Чтение онлайн

Нет. Еще в поезде Эдвард сказал мне, что, обычно, по утрам мы завтракаем с его родителями, так же иногда мы должны принимать иностранных гостей или высокопоставленных лиц. Даже если смогу избежать этого обеда, будет бесчисленное множество других поводов для публичных встреч. Чем раньше пройду через это, тем лучше.

— Прекрасно, — пытаюсь выглядеть уверенной в себе, улыбаясь ему. — Увидимся через минуту. Я не заставлю наших родителей, ждать.

Эдвард выглядит довольным, особенно когда говорю «наши родители».

Амелия ведет меня в гардеробную в спальне, которая выглядит как салон для примерки свадебных платьев. Десятки — нет, сотни платьев висят на полках по трем сторонам комнаты. Платья всех цветов палитры. С кружевами, лентами, оборками и даже пыхтевшими рукавами, которые выглядят большими, как воздушные шары. Платья от простого до сложного, для любой мыслимой цели.

Вау. Могла бы провести свой собственный показ мод, в викторианском стиле.

С присущей Амели деловитостью и профессионализмом она одевает на меня великолепный лиф лавандового цвета с рядом алмазных пуговиц спускающимися спереди и юбок с отделкой из изысканного кружева и ленты. Волосы скручены в элегантный шиньон, удерживаемый многочисленными перламутровыми наконечниками заколки. Ключица и руки в порошке, и сверкающий алмазный кулон, который соответствует моим пуговицам, завязывается на шее. Такое чувство, как будто собираюсь посетить некоторые старомодные конкурсы красоты. Могла бы даже быть коронованной принцессой — подожди, я уже принцесса.

Когда присоединяюсь к Эдварду позднее, воздух, кажется, высосан из моих легких. Он одет в черный шелковый костюм и белую рубашку, чисто-белый галстучек на шее, и одна красная роза выглядывает из кармана. В принципе, в нем все безупречно. Он приглашает меня на бал.

— Ум, — на мгновение не знаю, что сказать.

Он улыбается, казалось, его позабавила моя невежественность, и протягивает руку.

— Могу ли я иметь честь сопровождать вас на ужин, моя леди?

Я смеюсь.

— Это доставит удовольствие, мой господин, — стараюсь звучать как Сноб, но у меня проблемы, не могу сдержать смех.

Он наклоняется ко мне, но не раньше, чем взглянув на Амелию, которая быстро выходит из комнаты. Это был намек, чтобы оставить нас наедине?

Снимаю свою руку, но он подсунул сложенный лист бумаги между пальцами.

— Это напоминание, — шепнул он. — Постарайся запомнить как можно больше.

Когда мы приходим в столовую, моя нервозность грозит снова, обрушится на меня. В гостиной только около десяти мест, но все равно, это прекрасное место, где я когда-либо была. Белоснежными скатертями покрыты дополнительным слоем малинового бархата, свечи горят в серебряных держателях, хрустальные вазы заполнены розами и папоротниками, посуда отполирована и блестит, и конечно, антураж слуги в королевских малиновых и золотых мундирах и самых банальных выражениях, что я видела, как будто они часть мебели.

Хорошо, Кэт. Ты сможешь сделать это. Эдвард объяснял королевский протокол в поезде.

Кого я обманываю? Уже забыла половину из того, что он рассказывал. А учитывая сложившуюся ситуацию, будет еще сложнее запомнить это вновь.

Стараясь не вести себя, как деревенщина, двигаюсь к обеденному столу с грацией робота. Слуга вытаскивает мое кресло, и я осторожно сажусь. Встряхиваю салфетку — немного более энергично, чем это необходимо, — и раскладываю её у себя на коленях. Используя салфетку в качестве прикрытия, смотрю в шпаргалку, которую Эдвард написал для меня.

