Чтение онлайн

“Может, заболела?” – подумала девушка. – “Меньше бы проводила времени на работе. Миша эксплуатирует её как хочет”.

Пожав плечами, она принялась за свои ракушки, мурлыча от удовольствия. И подпрыгнула на стуле, когда из комнаты сначала раздался голос Эвелины, а потом и Джейсона.

Глава 46.

Вот он и сказал всё, что не давало ему покоя уже почти год. Он раскрыл Лине глаза на её обожаемого Джейсона, но никакой радости или даже злорадства не почувствовал. Наоборот, Мише было нестерпимо больно наблюдать, как девушка плачет из-за этого лжеца, но он продолжал убеждать себя, что поступил верно. Лина должна знать правду. И когда она, такая хрупкая и несчастная, прильнула к нему, Миша не удержался. Уж слишком долго он размышлял о том, что же чувствует к Эвелине. Девушка ответила на поцелуй, но огонь не загорелся в крови, тогда Трифонов решил ещё надавить на неё, и прихватив посильнее притянул Эвелину в объятия. И в этот момент Наташин голос оказался подобен ведру ледяной воды. Лина отскочила от него, глядя круглыми глазами на Мишу. А сам он пытался сейчас придумать самое правдоподобное объяснение. Но ничего толкового в голову как назло не приходило.

– Я, кажется, задала вопрос, Миша. Как это понимать?

– Наташа? – Лина быстрее него пришла в себя. – А что ты здесь делаешь? У тебя же занятия.

– Да, я вижу, что меня здесь не ждали, – отозвалась девушка и повернулась к Мише. – Ну, что? Получил, что так давно хотел, козёл?!

– Ната, – он попытался перебить, но Наташа, похоже, только набирала обороты.

– Что ты мне Наткаешь?! Может, вы тут по-тихому, под прикрытием работы и трахаетесь, а?

– Наташа, почему ты так разговариваешь? – Лина выглядела шокированой. Но сам Трифонов прекрасно знал причину, и в данный момент, ему было невыносимо стыдно перед обоими.

– Как хочу, так и разговариваю! – рявкнула на сестру Наташа. – Скажи-ка, а твой парень в курсе, чем вы тут занимаетесь, когда “работаете”?

– Не твоё дело! – от ледяного тона Эвелины даже у Миши побежали мурашки.

– Моё! Потому что ты минуту назад целовала моего мужчину, а не своего!

– Что? – теперь серые и зелёные глаза смотрели на Мишу. А он чувствовал, что мечтает провалиться сквозь землю. – Миша?

– А что? Он не сказал, до того, как вы тут начали лизаться?

– Наташа!

– Какоё же ты мерзавец, Миша! – это была уже Лина, которая схватив свою сумку направилась к выходу. – А ты, – она остановилась возле сестры. – Могла бы сама сказать раньше, и этого бы не случилось никогда.

На этом Лина покинула их, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла. После этого в кабинете наступила тишина. Миша боялся взглянуть в глаза любимой, боялся увидеть в них равнодушие, и именно сейчас, когда он понял, что ни одна женщина на свете не сможет быть дороже, чем эта девчонка, носившая когда-то бесформенные балахоны. Поцелуй показал Трифонову наглядно, кто из двух сестёр для него действительно важен. Прошла минута, за ней ещё одна, а Наташа так и не сказала ни слова. Наконец, Миша не выдержал и взглянул на девушку.

Наташа прислонилась к креслу, и закрыла лицо руками, и Трифонов испугался, что она сейчас расплачется, и тогда ему придётся чувствовать себя ещё большей скотиной, чем он чувствовал на данный момент.

– Наташ? – тихо позвал он, и девушка, убрав руки от лица, взглянула на него.

– Как ты мог, Миш? – она говорила совершенно бесцветным и ровным голосом, но Мишу больше устроило бы, кричи она на него или чтобы Ната запустила в его тупую голову что-нибудь тяжелое. – Моя сестра не знала про нас, но ты! Ты знал!!! – под конец девушка всё-таки сорвалась на крик.

– Прости меня, Ната, – ну как ей объяснить, что это был просто поцелуй, который, словно лакмусовая бумажка, определил, кого же Миша действительно любит и хочет видеть рядом? – Мне было жаль Лину, она узнала про деньги на операцию.

