Чтение онлайн

Диир отвёл свой изучающий взгляд от лица Джим.

— Странно, но я ничего не чувствую. Совершенно ничего! Никакого потенциала или скрытой силы. — Посмотрел с интересом в изменчивую темноту под плащом. — Почему? — Видя, как плечи приподнялись одновременно вверх у обоих, довольно хмыкнул. — Вы тоже этого не чувствуете, ведь так! — Перевёл взгляд на чёрный плащ и заглянул в изменяющуюся темноту под капюшоном. — Один лишь вопрос — как ты представляешь себе сделать воина из этого? — Его толстый палец чуть не ткнул Джим в нос.

— На то ты и магистр, и мастер, и маг и всё такое. — Явно забавляясь, это существо наклонило голову и выдало самый важный свой аргумент: — Если не сможешь ты, значит, не сможет никто, так сказал, между прочим, о тебе сам Цитариус.

По лицу Диирде’Грама промелькнула за одно мгновение куча противоречивых эмоций. Заинтересованно посмотрел на Джим. Его взгляд обещал многое. И это пугало.

— А знаете что? Я всё же попробую! — И, видя, как Джим полезла при его словах с головой под одеяло, быстро добавил: — Но ничего не обещаю.

А потом был урок самообороны. Они прыгали, бегали, отжимались, подтягивались, лазали по канатам, отрабатывали простейшие приёмы. Точнее, кто-то всё это делал, но у Джим снова ничего не получалось. А потом весь класс был отпущен отдыхать, а Джим — оставлена на дополнительные часы для индивидуальных занятий с магистром Дииром. У неё был личный урок по самообороне. И она снова прыгала, бегала, отжималась, подтягивалась.

«Ну, это ничего. Ради обладания таким совершенным оружием можно всё что угодно стерпеть. Да я теперь самая счастливая из всех счастливых в Академии, нет счастливее на всём белом свете!»

Вписанные чей-то твёрдой рукой в её расписание дополнительные часы по самообороне мотивировались «учителем-мучителем» тем, что он (то есть Джим) является самым отстающим, неперспективным, дохлым «задохликом-бестолочью», какого отродясь не видывали стены этой Академии за всё время своего существования. А так как отныне это становится его личным делом, он клятвенно заверил, что будет теперь уделять ей каждый день час или два своего личного свободного времени.

«Я самая несчастная из всех несчастных в Академии! Нет, не так! Я самая несчастная на всём белом свете!»

Джим осторожно переступила с ноги на ногу и сделала ещё пару шагов по тёмному коридору. Только бы добраться до комнаты. Устало привалилась спиной к холодной стене. Показалось мало, через силу повернулась и приложила разгорячённый лоб к холодному камню. «Определённо, я так больше не выдержу!» Обречённо посмотрела вглубь тёмного коридора. «Как же я раньше не замечала, что он такой бесконечный?!» Заставила себя оторваться от надёжной стены и сделала ещё пару шагов. «А все давно уже спят». Не удержалась, упала.

На четвереньках подползла к спасительной стене, попыталась встать. «Да всё это бесполезно!» Сползла вниз.

«Надо просто немного отдохнуть». Сидя на холодном каменном полу, привалилась к стене и прикрыла глаза.

Магистр Диирде‘Грам выполнил свою обещание. Джим уже три месяца жила как в кошмарном сне. А последний месяц стал для неё самым настоящим испытанием. Весь преподавательский состав, заметив, что она стала отставать по основным предметам, дружно переговорил с её мучителем. И вот по расписанию тренировки теперь шли дважды в сутки — рано утром (общая физическая подготовка) и вечером (отработка основных приёмов). Да, она стала немного лучше прыгать, быстрее бегать, относительно лазать по канату, не как раньше — съезжать на голову преподавателю, посредственно отжиматься и подтягиваться, и даже кое-какие приёмы стали получаться куда лучше, но каких трудов это ей стоило — не знал никто. Она не высыпалась, не отдыхала, едва успевала вовремя покушать, забывая иногда искупаться и сменить на себе вещи, и совершенно перестала следить за днями. На занятиях автоматически что-то писала, по вечерам списывала из тетрадей Алисии недостающий материал, а по ночам зубрила прошедшие темы. Порой и засыпала там же — за столом над конспектами. Всё чаще закрадывалась мысль: а настолько ли ей хочется обладать таким совершенным оружием и нужно ли это ей вообще?

