Чтение онлайн

— Говорят одно имя проклятой империи, может принести несчастье — приподнял бровь третий рыцарь.

— Эх, Драгган! Разве мало было несчастий — барон сел обратно в кресло. — Была кровь, были победы и поражения, но то что рассказывает Олаг! Это смерть! Это то, что не должно повторится никогда. Земля умирала, когда появился император, и она бы умерла, если бы по воле Сущего, на эту землю не пришли наши предки. А проклятия? Ирис, девочка моя, ты боишься проклятий.

— Нет! — прозвенел под закопчёнными сводами, звонкий голосок — Я знаю свою судьбу! Со мной никогда, ничего не случится, и я стану королевой. Рассказывай Олаг! Или ты боишься?

Барон махнул музыкантам рукой, те замолчали, опустив инструменты. В зале стало тихо, осталось только гудение пламени в камине, да хруст кости, которую грыз пёс под столом.

Олег отодвинул в сторону кубок, по обыкновению прикрыл глаза и с удивлением услышал собственный голос.

— Нет в мире проклятия сильнее, чем чья-то ненависть…

… Взметнулись к окрашенным кровью облакам, пурпурные башни Хендера. Разорвал небо зигзаг молнии, но вопли умирающих перекрыли грохот грома. Император шёл по переходам дворца, и ночь в ужасе бежала от него. Какая то полуночная тварь случайно попалась на глаза раздражённому императору и не останавливаясь великий маг размазал её по стене. Гулкие шаги эхом отдавались в пустых коридорах. Император шёл в тронный зал. Огромное пустое помещение, посреди которых высилась гора черепов. Золотые ступени выложенные на одном из склонов этой белоснежной горы вели к массивному золотому трону исписанному заклинаниями. Чёрные магические руны мерцали и синеватое пламя, сполохами пробегало по ним. Император поднялся по ступеням и сел на трон. Как только он опустил на жёсткое, холодное сиденье своё тело, от трона побежало золотое сияние, осветив пустой зал, плиты пола испещрённые магическими символами, стены покрытые золотыми листами, на которых была написана книга императора. Опустив голову, император молчал, потом его пальца сжали золотые подлокотники, тонкие губы шевельнулись в одном слове.

— Исгар!

Тьма колыхнулось, как потревоженное покрывало, и перед троном возник человек. Стройный, чрезвычайно бледный, он был закутанный в такую же как у императора чёрную с золотом мантию.

— Да мой Господин, — поклонился вызванный.

— Я знаю, что ещё одна армия легла в сражении. Что случилось Исгар?

— Я не могу ответить мой господин. — Голос Исгара был тих. — Если хочешь, можешь убить меня.

— Разве ты забыл? Я уже много раз убивал тебя, — тихий смех императора прошелестел по комнате. — Ты неисправим, раб.

— Империя умирает мой господин. Варвары в двух переходах от Хендера. Мы не успеем собрать новую армию. А если бы даже успели, — Исгар пожал плечами, — Она снова будет разбита.

— Неужели их шаманы сильнее, чем мои маги?

— Говорят с ними Бог, император.

— Что ты несёшь? — Эхо от вопля, озарило темноту багровым отблеском. — Бога нет! Я давно убил его! Я великий император Аббадона! Есть только я, меня можно увидеть, можно почувствовать мою ненависть, можно быть свидетелем моих дел. Я залил кровью этот комок грязи и выжил отсюда Бога. Он не властен здесь, он проиграл. И никто больше не увидит его!

— Мне кажется, у нас всё таки будет такой шанс мой господин — грустно поклонился императору Исгар.

— Трусливая тварь! — прошипел тот.

Руки Исгара были вырваны из тела в одно мгновение, кровь из разорванных артерий хлестнула длинными струями заливая пол и черепа. Старший советник императора закричал дико и страшно.

— Где твой Бог?

Одна нога была вырвана вместе с боком, и ком внутренностей советника упал на пол. Исгар не мог умереть, воля бессмертного императора заставляла жить его мозг, терзая несчастное тело. Страшен и жесток был император.

