Чтение онлайн

«Пока люди сражаются с безумцами, им проще убивать», – так он объяснил причину.

С этим было трудно не согласиться, и теперь стало понятно почему Талина вмешалась, когда я заикнулась о Ригоре. Если бы я выложила всю правду при Вэле, он бы что-то заподозрил и асигнаторам пришлось бы подтвердить, что разрушители далеко не чокнутые создания, а равные нам люди с чувствами, мыслями и целями. А это очень плохо. Сейчас поселение находилось на пороге грандиозной битвы, и сомнения неуместны. Они могли ослабить твердость руки, сжимающей клинок. Малейшее колебание воинов способно унести больше жизней, чем слабость. Тем более если кто-то струсит и решит сдаться в обмен на пощаду.

Однако дело не только в боевом духе стражей, но и в самих жителях. Пока они в поселении, опасно вообще о чем-либо говорить. Одно дело – о разрушителях обмолвится кто-то из местных, другое – кто-то из асигнаторов или стражей. Поэтому лишний раз стоило держать язык за зубами. Даже если кто-то что-то и заподозрит.

– Ну что? Кто-нибудь попался? – отвлек меня от раздумий вернувшийся в амбар Змей.

– Нет, – коротко ответила я и приняла из его рук тарелку с похлебкой.

А когда асигнатор сел рядом – решила сразу поговорить с ним начистоту:

– Зер.

– М?

– Если хочешь о чем-то поговорить, то не тяни время.

– С чего ты решила, будто я хочу с тобой о чем-то поговорить? – зачерпнул он ложкой бульон и с хмурым видом вылил его обратно в тарелку. – Это издевательство какое-то… Одна трава и никакого мяса!

– Чем богаты, тем и рады, – пожала я плечами, вылавливая ложкой картофель, а капусту отодвинув в сторону. – Стражам приходится экономить.

– Не оправдывай их, – заглянул он в мою тарелку. – Сама не любишь овощи.

– Просто не голодна… И не переводи тему!

Змей только насмешливо хмыкнул и отправил пару ложек похлебки себе в рот, после чего с недовольным видом отставил тарелку, посетовав на то, что «варево» безвкусное.

«Неженка», – мысленно упрекнула я, но сама доедать свою порцию похлебки тоже не стала. Видя, что продолжать трапезу я не собиралась, Змей достал из мешочка на поясе ломоть вяленого мяса и, не без усилий разорвав его, вручил мне половину. Грех признаваться, но такому ужину я была больше рада, чем несоленой жиже с овощами.

– Никаких разговоров я не планировал, – признался асигнатор, уминая свой кусок мяса.

– Тогда что мы здесь делаем?

– Пытаемся друг к другу привыкнуть.

Я чуть не подавилась от услышанного. Змей оправдания оригинальнее не придумал? Или привычки для него важнее жизней детей, которых мы пытались спасти?

– Ты… ты издеваешься?

– Отчасти, – довольно улыбнулся он.

– Тогда советую тебе прекратить, иначе…

– Иначе что?

Он расслабленно откинулся на стену амбара, закинул руки за голову и прикрыл глаза.

– Опять поругаешься со мной?

– Например. Или вылью тебе на голову похлебку, – с невозмутимым видом я отщипнула кусочек вяленого мяса. – Потом полночи будешь выковыривать капусту и картошку из своей шевелюры.

– Эй! – возмутился Змей.

– И помощи от меня не жди.

– Ну и ученица мне досталась, – фыркнул он, а я парировала:

– Поверь, мой наставник еще непутевей твоей ученицы.

И отправила в рот остатки мяса. Отчего-то вспомнилась стряпня Тогриана. Все бы сейчас отдала ради ароматной крольчатины, которую мне довелось отведать в лесу.

– Тог тоже участвует в осаде? – поинтересовалась я, проглотив жесткий и переперченный кусок вяленого мяса.

– Все может быть. Узнаю наверняка, когда с ним встречусь.

– И скоро ты с ним встретишься?

– Боюсь, что нет.

– Из-за меня? – догадалась я.

– Отчасти, – выдохнул асигнатор и замолчал.

– Зер.

– М?

Я набрала побольше воздуха и повторила:

– Все-таки что мы здесь делаем? Есть много других способов проверить мешки.

Он открыл глаза и нахмурился.

– Рей, я правда не думал вести с тобой какие-либо важные беседы, – обратил на меня стальной взор Змей. – Всего-то захотел побыть подальше от людей.

– Подальше от людей? – вскинула я бровь. – Тогда кто же я в твоем понимании? Не человек?

– Ты моя ученица, что делает тебя… несколько интереснее человека.

– Ну, спасибо, – фыркнула я. – Статус, о котором мечтала всю жизнь.

Змей лукаво улыбнулся:

– Рад был угодить.

Он поднялся на ноги и, подобрав с пола все еще полные похлебки миски, без малейшего сожаления выплеснул их на улицу. Птицы, сидевшие на крыше амбара, темными стрелами промелькнули в окне, и, судя по радостному чириканью за дверьми, им стряпня местных поваров точно пришлась по вкусу.

– Не удивлюсь, если после такой готовки стражи помрут без войны, – проворчал Змей, с противным лязгом бросив металлические миски на пол.

– Ты преувеличиваешь.

– Всего лишь проявляю недовольство.

Он прошелся по амбару и склонился над ловушкой из деревянного короба и засохшей ветоши, которую мы спрятали среди туго набитых зерном мешков.

Змей проверил, на месте ли наживка, и продолжил:

– В Дириаме есть замечательная таверна, где подают потрясающее жаркое. А медовуха… Слаще не сыскать. Попробовал бы ее Тогриан, в жизни бы не стал хлебать мочу в своем бурдюке.

Он поднялся с колен, отряхнулся и, не удостоив внимания другие ловушки, вернулся ко мне:

– Ты должна там побывать.

– А побываю ли?

– Несомненно, – в предвкушении улыбнулся асигнатор, взирая на меня сверху вниз. – Свожу тебя туда при первой же возможности.

И было в его взгляде столько азарта, что мне стало немного неловко и неуютно.

– Спасибо, – смущенно отвела я взгляд и почувствовала, как щеки нагрелись от румянца.

В груди потеплело, будто мне пообещали не простой поход в таверну, чтобы отведать местной еды, а нечто особенное – более грандиозное и незабываемое. Впервые я испытала столь необычное чувство. И омрачалось оно только тем, что мы до сих пор не проверили кожаные мешки.

– Зер, – чуть ли не жалобно позвала я, наблюдая за тем, как Змей вновь опускается рядом со мной. – Пожалуйста, давай все-таки проверим мешки.

– А ты опять все о том же…

– Да. Потому что это важно, а ты…

– А я? – переспросил он, когда я осеклась.

– Не торопишься. Теряешь время.

Я закусила губу, видя, что Змей не разделяет моих переживаний. Абсолютно спокойный, он лишь безрадостно усмехнулся и потянул за конец веревки, туго стягивающей его длинные светлые волосы, позволяя им рассыпаться по плечам. Не успевшие полностью высохнуть после переправы, они казались на тон темнее обычного, а их беспорядок пробудил во мне сильное желание взять в руки гребень и пройтись по всей их длине. Захотелось почувствовать, в самом ли деле они настолько мягкие и шелковистые, какими казались с виду.