Чтение онлайн

Моя кровь закипает, и я чувствую, что готов взорваться. Я чувствую, что меня загоняют в угол по сценарию, который заставляет меня чувствовать, что я как-то не так поступаю, что я вообще злюсь.

— Тогда скажи мне, что делать, — говорит он с таким видом, будто может сдаться. И на мгновение мне становится жаль его, моего сломленного, испуганного друга. Когда Хантеру трудно, он борется. Я знаю это о нем, но сейчас мне нужно, чтобы он боролся за меня.

Я минуту не отвечаю, потому что… я не должен ему говорить. Изабель разбирается в этом гораздо лучше меня. Она точно знает, что сказать и как заставить его встретить ее на полпути, а я — нет.

— Скажи мне, что делать, Дрейк, — говорит он на этот раз немного громче.

Я опускаю взгляд, и меня охватывает осознание. Я мог бы дать Хантеру точные инструкции и вложить слова в его уста, но что тогда? Он не изменится, если я сделаю это за него.

Я ненавижу то, что это значит. Это меня убивает. Но Силла была права. Хантер живет за стеной, которая обеспечивает его безопасность, но не делает уязвимым. И пока он не выйдет из-за этой стены, он никогда не освободит место для меня в своей жизни. Не так.

Я превратился из его лучшего друга в его дружка-трахаря.

Раздается стук в дверь. Если мы не будем осторожны, то привлечем подозрения. Поэтому я отпираю дверь и смотрю на Хантера. Он все еще ждет ответа, но у меня для него ничего нет. Эта часть за ним.

— Я не знаю, — говорю я, открывая дверь, и мимо меня проходит незнакомый мужчина. — Просто исправь это.

И с этим я выхожу из ванной. Затем, быстро попрощавшись со столиком и обеспокоенной Изабель, я выхожу из бара.

Но это недостаточно далеко. Что-то подсказывает мне, что даже новая квартира и новая работа все равно не помогут избежать того ущерба, который мы нанесли.

Хантер

Мастер-класс переполнен. Он заполнился за считанные минуты, и у нас уже есть заявки на участие, что замечательно, но пока я стою в конце комнаты и наблюдаю за разговором Дрейка с Силлой, мне трудно сосредоточиться на семинаре. Вместо этого я размышляю, могу ли я предложить Силле место в Salacious на полный рабочий день, даже если это означает, что мне придется наблюдать за тем, как она флиртует и дружит с мужчиной, которого я люблю.

Я знаю, что, хотя он и улыбается своей яркой, кокетливой улыбкой, он не счастлив. Не совсем.

Изабель постоянно смотрит в мою сторону. Она следит за моей реакцией. Не знаю, может, она ждет, что я сломаюсь.

Черт, может, я жду, когда сломаюсь.

С тех пор как в четверг в ванной произошла небольшая ссора, Дрейк со мной практически не разговаривает. Ничего, кроме рабочих разговоров о сегодняшнем семинаре.

Изабель тоже со мной почти не разговаривает. Я в одиночку разрушаю два самых важных отношения в моей жизни и не знаю, как это исправить. Он просто сказал "исправить", как будто это так просто. Как будто я знаю, что, черт возьми, теперь делать. Он хочет, чтобы я стал бисексуалом. Хорошо, а это действительно улучшит ситуацию? Разве это не большой шаг для меня? Но действительно ли я бисексуален, ведь пока что он единственный мужчина, на которого я хотел бы положить свой рот. Так какое ему дело до того, откроюсь ли я?

Только вот я знаю, что это имеет значение. Это важно, потому что пока я не приму себя таким, каким я есть, я не смогу принять его. Пока я не избавлюсь от ненависти и невежества, которые привил мне отец, Дрейк никогда не сможет по-настоящему доверять мне.

Изабель снова смотрит в мою сторону, как будто читает мои мысли.

— Эй, Иззи, иди сюда, — зовет Дрейк, отвлекая ее внимание от меня. Она пересекает комнату, тихо обсуждая что-то с двумя другими, в то время как зал продолжает заполняться, и посетители начинают занимать свои места за столами. Семинар начнется через несколько минут.

Каждые несколько минут Изабель бросает осторожный взгляд в мою сторону, затем возвращается к ним, чтобы продолжить разговор. С напряженным выражением лица она кивает. Я стоически стою, когда она оставляет их разговор и направляется ко мне.

— Силла просит меня помочь с демонстрацией, — осторожно шепчет она.

— С Дрейком?

Она кивает, глядя на меня с овечьим выражением в глазах.

— Конечно. Думаю, это отличная идея, — вру я. Как будто от того, что я снова увижу их на сцене, эта и без того напряженная ситуация станет лучше.

— Хорошо. — На мгновение застыв на месте, я замечаю, как она пожевывает губу и наблюдает за мной, как будто ждет, что я скажу еще. — Знаешь… если ты хочешь подняться туда вместо Дрейка…

— Нет, — оборвал я ее. — Я ужасен в этом. Дрейк лучше.

— Это нормально, что у тебя плохо получается. Мы должны учиться.

— В любом случае, вы двое лучше смотритесь вместе, — отвечаю я, и ее дыхание сбивается, когда она смотрит на меня.

— Изабель, ты готова? — зовет Силла, но моя жена долго не может оторвать от меня взгляд. Наконец, она бросается на сцену вместе с Силлой и Дрейком и наклеивает такую же фальшивую улыбку, как и Дрейк.

Я молча стою в глубине зала и смотрю на нее с отсутствующим выражением лица. В отличие от прошлого раза, наблюдение за тем, как Дрейк и Изабель прикасаются друг к другу, не вызывает у меня ничего, кроме чувства пустоты. Они не исключают меня. Я исключаю себя.

В разгар моей внутренней вечеринки жалости глубокий голос шепчет мне сзади. — Я бы назвал это успехом.

Я поворачиваюсь и вижу Эмерсона Гранта, который осматривает толпу. От его слов у меня в груди поднимается чувство гордости.

— Да. Люди просят еще.

— Не сомневаюсь. Тебе как-то быстро удалось все это организовать. Ты должен гордиться, Хантер.

— Я горжусь, — отвечаю я, поворачиваясь к нему, но мои слова выходят плоскими.

— Тогда почему ты дуешься?

— Я не дуюсь.

Даже я слышу, как быстро я ответил.

Он переключает свое внимание на Изабель и Дрейка, дарит ей быструю, теплую улыбку, которую она вежливо возвращает из передней части комнаты. Затем он смотрит на меня.

— Почему он там, а не ты?

— У него это лучше получается, — отвечаю я.

Кивнув, Эмерсон хмурится, между его бровей образуется складка. — Ну, они действительно хорошо смотрятся вместе.

Я заставляю себя сглотнуть, внутри меня борются ревность и глубокое влечение. — Да, смотрятся.

— Я бы сошел с ума, если бы Шарлотта была так близка с кем-то другим — особенно с Дрейком.

Я вздрагиваю и поворачиваю голову в их сторону.

— Эмерсон, — огрызаюсь я. Ближайшая к нам пара поворачивается в нашу сторону, но Эмерсон просто улыбается им, и они теряют интерес к нашему тихому разговору.