Чтение онлайн

И я ведь сама пришла сюда именно для того, чтобы привлечь на свою сторону и узнать побольше о том, что мне предстоит… Но то, с какой чрезмерной готовностью Бьёрн поддался моей игре и переигрывал, сбило с толку и заставило дышать чаще.

— Жить буду? — хмуро бросила я, уже жалея, что в это ввязалась.

— А хотите? — Бьёрн поднял на меня светло-серый на солнце взгляд.

Ногу мою он не выпускал, удерживая щиколотку между широких тёплых ладоней, и мурашки против воли пробежали по коже. Хотелось даже продлить этот момент. Светлые его косицы колыхались на ветру, солнце подчеркивало нос и золотило легкую шетину на подбородке — и весь этот якобы суровый северный мужчина сейчас казался одновременно серьёзным и при этом… готовым поддаться моим правилам.

Сердце забилось тревожно и неприятно, когда я позволила злости на саму себя захватить всё тело. Но мне пора научиться держать себя в руках. Опустив взгляд на ладони Бьёрна, которые стали словно ещё горячее, прикасаясь к моей коже так, как никогда не касался лекарь в нашем поместье, я ответила как можно более сдержанным тоном:

— Хотелось бы, сентар де Ларс. Я бы не пришла к вам, если бы не считала, что рана может представлять для меня опасность.

Я чуть поморщилась от мысли, что с каждой из этих девиц он действует точно так же: играет, улыбается, строит говорящие взгляды. Было наивно с моей стороны предположить, что только со мной он ведёт себя так. Я ведь ничего почти не знаю о дарханах. Быть может, здесь и принята такая легкомысленность?

И все могут… позволить себе любую интимную близость без осуждений со стороны родителей или наставников, за которую у нас на Корсакийских устроили бы кровную месть вся родня с оскорбленной стороны. Кровь шумела в ушах.

— Я ведь спрашивал нужна ли помощь перед завтраком?

Да, именно тогда, когда я отмахнулась, что он “уже помог, спасибо”. Я сощурилась, снова сталкиваясь с ним взглядом. Бьёрн закатал рукава — и стали видны чёрные татуировки, ползущие от предплечья выше к сгибу локтя, и скрывались под рубахой.

— Думала, быстрее пройдет, но ещё болит.

Бьёрн несильно сдавил кожу возле ссадины, и я действительно зашипела от боли. Не убирая руки и не ослабляя захват, он ненадолго прикрыл глаза, пока я морщила нос, стараясь не простонать в голос. Брат научил меня драться и не плакать, и я вполне гордилась этим умением — держаться до последнего.

Наконец он ослабил захват, и я боялась открывать глаза в опаске, что увижу кровоподтеки с синяками на обычно нежной и гладкой коже.

Бьёрн медленно убрал ладони, ветер пробежал по коже — там, где он только что касался, мурашки приподняли волоски на коже. И пока я не открыла глаза, он встал, судя по лёгким шагам, и зашел в дом. Я чуть прищурилась, открывая глаза и осматривая ногу. Рана действительно будто затянулась, только следы крови остались на почти гладкой коже. Конечно, она бы и сама прошла за день-другой, но мне надо было хоть попробовать поговорить с этим сероглазым упрямцем.

Не прошло, правда, и пары мгновений, как он вернулся с миской с водой и чистой тряпицей. Уселся лихо, как ни в чем не бывало, так же верхом и, деловито подвинув к себе мою ногу и поставив ступню у своего бедра, прикоснулся мокрой тряпицей к бывшей ране. Запахло резко и защипало, и вот тут моей выдержки не хватило — я поморщилась и охнула.

— Как именно это случилось? — спросил Бьёрн между делом.

Он не позволил мне вырваться, одной рукой ухватил за щиколотку и удержал на месте, второй продолжил обрабатывать оставшийся рваный край ссадины, где еще кровило.

— Просто упала.

Дархан, судя по взгляду, ждал продолжения рассказа, не отнимая тёплой руки от моей кожи, но я пришла сюда не жаловаться на Ильхаса и не плакаться о своей судьбе.

— И кто виноват в этом падении, ваше святейшество?

— Какая разница?

Некстати вспомнилось, как Бьёрн, хоть и подшучивал надо мной сам, однако мигом одним окриком заткнул матросов на палубе, когда я решилась играть с ним в этот тафл. Неужели за его шутками кроется всё же… благородный мужчина?

Но мои надежды разбились в прах.

— Ну, а как же? Надо наказать за покушение на царственную особу, — ответил он, вскинув на меня быстрый взгляд и бросив тряпицу в миску. — Прикажете собрать подданных и устроить королевский суд?

— Перестань. Это. Делать, — прошипела я, выходя из себя.

— Переходим “на ты”? Думаю, после спасения твоей жизни от страшной опасности — только что — я заслужил это право. Правда?

Бьёрн с силой удержал мою щиколотку, которой я дернула, и оставил держать ступню на лавке — что за неловкая поза! Его глаза смеялись — он и мёртвого доведёт до горячки. Боги, зачем я только решилась сюда прийти? С ним невозможно разговаривать серьезно. Несносный, несносный тип, привыкший к тому, как вокруг без конца вьются девчонки!

— Если ты меня отпустишь.

— Сначала хочу услышать, зачем ты пришла на самом деле. Или ты и правда принцесса — испугалась царапины?

— Да, испугалась. Я не знаю этих земель и что здесь за зараза… ходит, — посмотрела я в его глаза, не отводя взгляд. — Спасибо, что помог.

Бьёрн выпустил мою щиколотку и позволил отстраниться, а сам опёрся ладонями на лавку позади себя и невозмутимо позволил себе разглядывать меня так, словно я не девушка из богатой и благородной семьи, а очередная девчонка, готовая бегать за ним!

Будь он на моих землях, уверена, ему бы пришлось очень постараться, чтобы не опростоволоситься в гостях, но здесь — увы! — мне надо было играть по их правилам.

Однако я не удержалась от строгого:

— Перестань так на меня смотреть.

Собранный, высокий, ловкий, он сейчас казался особенно привлекательным. Закатное солнце бликовало на его коже, и эти серые глаза всё ещё казались мне невероятно светлыми, какими-то ненастоящими.

— Как — так?

— Так, как будто я одна из твоих глупых поклонниц, с которыми ты тут развлекаешься! Я пришла по делу. Мне… нужна помощь.

Я поправила накидку и на миг прикрыла глаза. Еще ни разу мне не отказывали юноши, на которых я бросала хоть сколько-нибудь заинтересованный взгляд. И знала, что если мне кто-либо нравится, он неизменно попадет под силу моих глаз. По крайней мере, так всегда было прежде: и я неизменно получала приглашения на танцы от тех, от кого хотела.

Но этот Бьёрн — он вообще ни с чем не считался и вёл себя не просто вызывающе и нахально: он просто изматывал меня. Но надо было пойти на соглашение, чтобы хоть чего-то достичь.

— Пожалуйста, — добавила я с короткой улыбкой одними губами: сложно было перестать вспыхивать хотя бы глазами.

— Защитить тебя от Ильхаса?

— Откуда ты знаешь?

Бьёрн многозначительно вздохнул, будто весть о моей практике с Ильхасом уже прокатилась по всему монастырю. Надеюсь, что это не так.

— Нет… Не надо. С ним я и сама справлюсь.

— Не сомневаюсь, — кивнул Бьёрн с самым серьёзным видом. — Тогда что ты хочешь, Кейсара ди Мори? Я был готов тебе помогать, но ты очень злишься.