Давай сыграем в любовь
Шрифт:
– А что я?
– Ты будешь встречаться с девушками?
– А ты думаешь, я дрочить должен два месяца? – округляет глаза в притворном ужасе.
– Папа узнает, и будешь дрочить!
– Блин. Ты права! – задумывается Борзый. – И тогда мне не отвертеться. Без палева тогда буду, максимально осторожным.
– Так не пойдет, Ром! Я тогда тоже буду максимально осторожной. Ты ведь не думаешь, что я буду дома сидеть как приличная девочка, пока ты по бабам таскаешься?
Моему возмущению нет предела!
– Я могу не таскаться, – берет меня за руку и проникновенно смотрит в глаза. – Можешь мне их заменить всех на это время. Я ведь почувствовал, что ты откликнулась мне, Влад. Я тебе нравлюсь. Очень. Так?
Кружит взглядом по моему лицу и улыбается, соблазнительно выгнув бровь. А у меня от его взглядов и предложений пульс разгоняется до двухсот. Как ему это удается, не понимаю.
– Успокойся, Ром. Ты не в моем вкусе! – выдергиваю свою ладонь из горячих пальцев. – И я просто люблю целоваться. Не более того! Насчет фото, окей. Но мне нужно Аленку в курс дела поставить. Она с ума сойдет, если увидит. Я могу ей правду сказать?
– Скажи, но, чтобы тихо было. Два месяца пролетят быстро. Потерпи меня немного.
– А вообще, необязательно палить мое лицо. Если так нужно, можешь выложить наши руки, например, сцепленные. Или волосы, что там еще выкладывают. Посмотри в пинтерест, в общем. Спасибо за ужин, Ром, я спать!
Поднимаюсь со стула и потягиваюсь. Опять не успела подготовиться к учебе. Придется завтра встать пораньше на час. И полностью потратить воскресенье на скучную философию.
– Влада, а кто в твоем вкусе? – неожиданно интересуется Борзый, обжигая взглядом полоску обнаженной кожи между топом и шортами.
– Корейцы, Ром!
Он ржет в ответ и понятливо кивает.
– Тогда, у меня без шансов, но ради тебя я готов съесть собаку.
– А почему ты не заводишь серьезные отношения? – останавливаюсь в проходе и разворачиваюсь к нему. – Не поверю, что пытаешься взять от жизни максимум.
– Может, рекорд хочу поставить?
– Что, и тетрадка есть, где считаешь свои трофеи?
– Тетрадка, – фыркает в ответ. – в уме веду подсчеты.
– И сколько там, если не секрет?
– Больше ста, Влада.
– Пипец! Ты хоть предохраняешься?
– Всегда, принцесса. Да, у тебя есть шанс стать сто одиннадцатой. Как тебе? Три единички, круто?
– Ой, не. Увольте. Меня в твоем списке точно никогда не будет.
– Жаль. Я тогда отъеду ненадолго, ок? Не жди меня.
Возмущенно отворачиваюсь и с пылающими щеками шагаю к себе. Подумать только, больше ста вагин через него прошло! Покруче, чем у гинеколога. И как самому не противно? Ладно, сейчас ему двадцать два, но рано или поздно придется остепениться?
Хотя, кого я обманываю? Женится на овечке, которая родит ему детей и верно будет дома ждать, а он продолжит развлекаться. Красивая картинка для соцсетей и общества. Не, я на такое никогда в жизни не подпишусь!
Глава 17. Влада
– О, какая вы красивая пара! – не может сдержать восхищения мама Ромы, Наталья Александровна. – Влада, дай я тебя обниму!
Эта невысокая, стройная женщина мне сразу понравилась. Хотя, и женщиной ее назвать язык не поворачивается. Она подтянутая, энергичная и очень красивая. Явно, много времени проводит у косметолога и в зале, потому что иначе такую тонкую талию вряд ли можно заиметь.
Она ласково обнимает меня, обдавая нежным ароматом духов. Я слегка напряжена, хотя Рома, пока мы ехали, меня морально подготовил к встрече.
– Поверить не могу! – продолжает болтать его мама, посматривая на своего мужа. – Не прошло и пяти лет, как Ромик привел к нам свою невесту.
– Мам! – предупредительно смотрит на нее сын, помогая мне снять пальто.
С самого утра мы поехали в торговый центр, где, не смотря на мой протест, Роман приобрел мне сапоги из нереально мягкой кожи, новую сумочку, которая стоит как моя месячная зарплата. Потом мы зашли в магазин одежды, консультанты облепили меня со всех стороны и быстренько подобрали несколько образов, которые Борзый оплатил и даже бровью не повел.
Актер из него, конечно, превосходный. Он очень галантный, заботливый и нежный. Не выпускал мою руку и периодически целовал в щеку. Еще и смотрел влюбленными глазами. Эх, в театралку ему надо было идти, а не в администрацию. Такой талант пропадает!
– Добрый вечер, Владислава! – приветливо кивает мне Борис Николаевич, внимательно осматривая меня с ног до головы. Судя по всему, оказывается доволен моим новым платьем, потому что расплывается в улыбке. – Чувствуйте себя как дома!
– Благодарю!
– Проходите скорее! – приглашает нас мама. – Уже все готово. Я с самого утра вас ждала!
Рома с папой переглядываются, а Наталья Александровна, заметив это, тут же упирает руки в боки.
– Эй, вы! Лыбятся они, посмотрите-ка на них! Роман, покажи Владе свою комнату и нашу квартиру, а Вы, Борис Николаевич, живо со мной на кухню. Мне нужно банку с огурцами открыть!
– Натусь, не ругайся, милая! – нежно приобнимает ее муж. – Мы ведь любя.
Она что-то фыркает, но улыбается, и они оба скрываются в недрах необъятной квартиры.
– Мама у меня классная! – подмигивает Рома, тянет меня за руку. – Расслабься уже, зай!
А я в шоке. Словно в музей пришла. Квартира родителей Романа располагается в самом сердце Екатеринбурга на Красноармейской улице. Я погуглила, здесь живут чиновники, актеры, бизнесмены и даже у губернатора имеется квартира. Дом трехэтажный, с широкой лестницей и огромными окнами.
Интерьер помпезный, я к такому не привыкла, а вот Рома здесь смотрится вполне гармонично. Он сегодня выбрал черную рубашку и черные брюки. Выглядит очень сексуально и стильно.
– Это – прихожая, – сообщает он, открывая двери. – Прачечная, там – папин кабинет, но туда мы не пойдем. Слева по коридору – комната Антохи, моего брата, а напротив – моя. Они, разумеется, пустуют. Наверху – спальня мамы и папы и гостевая комната. А здесь – два санузла, кладовка и гостиная с кухней.
– Охренеть! – шепчу я. У нас в поселке большой дом, как я думала, наивная. Двухуровневая квартира – это просто восторг!
Квартира оформлена в стиле современного искусства, пространство выдержано в нейтральных тонах: белый, серый, бежевый, что создает эффект простора и спокойствия. Акценты добавлен с помощью ярких художественных произведений, скульптур и статуэток. Мама Ромы – искусствовед, неудивительно, что у них так все стильно и красиво.