Она старалась лишний раз не рассказывать друзьям, как ей приходится нелегко. Мысль об их жалости к ней, как к самой слабой из них, была для неё невыносима. Стиснув зубы, радушно кивала на дружественное похлопывание Виттора и бесконечные тычки от Аллиара. Иногда на лице всё же проскальзывала гримаса боли, но тогда она быстро отводила взгляд в сторону — от проницательных глаз Алисии. Кто-нибудь из её многочисленных родственников, тонко чувствующих малейшие перепады настроения этой хрупкой девушки, в такие минуты подлетал к ней и озабоченно всматривался в лицо, но потом понимающе переводил взгляд на Джим и спокойно уходил к своему месту. Именно тогда Джим впервые заметила эту их особенность: общаться между собой без слов.

Каждый раз после тренировки она сначала «шла» на осмотр и лечение, а потом направлялась в свою комнату или же на урочное занятие, если на улице всё ещё светило солнце. В лазарете Джим неизменно встречали и провожали сочувственными взглядами, и это угнетало. ШельгаАраи всегда находила время, чтобы перекинуться с ней парой словечек, пошутить о больничной койке с её именем и пообещать, что скоро станет легче. Вот только это «легче» всё никак не наступало. Вечером было немного проще — Джим могла сразу из класса Диирде’Грама направиться к себе в комнату и лечь спать.

Сегодня, правда, вернуться совсем не оставалось сил. Она открыла глаза и обречённо посмотрела на длинный коридор. «А если ползти? Всё равно ведь никого нет». С трудом удалось приподняться на четвереньки и распределить вес на четыре конечности. Она горько засмеялась и поползла. «Главное не запутаться в руках… ногах… хе… хе…» Она почти миновала коридор. Устала. Остановилась. Снова «пошла», тихо бормоча под нос: «Раз, два… три, четыре… хе… хе…» Остановилась. «Это кто, интересно, хихикает? Сама, что ли?!» В ужасе обвела взглядом тёмный коридор. «Эх… хе… хе…» По спине волной прокатилась изморозь, заставляя покрыться липким холодным потом. Снова обсмотрела темноту позади, оглянулась и пристально вгляделась в черноту коридора.

Никого. «Да что же это такое?» Озарение пришло внезапно. Учитель явно сегодня перестарался. Голосовые галлюцинации. Травма головы, не иначе. Аккуратно потрясла головой, прислушиваясь к своим ощущениям, успокоилась и снова поползла. Миновала коридор и плавно перетекла в холл. Оставалось всего-то ничего: добраться до вспомогательного корпуса Б, а потом по крутой лестнице на самый верх до своего этажа, до комнаты и кровати.

Свернула в нужный коридор и отчётливо услышала. «Когда считала, было интересней… эх… хе… хе». Джим вздрогнула и очень медленно обернулась. Снова никого. С усилием заставила себя подняться на ноги, вгрызаясь ногтями в гладкие стены, в глазах резко потемнело. Она отдышалась и попыталась пройти хотя бы несколько шагов. Мир завращался перед глазами с бешеной скоростью, мгновение она ещё стояла и тут же рухнула на пол. Не было никаких сил повернуться на спину, Джим так и лежала лицом вниз, наслаждаясь прохладой каменного пола. Почему-то подумалось: «Наверное, останутся синяки на лице…». За спиной в темноте отчётливо слышались шорохи, кто-то совершенно не скрывал своего присутствия. Она приподнялась на руках и вгляделась в темноту. Никого ведь? Повернулась на спину и с какой-то полубезумной улыбкой расслаблено растянулась на полу. Значит, вот как это бывает! Прикрыла веки, не переставая улыбаться своим мыслям.

— Ну и чего, спрашивается, разлеглась?

Джим резко приподнялась на локтях и даже попыталась сесть. Зло посмотрела в пустой коридор и, сама не ожидая такой смелости, выкрикнула в темноту:

— Я бы попросила, чтобы со мной не разговаривали! — Нахмурилась. Явно ведь налицо все признаки…

— Да правда, что ли?! — в темноте коридора смех прозвучал на этот раз неестественно громко.

— И нет здесь ничего смешного. — Джим снова растянулась на ледяном полу. — И вообще, смеяться я тебе тоже запрещаю! А ещё лучше… уйди!