Поднялся с золотого трона высокий худой человек со страшной улыбкой. Поднялся и посмотрел на отсвечивающий золотом свод.

— Значит, Ты есть? Что ж, приходи. Я слышал ты милостив к поверженным, так знай мне не нужна, Твоя милость. Тьма, что дала мне силу, сильнее тебя! Она не даст мне погибнуть. И пока Владыка ночи со мной я буду драться. Драться до конца. Слышишь! Я не боюсь тебя!..

Факелы потрескивали в тишине. Гости молчали. Смешно прикрыв ладошкой рот смотрела на Олега Ирис.

— У тебя великий дар. — Нарушил молчание пожилой рыцарь. — Праздные зеваки, будут ходить за тобой по городам, требуя продолжения. Но я бы советовал тебе не рассказывать слишком многим. Зло может снова ожить. В каждом может затаиться император.

— Вы очень мудры. — поклонился Олег.

— Я не мудр, я стар и многое видел. И вижу сейчас. Слово может стоить полка рыцарей. А вера, плюс слово, стоят империй. Не солдаты побеждают, а тот, кто убедит их в том, что они могут победить.

— Благодарю вас.

— А что было потом? — спросила Ирис.

— А потом Аббадон пал.

— Император был убит этим богом?

— Нет. — Олег отпил вина. — Бог ждёт, пока император раскается.

— Попался бы император мне в руки, — громко выкрикнул один из рыцарей — Он бы пожалел, что родился на свет. Он безумец и никогда не раскается, пока сам не пройдёт через всю боль, которую он причинил другим!

— Зло не может победить зло. — Олег отставил в сторону бокал. — Если только убивать, то зло никогда не исчезнет. Наоборот оно будет становиться всё могущественнее, меняя форму, подстраиваясь под победителя.

— Извини, но что ты можешь знать про зло? — рассмеялся рыцарь. — Я вижу ты не воин. Ты даже не жрец. Ты рассказывай свои сказки, а со злом предоставь бороться нам.

Неуловимым движением рыцарь достал кинжал и метнул его в сторону камина. Кинжал загудел, вонзившись в спинку деревянного кресла, и пришпиленная к креслу боевой сталью, задёргала крыльями ночная бабочка.

— За рыцарские цвета Алонии — закричал молодой рыцарь, поднимая чашу. — За короля Долаага!

— Слава!

Взметнулись чаши.

— За сталь и справедливость!

— Слава!

— Да погибнут враги Алонии.

— За наш поход на неверных Сущему! К осени вновь соберутся под знамёнами лучшие из рыцарей Алонии и пойдут на Гросгаарт все цвета королевства. Пойдут побеждать!

— За барона, Лайана который поведёт Цвет Сумеречного леса на Гросгаарт.

— За прекрасную Ирис!

— За короля Далаага, властителя рыцарских цветов!

Олег сбежал между двумя здравницами. Он хотел незаметно пробраться к себе в башню, но возле входа его поймали несколько подвыпивших солдат и пришлось выпить ещё раз за короля Долаага. Да продлит Сущий дни его жизни. И за барона. Да не оставят его богатство и здоровье. Пил, вздрагивая от боевого клича солдат барона: — Краддар!. Только потом Олег смог подняться по винтовой лестнице к себе в комнату.

Шумел замок, слышались песни, пожелания, смех. Олег сидел на кровати и думал об Ирис. Ночь надвигалась, дыша страхами, ночь древней страны всего-навсего за две тысячи лет успевшей позабыть своего императора.

Ночь расшила небо золотым узором, полными пригоршнями высыпав звёзды над замком Лайана. Праздник давно закончился, замок спал, только Олег бодрствовал лёжа на широченной кровати. Перед глазами стояла Ирис. Олег вспоминал каждое её движение, каждое её слово и улыбался в темноте. Теперь оставшись один, он мог сколько угодно говорить с ней, смело смотреть в эти удивительные глаза, любоваться улыбающимися губами. Теперь, когда на улице ночь можно даже признаться в самом главном.