Король и королева. Я видела их на свадьбе, поэтому, хотя они и сняли короны, могу их узнать. Кроме того, Эдвард сказал мне, что они всегда садятся во главе стола. Король уже давно немолодой, с седеющими волосами и явными морщинками в уголках глаз, но его черты все еще достаточно привлекательны, чтобы играть главную роль в фильме о Бонде. Очевидно, от кого Эдвард получил свою внешность. Королева, с другой стороны, не ослепительно красива, но у нее приятное лицо, которое делает ее приятной и располагающей к себе. Я чувствую себя немного более непринужденно. Мои родственники кажутся достаточно милыми.

С узнавание Генри у меня так же не возникает проблем. Даже без примечания Эдварда знаю из книги, что у его двоюродного брата голубые глаза и кудрявые волосы. Генри улыбается мне, милая, ласковая улыбка, которая немедленно заставляет меня проникнуться к нему симпатией.

Рядом с Генри сидит женщина с длинными серьгами и павлиньими перьями в волосах. Из того как властно она разговаривает с Генри, делаю вывод, что должна быть герцогиней, также известной как Леди Петуния. Она — тот, кто сильно настроен против отношений Элли с Генри в «Уродливой сводной сестре». Наши взгляды ненадолго встречаются, и она приветствует меня чопорным кивком.

Еще раз подсматриваю в мою шпаргалку и нахожу герцога Филиппа (старшего двоюродного брата Эдварда) и Констанцию (жену Филиппа) вместе с несколькими другими герцогами и герцогинями.

— Добро пожаловать домой, — приветливо говорит король.

Я сильно закусываю губы, как будто прокушенная губа успокоит мои нервы. Эдвард берет меня за правую руку под столом. Он смотрит на меня, его взгляд пристальный и спокойный.

— Расслабься, — говорит он.

Если вы хотите сказать, что это легко, то хочу возразить. Самый шикарный ужин, на котором когда-либо присутствовала, был во французском ресторане, в который Райан водил нас в Чикаго. Пейдж и я были немного потрясены, но, в конце концов, нам понравилось, и мы даже шутили на счет многочисленных вилок и ложек. Что же на счет того, что происходит сейчас, просто скажу, что ужин с президентом кажется мне легче.

Мне достаточно тяжело пережить этот ужин со всеми этими знатными особами, сидящими вокруг меня, пытаясь притворяться, будто я одна из них. Еще сложность в том, что посуда производится в основном из керамики и хрусталя, почему они не могут использовать старый добрый пластик, нержавеющую сталь или дерево? Хотя стоп, они, наверное, еще не изобрели пластик и нержавеющую сталь.

Преодолеваю закуску и суп без каких-либо сложностей. Копирую то, что делают все, отламываю хлеб вместо того, чтобы откусывать от него, и использую его кусочки, чтобы вытереть остатки супа. Так как боюсь, что что-то глупое может вылететь из моего рта, жую свою еду, с видом, будто просто не хочу разговаривать, но если бы заговорила, я бы сказала что-нибудь гениальное.

— Кэт, — говорит королева с блеском в глазах. — Как ты нашла Энрилт?

У меня нет выбора, кроме как ответить. К счастью, это легко.

— Мне очень понравилось. Это такая красивая деревня, и в доме так уютно, он напоминает мне об отеле в стиле "кровать и завтрак", в котором мы останавливались в Itha… — Эдвард подталкивает меня локтем. Черт, я говорила о своем собственном мире.

— Кровать и завтрак? — король хмурит лоб. — Это какой-нибудь новомодный термин, который вы, молодые люди придумали? Что это означает?

— Просто… Эм… просто это прекрасное место для отдыха, Ваше величество… Я имею в виду, отец, — запинаюсь, желая, иметь возможность спрятаться под столом.

— Я рада, что дом в Энрилте пришелся вам по вкусу, Катриона. Надеюсь, что это позволило вам в полной мере отдохнуть, — сказала королева. — Мы так волновались, когда Вы упали в обморок на свадьбе.

— Она нуждается в укреплении ее конституции, — замечает героиня. — В конце концов, ее долг выносить будущего наследника престола. Думаю, Катрионе стоит перестать потакать своим мелким капризам… таким как посещение этой школы для девочек.