Чтение онлайн

– Я тоже люблю тебя, Этан.

И в тот же миг идеальная реальность была рассеяна.

Он отодвинулся от нее.

Без рубашек, оба под покрывалом, от страшной судьбы Эвелин защищала пара боксеров, надетых на нем.

Нерешительно он посмотрел на свои ладони, выглядев изумленно и с чувством разбивающегося сердца.

– О, - только и вымолвил он, засмеявшись, но не из радости, слезы показались на его глазах, - ты любишь его.

– Этан?

– Не произноси его имя!
– прорычал он, на ее глазах лицо Этана начало меняться, превратившись в лик парня, преследовавшего ее во снах. Его кожа, глаза, волосы темнели.

– З-Зейн… - охнула она с ужасом, в тот же момент почувствовав необходимость скрыться от его похотливых глаз.

Догадываясь, что она захотела сделать, Зейн схватил ее за запястья, завернув их ей за голову одной рукой.

– Не смей, - шепнул он.
– Ты нравишься мне такой, ты так красива без всей одежды… не прикрывай свое тело.

– Убирайся от меня!
– крикнула она, пытаясь вырваться из его хватки, но из-за движений ее грудь вздымалась, привлекая похоть Зейна еще больше, бугор в его боксерах рос, вероятно, достигая своих пределов.

– Забавно, минуту назад ты умоляла меня заняться любовью с тобой, - заметил он.

– Ты обманул меня, заставил думать, что это Этан, - гневно сказала Эвелин.
– Я никогда не захочу тебя!
– рука Зейна ударила Эв по щеке.

– Почему ты не хочешь увидеть, как сильно я люблю тебя? Я Король, а он обычный паренек, нестоящий тебя.

– Я люблю тебя.

– Слишком плохо, ты принадлежишь мне, - улыбнулся он.

С силой он схватил ее руки, не обращая внимания протесты девушки.

Эвелин уже кричала, когда почувствовала, что его руки дотрагиваются до внутренней стороны ее бедра, медленно забираясь выше и выше, невероятно близко к ее промежности. Когда он проник пальцем внутрь, дотрагиваясь до нежной, чистой и невинной кожи, а хотел он это сделать с их первой встречи, девушка всхлипнула.

Она ненавидела, нет, презирала его всеми фибрами своей души, но животные рефлексы тела предавали ее. Девушка издала стон, когда он вошел в нее другим пальцем, быстро двигая им в быстро намокающей плоти.

– У нас была сделка, ты нарушила ее… Надеюсь, ты помнишь, что случилось в последний раз, когда контракт был нарушен. Я могу сделать с тобой все… - прошептал он ей на ухо, снимая боксеры.
– И сегодня я сделаю тебя своей.

Девушка не успела запротестовать, она почувствовала его возбужденный член около промежности.

Эвелин вдохнула, чувствуя, как тело напрягается, подстраиваясь под него, дрожит из-за нежных движений.

– Прошу, не делай это!
– умоляла она, но пользы от этого не было, Зейн уже был увлечен и потерян, его мысли хватались только за любовь к ней и удовольствие, которое приносит власть над ней, а так же за тело Эвелин.

– Я не буду груб, это твой первый раз, я понимаю, - пообещал он, делая толчок, проникая через границу, охраняющую ее чистоту.

Слезы потекли из ее глаз. Не из-за боли от интимного акта, но из-за осознания, что происходящие более не было для нее интимным, что это будет не последним разом, когда он так поступает с ней. Девушка закрыла глаза, ее тело больше не сопротивлялось, она перестала чувствовать что-либо, лишь одна мысль оставалась в ее голове.

– Прости меня, Этан.

Зейн с любовью целовал ее в щеки, ключицы, продолжая держать ее тело, нежно занимаясь с ней любовью.

– Не покидай меня, пожалуйста.

========== Искаженная любовь ==========

Две тысячи лет.

Зейн прожил две тысячи лет, за эту невероятно длинную жизнь он совершал ошибки, делал плохие выводы, творил вещи, которые не хотел, но никогда не сожалел, пока не встретил Эвелин. Говорят, чтобы пожалеть о своих действиях, надо чувствовать вину или эмоциональную связь с тем действием и его последствиями. Зейн ощущал связь с Эвелин.

Его любовь к Венис отличалась от чувств к Блэкберн. Зейн любил Венис за то, кем она являлась. Он был ослеплен ее силой, возможностями, чувством справедливости и контролем над его эмоциями, когда Короля прокляли. Она была единственной, кто мог сдерживать его злость, и он любил ее за это.

Однако, когда он лег на большую кровать, укрыв тело Эвелин и свое красными сатиновыми простынями, ее запах окружил его, погрузив в счастливое состояние. Зейн не мог вспомнить последний раз, когда ощущал такое умиротворение, счастье и радость. Венис могла управлять его злостью, но Эвелин было той, кто заставлял чувствовать его себя живым спустя все прошедшие века.

Нежно он поцеловал ее в плечо, Зейн любил ее… искренне любил.

Она дернулась во сне, когда тот прикоснулся к ее коже, сжав покрывало в кулак, слеза образовалась в ее глазу.

Она возненавидит его за содеянное, разумеется, он чувствовал вину, ему не следовало вести себя так, давать ревности и злости взять верх над собой, он был в ответе за сделанное. Это было его ошибкой, Зейн не сможет отрицать такое.

Эвелин будет тяжелее доверять ему, даже любить, и он примет это.

Впрочем, Зейн не сожалел, что сделал это прошлой ночью.

Это вопросом времени с того дня, когда он впервые увидел и полюбил ее. Та связь с удовольствием, которое она дала ему, было неописуемым, Зейн бы с удовольствием остался в той постели и повторял это ежедневно, по десять или двадцать раз в день, возможно, не спрашивая у девушки, хочет ли этого она.

Эвелин сопротивлялась, она любила другого, Зейн, вероятно, никогда не заменит для нее Этана, всегда будет парнем, забравшим у нее все. Он был злодеем в этой сказке, но для него было проще силой удерживать ее рядом, чем потерять навсегда. Даже мысль, где она никогда не будет рядом, заставляла его голову кружиться от страха и злости.

Он потерял слишком многое в своей жизни, чтобы девушку отобрали у него. Если он не может завладеть ее сердцем, то насладится телом. Если она не может полюбить его, то он будет насиловать ее, пока тело девушки не задрожит от удовольствия; сделает ее зависимой от его прикосновений; убедится, что никакой другой мужчина не дотронется до нее.

Большой палец Зейна очерчивал нижнюю губу Эвелин, чуть покрасневшую от его грубых поцелуев.

Он сдержал свое обещание, был мягок… на первый раз. Однако ночь продолжалась, звук ее сердцебиения отзывался болью в его теле, то чувство уменьшалось только в тот момент, когда он находился между бедрами девушки. Ему хотелось контролировать себя, спасти последние остатки чувств, которые она могла испытывать к нему, но им правила темная сторона.

Всю ночь он требовал ее чистое, нетронутое тело. Все, что было у него на уме, - она. Удовольствие от прикосновения к ее нежной кожи, ее постоянные сопротивления, ее стоны - все это вызывало у Зейна ярость, которую он так отчаянно пытался сдержать.