Чтение онлайн

— Что это значит?

— Это значит, что такие люди, как мы, вообще вряд ли когда-либо узнают, что такое любовь.

— Люди, как мы? — уточнила я.

— Люди, на которых лежит ответственность еще за тысячи людей, в чьих руках будущее огромных долларовых компаний, и кого очень часто пытаются кинуть или подставить. Все силы уходят на то, чтобы удержаться, и на любовь не остается ничего.

Сердце сжалось. Его слова пролили свет на многие вещи, которые я еще не до конца понимала. По крайней мере теперь стало понятно, почему Филипп сказал, что Фернандо никогда не женится. Он никогда никого не любил. Возможно, кроме себя.

— Это печально, — ответила я, пребывая в своих мыслях.

— Почему же?

— Потому что это самое яркое, что бывает в жизни, хоть и не обязательно, конечно, хорошее, — ответила я с невероятным пафосом, от которого самой чуть не поплохело.

— Да брось. Ты держала когда-нибудь призовой кубок формулы-1? Может, прыгала с парашютом с частного джета или лежала на стометровой яхте в лазурном заливе Багамских островов? А может, даже пробовала итальянский белый трюфель? Ох, а если еще вспомнить тех моделей с обложки Vogue, которые утром выходили из моего номера в Сен-Тропе, — мечтательно произнес он, — это и есть любовь.

— Звучит так, будто я пролистала ленту в инсте, — ответила я, искренне не понимая, что может быть хорошего в том, что он назвал, — это звучит так банально, то же самое есть еще у сотен людей.

— Любовь тоже не редкость, знаешь ли.

— Да, вот только ею не хочется делиться с кучей левых людей. За ней не нужно ехать куда-то или прыгать откуда-нибудь. Она просто есть внутри тебя. И это кайф.

— Ты, похоже, перечитала Бронте, милая, — ответил он, отводя взгляд в сторону.

— О нет. В отличие от Джейн, я дружу с головой, чтобы не фанатеть от мужиков, подобных Рочестеру.

— Ага. И поэтому встречаешься с моим братом? — подловил меня Фернандо. Как же тонко, а.

— У вас не слишком теплые отношения с братом, как я заметила, — этот вопрос интересовал меня давно, ведь не просто так Филипп возненавидел Фернандо.

— Если ты хочешь спросить, почему Филипп так относится ко мне, то я не знаю. Я бы мог предположить, что в юности я увел у него девушку. Но если честно, он всегда был такой скрытный, что если я и увел у него подружку, то до сих пор не знаю об этом.

— Да уж. Он может быть своеобразным, — я сделала еще один глоток вина, вспоминая, как Филипп и Алехандро веселились в нашей спальне.

— До момента, как он привел тебя в дом, я был уверен, что Филипп гей. Теперь же на удивление оказалось, что у него еще и весьма неплохой вкус, — Фернандо всегда смотрел на меня, когда говорил что-то подобное, и от этого становилось еще более неловко. Но, уловив мое смущение, он тут же отвернулся и отхлебнул еще вина.

Прошло несколько минут тишины, и я впервые за два дня почувствовала себя рядом с ним спокойно. Фернандо стоял ко мне в полуоборота, пока я, свесив ноги, рассматривала его брутальную двухдневную щетину и думала о том, как одновременно и повезет и не повезет его избраннице. У нее будет такой красивый мужчина и не менее прекрасная жизнь, вот только для него она будет всего лишь декорацией в спектакле под названием «По стандарту идеальная жизнь».

— Если я не смогу возглавить компанию, она перейдет к Филиппу, — неожиданно сказал Фернандо.

Последнее, что я хотела слышать, это его истории о работе. Причем именно те, за которыми меня послал Филипп

— Я не могу допустить этого транзита. Потому что тогда компанию точно ждет крах, — он все продолжал, словно беседуя сам с собой.

— Почему ты думаешь, что Филипп не справится? — я попыталась сместить фокус разговора на Филиппа.

Фернандо беззлобно усмехнулся: он, похоже, не собирался отвечать на этот вопрос.

— Или дело просто в том, что у вас гонка вооружений?

— Филипп знает о бизнесе столько же, сколько о порядочности и добросовестности. Не надо сажать его в президентское кресло, чтобы понимать, что он в секунду разорит компанию.

Что ж, он был настолько прав, что я даже не нашлась, чем ему возразить.

— Пабло планирует передать компанию мне, — произнес он, собираясь продолжить, а у меня сердце ушло в пятки.

Не говори мне ничего! Это именно та информация, за которой меня заслали.

— Нет! — вдруг воскликнула я, стараясь остановить откровенный монолог Фернандо. — Ты не должен мне это рассказывать.

— Возможно, — ответил он спокойно, глотая из горлышка бархатистый напиток. Не будь он пьян, вряд ли бы стал делиться такой информацией. — Иногда ты ведешь себя очень странно, — сказал он, не сводя с меня глаз, будто делал мне томографию. — Ты спросила меня перед прогулкой, все ли хорошо. Я отвечаю.

Я понимала, что теперь не имею морального права перебить его. Слишком много эмоций накопилось у Фернандо за этот непростой день.

— Транзит компании — дело серьезное. Решение о передаче зависит от того, как проголосуют в совете директоров. Мы с отцом думали, что все единогласно примут это решение. Но оказалось, что все не так радужно. Некоторые встали на сторону Филиппа. Хоть он и не знает об этом, поскольку не входит в совет, но ничто не помешает ему, в случае чего, докопаться до сердца компании.

Часть меня хотела заставить его замолчать, чтобы я никогда не смогла проговориться Филиппу об услышанном, другая часть хотела поддержать его.

— Но ведь большая на твоей стороне.

Он вдруг громко засмеялся, заставив меня вздрогнуть:

— Да, но вся эта схема держится лишь на одной ножке — на одном человеке в совете. Если он потеряет ко мне доверие, компания уйдет от меня. Знаешь, кто этот человек?

У меня было всего одно мгновение до того, как я услышу правду от Фернандо Ферретти о том, как уничтожить его самого же. На этом моменте я поняла — надо что-то делать. Я не должна знать этого. Я не хочу знать. Понятно, что Филипп не будет пытать меня током или отправлять на детектор лжи, чтобы поверить, что я знаю о Фернандо. Но даже я не всегда могла держать язык за зубами.

Ферретти уже открыл рот, чтобы произнести то самое имя, но я опередила его. В одно короткое мгновение я соскочила с бочки, на которой сидела, и прильнула к его губам.

Все было в точности как я и представляла себе после утренней встречи в бассейне. Теплые мягкие губы, свежее дыхание с легкими нотами горечи от красного полусухого. То ли вино меня пьянило, то ли он. Но этот поцелуй был чем-то невероятным. Его рука скользнула по моей щеке, плавно опускаясь на шею, а затем так же незаметно перебралась на талию, чтобы прижать меня еще крепче. Второй рукой Фернандо зарылся в мои волосы, аккуратно перебирая их пальцами.