияние и состояние здоровья отца. В частности, если мужчина подвергся воздействию радиации, страдает хроническим алкоголизмом или другими заболеваниями, оказывающими воздействие на состояние тканей, участвующих в процессе сперматогенеза, то повышается риск хромосомных заболеваний плода.
Чтобы не допустить рождение ребенка с грубой генетической патологией, всем родителям, чей возраст превышает тридцать лет, необходимо вовремя пройти различные обследования в медико-генетической консультации. Например, в 16—20 недель беременности берут анализ крови из вены для определения вероятности наличия генетической патологии плода. Этот метод относится к неинвазивным (неоперативным) методам диагностики врожденных пороков и аномалий развития. Если по результатам этих анализов возникают сомнения, то спектр анализов расширяется. В качестве дополнительных исследований применяются инвазивные методы: в первом триместре это биопсия хориона (для анализа берут кусочек ткани, из которой потом образуется плацента). Во втором триместре проводят хордоцентез (забор крови плода через сосуды пуповины). Если эти исследования проведены и их результаты являются удовлетворительными, то относительно возможных генетических дефектов ребенка можно не беспокоиться.
Но стоит заметить, что продолжение рода – это, несомненно, самое важное дело на земле. Поэтому каждый должен для себя решить, когда обзаводиться потомством, с кем и каким образом готовиться к этому важнейшему процессу. И так ли уж необходимо ставить на первое место карьерный рост и обеспечение достатка. Все это наживное и зачастую сиюминутное, а вот годы и здоровье уходят безвозвратно. И нам воистину «в жизни раз бывает восемнадцать лет».
Я вернулась домой далеко за полночь. Когда открыла дверь, то увидела, что в доме темно и тихо.
«Спит уже мой котенок, – подумала я. – Наковался, устал, к тому же рано встал».
Я разделась и пошла в ванную. Приняв душ, накинула халатик и осторожно направилась в комнату. Включив ночник, увидела, что кровать не разобрана. Я испугалась и тихо позвала:
– Малыш, ты где?
Заглянула на кухню, потом в комнату девочек. В квартире никого не было, и я неожиданно расплакалась. Когда умылась и успокоилась, то пошла на кухню. Включив свет, заметила на столе записку.
«Не хочу тут находиться в одиночестве, ты же решила, что тебе с подругами, а может, и с дружками интереснее, чем со мной. Пока!» – прочитала я неровные строчки и снова расплакалась от несправедливости всего происходящего.
Но звонить и выяснять отношения было уже поздно.
Спала я плохо. Все время машинально проводила рукой по простыне, и отсутствие Ника вызывало новый приступ тоски. Я встала около семи утра и сразу решила позвонить ему. Знала, что он уже собирается в кузню. Но так и не смогла набрать его номер. Я не чувствовала никакой вины перед ним. У меня была своя устоявшаяся жизнь, и менять ее в угоду даже очень любимому человеку я считала бессмысленным. Сейчас он захотел, чтобы я не встречалась с подругами, завтра – чтобы дочки не мешали нам жить, послезавтра – чтобы я официально с ним расписалась. Мало ли что еще могло взбрести ему в голову. Я понимала, что в его возрасте идет постоянное самоутверждение, что все воспринимается без полутонов, что в мире существует только черное и белое. Максимализм юношеского восприятия – так это называлось. Но я не собиралась идти у этого максимализма на поводу.