– Ты и это рассказал?! – её глаза раскрылись, и девушка побледнела, потом сделала глубокий вздох. – Ты действительно мерзавец, Трифонов. Ты разрушил жизнь не только себе, мне, но и двум людям, которые любят друг друга в отличии от тебя, чурбан! Я не то, что жить теперь с тобой не хочу, я даже дышать с тобой одним воздухом не могу. Можешь и дальше самоутверждаться за счёт других, а я съеду сегодня же.

Пока она всё это говорила, для Миши на равнее с чувством стыда и горечи, примешался ещё и страх потерять, то, что он буквально десять минут назад осознал.

– Нет, ты не можешь уйти, – он поймал её за руку, когда девушка уже направилась к выходу.

– Могу и сделаю, – Наташа попыталась высвободиться, но он не отпускал. – Пусти, Трифонов, иначе, клянусь, заплатишь за это.

– Этот поцелуй ничего не значит! – воскликнул Миша в панике, что сейчас она уйдёт не только из кабинета, но и от него.

– Ты не понял, да? – грустно сказала девушка. – Дело даже не в том, что вы обжимались тут, и не в поцелуе, что я увидела. Дело в том, Миша, что ты так и будешь бегать от меня к Лине, даже если после сегодняшнего она и не захочет тебя видеть.

– Не буду, – перебил он её, боясь услышать, что всё кончено.

– Я не хочу делить своего мужчину ни с кем, понимаешь? Если ты со мной, значит полностью со мной, а полутона в отношениях мне не нужны.

– Я люблю тебя, Ната.

– Я не верю уже в твою любовь, Миш. Поэтому, я думаю нам лучше...

– Нет! – он притянул её к себе, сжимая в объятиях. Наташа не вырывалась, даже не кричала. Просто стояла, как статуя и ждала, когда он её отпустит. – Я люблю тебя, Ната, теперь я даже на микрон не сомневаюсь в этом. Лина... она была навязчивой идей, мечтой, а ты настоящая, любимая и родная.

Пока он всё это говорил, то почувствовал, как затряслись плечи девушки, и Трифонов был на сто процентов уверен, что она не смеялась. Сегодня он самый настоящий подонок, из-за которого плачут обе сестры Вуд. Но как же остановить Наташу, как доказать ей, что он действительно любит её, а не Лину? Он погладил её по волосам, но девушка тут же отодвинулась.

– Лучше нам пожить отдельно, Миша, и не видеться какое-то время, – сказала девушка, вытирая слезинку, что повисла на ресницах. – Лина только вернулась, и после того, как ты оказал ей “медвежью услугу”, она окажется свободной, и ты вдруг поймёшь, что любишь вовсе не меня, а мою сестру, и ... – она помолчала, какое-то время и выдала: – Я не хочу оказаться лишней, лучше я раньше уйду сама.

– Ты не лишняя, Наташа! Ты единственная!

– Конечно, но при этом ты обнимаешь, утешаешь и целуешь мою сестру, по которой последние пять лет сходил с ума.

– Я думал, что сходил, но Наташ, послушай... – но девушка прижала пальцы к его губам, заставив замолчать.

– Нет, не желаю слушать очередной обман.

– Я не лгу!

– Ты не только мне врёшь, ты и себе врешь, ну или врал, а я не хочу страдать от твоих метаний и колебаний. Поэтому, с сегодняшнего дня ты свободен, Миша.

Она встала на цыпочки, и поцеловала его в губы. Руки Михаила сами собой, притянули хрупкую фигурку любимой к себе, и тут на щеках он почувствовал влагу, а девушка, последний раз чмокнув его, развернулась и выскочила из кабинета.Трифонов остался стоять, и с каждой секундой до него доходило, что это конец. Что она действительно ушла от него, но... Наташа ведь сказала, что он должен выбрать, а он уже выбрал, осталось только убедить её в этом. Резко сорвавшись с места, мужчина выскочил из кабинета, но Наташа уже уехала. Схватив телефон, Миша набрал знакомые одиннадцать цифр, но абонент оказался недоступен. И, чёрт побери, он не знал, поехала ли она в Универ или же сразу домой собирать вещи. Куда вперёд бежать? Решив, что она в любом случае окажется дома, он вернулся в ресторан, объяснил Николаю, что нужно сделать и как, затем сел в машину и отправился домой...