Чтение онлайн

— Кира! Пригнись! — В последнюю секунду успел крикнуть ему я.

Летун упал камнем вниз и тут же начал медленно взлетать, унося с собой худенького мальчишку. Мой окрик лишь частично пошёл на пользу: Кирилл присел, и тварь вместо детских плеч вцепилась в рюкзак.

Отбиваясь от атак другой твари, я не мог броситься на помощь брату, и от бессилия заскрежетал зубами. — Расстегни замки на грудной стяжке! — исступлённо тыкая копьём в нападающую тварь, заорал я растерявшемуся брату.

От страха он забыл, что на боку висят кинжалы, выпустил из рук арбалет и закричал так дико, что и я и мать забыв обо всём на свете, кинулись к нему. Руки у Кирилла тряслись, и освободиться от рюкзака никак не получалось.

Не успели мы опомниться, как мощные крылья легко подняли и монстра и его добычу над автобусом. Взревев, я одним ударом добил своего летуна и подпрыгнул в надежде, что удастся схватить брата за ноги, но промахнулся.

— Нет! Только не это! — закричала мать, застыв на месте. — Этого не может быть! — Её лицо перекосило от боли и осознания, что ничем не может помочь своему ребёнку. Из горла вырвался такой крик, что меня пробрало до мозга костей.

Бросив копьё, и схватив лук, мне удалось выпустить несколько стрел в тварей, бросившихся отбирать добычу у своего товарища. Целился исключительно в крылья, и мне повезло. Раненные археоры не успели накинуться на болтающегося под брюхом твари Кирилла. Истекая кровью, они не могли подняться выше, и перенесли свой гнев полностью на меня.

Их более удачливый товарищ поднимался всё выше и выше в небо.

— Кирилл! Поздно отстёгиваться, падая вниз, разобьёшься насмерть! Держись крепче за ремни, и не сдавайся! Куда бы тварь тебя не унесла, постарайся спрятаться. Мы скоро придём за тобой, держись братишка!

— Рация! — закричала мать в спину удаляющейся твари. — Включи рацию сынок!

Стрелять в монстра я опасался, боясь нечаянно задеть брата. Сразу броситься в погоню за схватившей Киру тварью мне не позволил рухнувший внутрь автобуса раненный археор. Сломав крылья, он всё равно пытался добраться до меня острыми зубами, быстро семеня лапами по полу.

Бросив лук на одно из сидений и схватив копьё, я воткнул его в горло настырного археора и провернул. К зелёному шарику, появляющемуся из тел убитых нами чудовищ, привыкли абсолютно все и давно перестали обращать внимание на такие мелочи.

— Молодец Безымянный! — Тихий женский голос раздался в голове так неожиданно, что я чуть не выронил оружие.

— Ты приобрёл новую специализацию: Тактик!

— Ты набрал нужное количество Силы духа и перешёл на следующий уровень развития!

— Поздравляю, Безымянный! Ты один из немногих достигших 10 уровня развития! В награду я раскрою знания о твоём истинном призвание.

С этого дня ты — Егерь!

— Удачи в новом мире!

— Отстань, не до тебя! — сердито огрызнулся я вслух, напугав мать.

Голос в голове безумно раздражал и отвлекал. Тварей желающих сожрать нас уменьшилось на четыре особи, осталось добить единственного врага, но порадоваться нашим успехам, я не успел. Оказалось, я ошибся в количестве особей второй стадии.

Пока взрослые были заняты истреблением врагов, Оля осталась без защиты. Любопытная девчушка забыла, о чём ей говорили, без страха забралась на сиденье и с большим интересом наблюдала за боем.

Она так увлеклась происходящим, что не заметила, как за окном появилась огромная тень. Длинные когти летающей твари схватили девочку за плечи, проткнув тело насквозь и, выдернули из автобуса. Детский крик второй раз за этот день заставил меня содрогнуться всем телом.

Резко обернувшись, успел увидеть, как археор уносит потерявшего сознание ребёнка. Так быстро менять оружие, практически мгновенно начало входить у меня в привычку. Оставив копьё в теле издохшей твари, я схватил лук и выпустил три стрелы.

Две из них достигли цели, проткнув крыло твари. Сбить её мне не удалось, но зато слабеющий от потери крови монстр не смог далеко унести девочку, рухнув на крышу дома, стоящего недалеко от остановки.

— Что бы ты шею себе свернул летун проклятый! — заскрежетав зубами от безысходности, заорал я улетающей твари.

За моей спиной вскрикнула мать, и упала лицом в проход, а на её спине ярко красным цветом проступили борозды, оставленные острыми когтями. Услышав детский крик, она отвлеклась и пропустила одну из атак летуна.

Тварь, учуяв кровь, резко подала своё тело вперёд, но не рассчитала размаха огромных крыльев. Хруст ломающихся костей и крик боли объединились в один звук, но потеря подвижности не смогли унять дикую жажду крови и убийства человека. Монстр со сломанными крыльями падал сверху на раненную женщину с широко разинутым клювом.

Понимая, что доставляю матери страдания, я схватил её под мышки просунув руки снизу и дёрнул на себя. — Лорд, ко мне! Фас! Фас тварь! — кричал я, призывая на помощь пса, и пытаясь спасти мать.

Её тело от моего рывка не попало под щёлкающие челюсти-клюв только чудом. Сверху на археора прижимая своим весом рухнул пёс и остервенело впился зубами тому в загривок, каждым укусом вырывая куски мяса.

Неожиданное затишье напугало меня больше чем яростная атака нескольких десятков монстров. То, что нас перестали атаковать, я понял не сразу, но оглядевшись, убедился — по какой-то причине они отступили, оставив меня и мать лежащими между рядов сидений. Либо их спугнул более сильный противник, либо…позвала особь третьей стадии.

Из ступора меня вывела судорожно зарыдавшая мать. Она пришла в себяи, уткнувшись в моё плечо, разразилась потоком горьких слёз. Медленно и осторожно я сел и усадил рядом маму. Потеря двух детей нанесла женщине непоправимый урон.

На неё было страшно смотреть: от горя мать постарела на десяток лет, лицо осунулось, а под глазами появились чёрные мешки. Опустив бессильно голову на грудь, сквозь рыдания и сотрясающую её тело боль, она заговорила сама с собой:

— Всегда мечтала иметь дочурку, а Бог дал мне двух сыновей! Сегодня я обрела дочь, но не успела порадоваться, как её у меня отняли. Это высшие силы наказали меня за то, что я возжелала больше, чем у меня уже имелось!

Я ласково провёл рукой по маминой щеке. Сердце разрывалось от сопереживания. Страдание матери, простыми словами не передать! Но, на мой взгляд, ещё рано их оплакивать и хоронить.

— Мам, ты должна взять себя в руки! Бог тут не причём! Даже если он и существует, ему и раньше было плевать на нас, что уж говорить о происходящем сейчас. Мы — сами по себе!

Достав из рюкзака бутылку с водой и, обмыв с лица матери кровь, я поднёс горлышко к её губам. — Попей, пожалуйста, и успокойся, а затем исцели свои раны, и пойдём спасать Кирюху!