Чтение онлайн

Когда путники приблизились достаточно, чтобы рассмотреть их лица, скифы с удивление узнали пропавшего Тая, о гибели которого объявил вождь. Сына его предшественника в племени любили и по лагерю поползли шепотки. Они успели перерасти в гул возмущения, когда из огромного шатра соизволил выползти вождь. От него несло винными парами, а испачканная одежда и помятое лицо с темными кругами под глазами вызывало у ближайших воинов брезгливость, но возмутиться никто не посмел.

Из шатра выглянули три девичьи фигурки, не обремененные одеждой, весло хихикнули и почти сразу скрылись. Многие скифы скривились, остальные смотрели на вождя с нескрываемой завистью. И те и другие не одобряли потаканию желаний во время войны. Неуверенной походкой вождь подошел к племяннику. В этот момент Тай заговорил.

Говорил он недолго, но эмоционально, то и дело, указывая на дядю. Тот с каждым словом мрачнел и злился, но вмешаться не посмел. Когда Тай закончил, весь лагерь ответил ему одобряющими криками. Вождь хотел возразить, но его попросту заглушали криками. Очень быстро освободили место, нарисовали большой, но неровный круг и силой втолкнули туда вождя, всунув в руки кривой меч. Такой же на вытянутых руках преподнесли и Таю, предварительно поклонившись.

— Похоже, что скифы и сами рады сместить вождя, — сказал Стас. Андроник машинально кивнул, полностью поглощенный церемонией. Прежде чем поединщики сошлись в битве, скифы затянули песню. Весь недолгий поединок речитатив сотен воинов не прекращался ни на миг. Тай сражался яростно, припоминая смерть отца и все последующие обиды. Дядя вяло обивался, не рассчитывая на победу.

После удачной подсечки Тай прижал кринок к горлу родственника. Воины завыли на одной ноте. От нетерпения дрогнула, клинок окрасился кровью. Все замерли в ожидании, но скиф отпросил оружие. Повернувшись к воинам, он залопотал на варварском наречии. Короткая речь была встречена редкими криками, которые быстро переросли в оглушительные овации. О поверженном скифе забыли, а когда вспомнили его уже и след простыл.

— Я рассказал им, что нельзя жить по-старому! — воодушевленно кричал Тай, — я поведал о переменах, которых они достойны! Если, конечно, — он замялся и погрустнел, — ты освободишь меня от клятвы.

— Конечно, нет! Я не отступаюсь от своего слова! — возмутился Цезарь, — я должен что-то сделать? принести кого-то в жертву?

— Нет. Достаточно повторить ритуальную фразу, — успокоил скиф. Спустя четверть часа все формально были улажены. Воины отправились пировать в город, куда их пригласили обрадованные горожане. Тай с Андроником успели побрататься и выпить пару чарок когда в самый разгар веселья вернулся Владимир.

За эти три дня виски князя так побелели, будто их обсыпали мукой, лицо осунулось. Казалось кийоский правитель постарел лет на десять и с трудом держался в седле. Рядом с ним на вороном жеребце ехала Велислава. Они с удивлением смотрели на открытые ворота и пьяные выкрики, доносившиеся из-за стен. Андроник вкратце рассказал о произошедшем, не преминув упомянуть вклад Соловья и Василия. При их упоминании князь нахмурился, проворчав «с паршивой овцы…». Зато его дочь отреагировала со свойственным степной горячностью:

— Я же тебе говорила! — торжествующе воскликнула княжна и пустила коня галопом. Обрадованный Владимир не обратил внимания на дерзость дочери и ее исчезновение.

Повторные переговоры не обошлись без взаимных упреков. Андроник изо всех сил лавировал между волевыми личностями. Накопившая обида и гордость не позволяли каждому уступить другому. Когда ситуация стала критичной, Цезарь использовал главный козырь — пригласил Василия и Велиславу. Под двойным натиском детей, которые до того бессовестно подслушивали перегонщики капитулировали.

Радость дипломатической победы была омрачена смертью Марка. Он оказался отравленным ядом, остатки которого нашли в комнате центуриона. Лекарь подтвердил, что это именно тот яд, от которого умер Квинт.

— Значит, еще есть предатели, — сказал Стас, глядя на провинившиеся лица преторианцев.

— Значит, есть, — вздохнул Андроник, сожалея, что Марк унес все тайны с собой.

Два человека в простой рыбацкой одежде ютились небольшой лодке. От палящего солнца их защищали простые соломенные шляпы. Догадаться, что удили рыбу два самых влиятельных человека Империи, было просто невозможно.

— Во Внутреннем море нет пиратов! Это я гарантирую. Их нападений не было уже более тридцати лет. А это значит что? — префект выжидательно посмотрел на Августа.

— Что это торговый флот, — мрачно после молчания сказал император.

— Именно. Причем больше половина судов была имперской постройки. Это первое. Остальные представляли собой смесь карфагенян, бриттов и даже викингов. Это два. И самое интересное. Откуда взялись парфянские суда? — продолжал излагать Амвросий, то и дело, поглядывая на поплавок:

— Тут возможны четыре варианта. Либо их перетащили посуху, такие подвиги, — император хмыкнул, — как ты помнишь, демонстрировали викинги и поляне, но маловероятно, чтобы это возможно сделать незаметно. Второе — стоящийся канал в Египте, но, насколько мне известно, проект находиться еще на стадии одобрения фараоном и потом будет рассмотрен Рейхстагом через два года.

— Да, Птолемей, старается произвести впечатление! — позволил себе отвлечься Аркадий, — но в отличии от пирамид от канала будет немая практическая ценность, — он хитро посмотрел на префекта, — я не удивлюсь, если кто-то подсказал ему эту замечательную идею и несомненно вошел в долю, — но смутить Амвросия не так просто.

— Остается два судоходных канала, — невозмутимо продолжил он, — первый в Константинополе. Там можно провести, что угодно. Маловероятно, но возможно, — Август попытался возразить, но префект покачал головой, — поверь это так. И остается самый вероятный вариант.

— Геркулесовы Столбы!

— Именно, мой друг! Это объясняет присутствие судов северных народов. Если это так, то парфяне в отличии от нас намного дальше продвинулись в исследовании Африки, раз смогли обойти ее, чтобы проникнуть через Геркулесовы Столбы. Я полностью убежден, что именно оттуда к нам прибыли гости. К сожалению, я не смогу сам проверить порт, но я пошлю доверенного человека, — Аркадий заулыбался.

— И как же ты будешь работать без нее? — Амвросий скривился и недовольно подернул плечами.

— Нечего скалиться. У нас сугубо деловые отношения.

— Ага-ага. Да, я верю, верю, — успокаивающее замахал руками император, когда Амвросий сжал кулаки, — особенно когда она на тебя смотрит, делая вид, что занимается бумагами. Вот сразу верю, что только деловые отношения.

— Аркадий!

— Молчу-молчу, — он шутливо поднял руки, чуть не упустив удочку.

— Кстати, Марк оказался предателем, — мрачно сообщил префект. Он до сих пор корил себя за промашку. Император окаменел.