Чтение онлайн

Киваю, не умея высказать вслух своих чувств. Я подожду, я, сколько надо, столько и подожду. Только приди, пожалуйста.

Почему-то я верю, что он действительно придёт.

И даже знаю, почему. Потому же, почему не приходил два месяца.

Глава 11. Всё, что попросишь

Встав по обыкновению не слишком рано и порадовавшись, что я ночевал не в общежитии, а значит, никакие посторонние шумы не смогли помешать мне досмотреть законно положенные сны, я иду в ванную комнату.

Пользоваться его шампунем или гелем для душа - это как будто немного приблизиться к нему. Вдыхаешь запах влажной кожи, поднося запястье к лицу, и вспоминаешь, что он пахнет точно так же. И немного сходишь с ума от этих мыслей. И сами мысли - у них его запах, его прикосновения, чуть шероховатые на подушечках пальцев, его интонации, чуть вибрирующие на низких нотах.

Вода смывает мыльную пену, оставляя ручейки-дорожки, а я закрываю глаза, запрокидываю голову и опускаю руки, лаская себя в отчаянном желании избавиться от наваждения.

Потом я готовлю завтрак. Снейп не может появиться так рано, но я почему-то ставлю на стол то, что поставил бы он сам. То, что нравится ему.

И снова не могу думать о чём-то, не связывая эти мысли с ним.

Пью утренний кофе и вспоминаю наш вчерашний разговор.

Почтовая сова приносит, как обычно, свежую прессу. Просматриваю - ничего интересного. Прихватив яблоко, иду в библиотеку и отдёргиваю шторы. Впускаю в комнату не по-февральски тёплые солнечные лучи, подхожу вплотную к окну. Присаживаюсь на подоконник и прислоняюсь виском к стеклу.

Окно выходит прямо в сад. Снег рыхлым покрывалом с прорехами то тут, то там, небрежно раскинулся по всей его поверхности. Сад довольно приличных размеров - я прикидываю и решаю, что над его территорией вполне можно было бы устраивать квиддич. Не игру, конечно, а так, тренировки двое надвое, как это бывало раньше в Норе у Уизли.

Интересно, а Снейп играет в квиддич? Точнее, играл, когда учился в Хогвартсе? И в качестве кого он мог бы состоять в команде? Помнится, однажды он судил матч Гриффиндор против Хаффлпаффа, и выглядел на метле довольно убедительно. Значит, его уровень, по крайней мере, должен быть приличным.

Снова Снейп. Откуда? Я вообще-то думал о квиддиче и о раскинувшемся перед окном поле с окаймляющими его деревьями и кустарником, дающими право предполагать, что по весне это место превратится в сад.

Мне хотелось бы знать, что здесь растёт. Он ведь не живёт здесь постоянно, чтобы тратить на уход за домом достаточное количество времени. Возможно, кроме нескольких чахлых деревьев по периметру здесь и вовсе не на что смотреть. Хотя вон там, похоже, будет небольшой пруд, когда снег сойдёт - слишком уверенно, словно зная, что стоит на своём законном месте, возвышается садовая скульптура с поднятыми вверх наподобие чаши ладонями, из которых летом будет бить фонтан.

Когда я бывал в Норе, я всегда удивлялся понятиям семьи Уизли о том, что такое настоящий английский волшебный сад. Никаких цветников и водоёмов, никаких фруктовых деревьев, минимум ухода и максимум самодеятельности для растений и гномов.

Конечно, гномы, рыхлящие на каждом шагу ямки и прогрызающие дырки в тыквах, зрелище забавное, но мне бы не хотелось видеть такое же в саду у Снейпа.

А может он вообще сажает здесь только свои лекарственные растения, пригодные исключительно для изготовления зелий и не несущие никакой иной, кроме функциональной, нагрузки.

Мне бы хотелось, чтобы его сад напоминал тот, который я помню у Дурслей. Да, как ни странно, но именно так.

Тётя Петунья уделяла своим растениям исключительное внимание, её шток-розы даже в самые жаркие дни выглядели свежими и дышали влагой, источая чудесный запах, лилии не капризничали, а маргаритки радовали глаз. Клумбы опоясывали ровные каменные бордюры, газоны подстригались ежедневно и аккуратно, кустам придавалась определённая форма. Садовые скамейки с изящными коваными спинками, аромат душистого горошка, витающий в воздухе, пение птиц.

И никаких, боже избавь, кабачков или кротовых норок.

День будет тянуться долго, как это и положено в случае, если кого-то очень ждёшь.

Я могу простоять вот так, у окна, до самого вечера. Мне есть о чём думать. И о ком.

* * *

На огне кипят и наполняют лабораторию запахами - омерзительными или вполне сносными, в зависимости от содержимого - одновременно несколько котлов. Тру виски и принимаю противосонное, чтобы прогнать усталость.

Поминаю недобрым словом Помфри с её запросами.

В лаборатории с громким хлопком материализуется школьный эльф, кланяясь и протягивая на серебряном подносе письмо.

Благодарю его, он исчезает.

Смотрю на почерк и нетерпеливо вскрываю конверт. Наконец-то!

«Северус!

Мне приятно, что ты ещё помнишь обо мне. И даже повод, по которому ты обратился, не может умалить моей радости от предстоящей встречи.

Прости, что сразу не ответил, меня не было в Англии почти три месяца, а переслать письмо никто не догадался.

Если я тебе ещё нужен, можешь располагать мной и моим временем, как тебе заблагорассудится.

Не знаю, что у тебя за тайны, о которых ты можешь поведать исключительно в приватной беседе, но в любом случае я по тебе скучаю, а потому буду счастлив увидеться.

P.S. Надеюсь, насчёт сугубо делового характера встречи ты упомянул только в шутку.

Твой К.»

Клайтон… Всё такой же несерьёзный. Такой же поверхностный. Но всегда делающий то, о чём просят, без лишних слов и размышлений.

Мы не виделись лет пять, если не больше, но, похоже, он не изменился.

«Клайтон!

Твоё письмо как нельзя кстати. Завтра буду в Лондоне по делам, хотелось бы встретиться, не откладывая.

Предлагай место и время, написать можно на мой лондонский адрес, буду ждать ответа там.

Спасибо, что откликнулся.

С.»

Вызываю эльфа, прошу отнести письмо в совятню. Когда остаюсь один, понимаю, что чертовски устал.

Похоже, можно успеть перехватить пару часов сна - несколько зелий я сниму с огня прямо сейчас, ещё два будут готовы как раз к утру, а до тех пор они не нуждаются в моём присмотре.