Чтение онлайн

– Очевидно, наш монарх оценил свою жизнь выше мира в стране, - Эвита изящно пожала плечами.
– Я слышала, он постоянно слал к тебе гонцов...

– Больше не будет, - Арон выпрямился в кресле, готовясь встать.
– Ты все мне сказала?

Магичка тихо вздохнула:

– Нет, но перенесем это на время, когда ты будешь расположен к разговору. Не забудь: я - единственный некромант, кому ты можешь довериться. Только мне ты нужен живым и свободным от проклятия.

Когда Арон вернулся в обеденную залу, там обнаружился Мэа-таэль с незнакомым северянину человеком, который о чем-то торопливо рассказывал. Лорган сидел рядом, упершись подбородком в скрещенные ладони, и внимательно слушал.

– Эвита ушла?
– спросил он, заметив Тонгила.

– Да.

– Хорошо. У нас тут новости.

– Еще какие!
– Мэа-таэль повернулся к незнакомцу.
– Тебе придется повторить для господина.

Тот посмотрел на Тонгила, сделал легкое движение головой, долженствующее обозначать поклон, Арон кивнул в ответ. Не требовалось спрашивать, кто этот незнакомец: только у Серых Братьев вспыхивали вот так, без источника света, желтые огоньки в глазах, только они умудрялись сочетать действительно верную службу с полным отсутствием низкопоклонства. Они признали его главным, дали клятву и были уверены - этого достаточно.

– Император исчез, весь двор в панике, - оборотень позволил себе усмехнуться.
– Но нам удалось узнать, куда он открыл Врата. Это Радога, господин.

– Император попросил защиты у Светлых, но те, подумав, отказались!
– вмешался Мэа-таэль, бросил извиняющийся взгляд на оборотня.
– Прости, Ирвин, что перебиваю.

– Светлым не нужна война, - сказал Арон, подумав, как разочаруется Эвита. Сам он почувствовал облегчение.

– Именно. Императору пришлось искать других желающих, и рыцари Гиты любезно согласились предоставить свой главный форпост для его беглого величества.

– Ему действительно угрожали во дворце?
– заинтересовался Лорган.

– Пять покушений только за последнюю неделю, - полуэльф ухмыльнулся.
– Причем в последних двух случаях участвовала его личная охрана. Не знаю даже, каким чудом бедняга остался жив.

– Кто заказчик?

– О, это самое забавное. Желающих занять трон несколько, и между собой они пока не договорились.

– Мне интересно, что император пообещал рыцарям Гиты, - задумчиво проговорил Арон. Помимо князя эльфов, с младшим сыном которого он-прежний поступил не очень хорошо, рыцари Гиты являлись главной колючкой в боку Темного мага. Получив императора, они сумеют досадить Тонгилу сильнее, чем прежде. Например, по их наущению император запросто лишит его титула Наместника Севера. О последствиях можно только гадать, но прежнее положение придется в любом случае восстанавливать магией и кровью. Магией - своей, кровью - чужой. И вариантов для Арона других нет: здесь, в этом мире, он навсегда останется Темным магом, для большинства - заклятым врагом, для немногих - опасным союзником. Да и не хотелось ему, если честно, отказываться ни от замка Тонгила, ни от владений его, ни от магии...

– Лорган, могу я попросить тебя об услуге?
– Арон повернулся к Темному.
– Открой для нас Врата в Радогу.

Тот потер переносицу:

– Тебе это действительно нужно?

– Да. И я бы предпочел, чтобы ты отправился с нами.

Темный хмыкнул:

– Не доверяешь, что открою путь куда нужно?

– Ты же меня знаешь, - согласился Арон, подумав: Лорган и в самом деле знал Тонгила-Темного лучше, чем сам Арон.

Лорган покачал головой, но обиженным не выглядел, скорее задумчивым:

– А взамен?

– Что ты хочешь?
– северянину и впрямь было интересно услышать требование его, по утверждению Мэа-таэля, "друга".

– Пожалуй, - проговорил Лорган медленно.
– Пожалуй, я бы хотел в обмен жизнь человека.

– А точнее?

– А точнее так: по моей просьбе ты помилуешь и освободишь любого человека, неважно, обычный то смертный, маг или оборотень, неважно, виновен он во вменяемом преступлении или нет.

– Одного человека?

– Да.

– Ты имеешь в виду кого-то конкретного? Того, кто сейчас у меня в замке?

Лорган покачал головой:

– Нет. Просто задел на будущее. Возможно, никогда не потребуется.

– Не лучше ли просить то, что точно пригодится?
– с любопытством спросил Мэа-таэль.

Лорган слегка приподнял брови, но ничего не сказал.

– Хорошо, - Арон кивнул.
– Я согласен.

– Твое слово?

– Мое слово. Нужна формальная клятва?

Лорган покачал головой:

– Слова достаточно.

Глава 5.

Дорога затягивает быстро, очень скоро начинает казаться, будто и не было никакой другой жизни - только ранний, почти на самой заре, подъем, быстрый завтрак остатками вчерашней дичи - и вновь по коням, в путь.

Они ехали уже шестой день, дремучий лес сменился рощицами на пригорках, где деревья сиротливо жались друг к другу, стараясь захватить побольше плодородной почвы для корней и не оказаться в воде. А вода бликами солнца отражалась повсюду: в крупных озерах и покрытых тиной болотцах, мелких ручьях и речушках. И на этой самой воде вольготно расположились тучи птичьих стай; так много, что казалось - просто брось камень, и обязательно зацепишь пару птиц. Добыча из них получалась неказистая и костлявая - то ли дело осенью - но мясо есть мясо. В седельных же сумках Венда из съестного обнаружились только лепешки тумасс - вещь замечательная и действию времени почти неподверженная, но быстро, к сожалению, надоевшая и самому ар-Сину, и Ресану.

Под действием амулета личины Росана даже мысленно воспринимала себя как парня, поэтому и имя Ресан, и внешность черноволосого паренька с каждым днем казались все естественнее и роднее. Дед-шаман предупреждал: чем дольше она будет носить амулет, тем глубже искусственная личность проникнет в ее собственную. И чем дольше продлится маскарад, тем сложнее и болезненнее окажется возвращение в себя.

– Ресан!
– юноша обернулся на голос и сквозь редкие ветки увидел фигуру Венда, отошедшего к ближайшему роднику набрать во фляги воды и теперь что-то внимательно рассматривающего в траве.
– Подойди сюда!

Сперва Ресану показалось, будто воин нашел отпечаток босой человеческой ноги: вот на сырой земле отчетливо пропечатался внешний край стопы, а вот... Или нет?

– Видел когда-нибудь подобное?
– поинтересовался Венд.

– Нет, - пробормотал юноша, не отрывая взгляда от следов слишком широко расставленных пальцев, и от тонких полосок между ними.
– Это ведь следы перепонок? Как у жаб?

– Похоже на то.
– Венд наполнил фляги и выпрямился, - Туши костер и поехали. Позавтракаем в седле.

– Эти следы...

– Не здесь, - перебил его воин.
– Не сейчас. Чем раньше отсюда уберемся, тем лучше.

Собрались быстро. Венд вел себя обычно, не озирался по сторонам, но казалось, будто он следит за всем окружающим при помощи иных чувств. Ресан так не умел.

Спросить о причине их торопливости юноша решился лишь через добрых десять миль.

– Слышал когда-нибудь о тууршах?
– вместо ответа поинтересовался Венд, и на недоумение юноши пояснил.
– Их еще называют трясинниками или болотными гулями.