Даже Дьявол заслуживает на любовь
Шрифт:
– Я не придумала, я задала тебе вопрос.
– И я ответил тебе.
– Но я не верю в это.
– Кто чего хочет, тот в то и верит, – отрезал Люциан. – Ты хочешь верить в то, что добро – это добро. А зло – это зло. Разделяешь эти миры, думая, что все так просто. Ева, это просто… верить в то, что я убил отца.
В глазах даже слегка защипало от его слов.
– Ты думаешь я хочу в это верить??? – взвыла я. – Больше всего на свете я хотела бы, чтобы это не было правдой. Чтобы ты все объяснил… почему твой отец пастырь, что ты делал в Салеме и как стал колдуном. Если ты такой, как и я… скажи мне, – умоляла я. – И я пойму…
Люциан дотронулся до моей щеки, успокаивая мой пыл.
– Я уже говорил тебе, что я такой же, как и ты.
– Да, потому что якобы мы отвергнутые родителями… – нахмурилась я. – И это еще больше наталкивает меня на мысль, что ты мог убить отца, который отверг тебя…
Я обессилено выдохнула.
– Почему ты хочешь, чтобы я убедил тебя? – мужчина приблизился ко мне, вызывая мурашки.
Я отвела взгляд, но он выжидающе ждал.
Что ж, родители всегда напоминали мне… Проявляя честность, ты можешь рассчитывать на честность… Такая глупость в ситуации с Люцианом, но все же я ответила честно:
– Потому что зная правду, я бы не отталкивала свои желания, – подняла взгляд на него. Он улыбался.
– Я хочу знать о твоих желаниях… – прошептал он в мои губы.
Я молчала, сохраняя самообладание. Но он как вампир высасывал из меня остатки здравого смысла…
А после набросился на мои губы, впуская свой змеиный язык в меня. Снова и снова… сжимая моё лицо и не позволяя дышать. Стон вырвался из меня, а непослушный язык сам откликнулся на его горячие прикосновения…
Запустила одну руку в жесткие волосы мужчины, а другой расстегнула проклятую пуговицу рубашки на его шее. Татуировки вырвались наружу, выпуская демонов Люциана. Он кусал и всасывал мои губы, размазывая светлую помаду… И так соблазнительно улыбался…
В этот момент я пожелала обладать им полностью! И с этим желанием смириться было сложнее всего…
Я оттолкнула мужчину, а он зарычал, не желая отрываться.
– Мы не можем… – я оглянулась по сторонам. – Нас могут увидеть…
– Ева… – Люциан ухмыльнулся, но понял о чем я говорю. – Что ж, это даже интересно… – он посмотрел мне в глаза. – Не прячь своих желаний от меня, – мужчина убрал выбившуюся прядку из моих волос.
– Мне приходится, потому что ты можешь оказаться убийцей…
Да, это была манипуляция… ну а что!
– Это правда, к которой ты не готова, сладкая, – он провел пальцами по моей щеке. – Но тебе пора учиться быть той, кем ты являешься. Поэтому я расскажу тебе…
Я заглядывала в глаза Люциана, понимая, что от правды меня разделяет одно мгновение…
– Адам убил пастыря Фреда.
Глава 8. Никогда не говори никогда
Лук шепчет стреле, отпуская ее: «В твоей свободе – моя».
– Рабиндранат Тагор
Прошла неделя с того дня, как Люциан ошарашил меня «правдой». Мне так слепо хотелось думать, что я себе все напридумывала. Так надеялась, что его тайны – это мои тайны. Одна тайна на двоих… Но как же я заблуждалась. Хоть предчувствие и твердило снова и снова… с этим мужчиной не все так просто.
В очередной раз я не получила ни одного ответа, лишь обвинение. Вы представляете? Он обвиняет собственного брата в убийстве собственного отца! Нет, это уже слишком… Мне было бы проще поверить в то, что пастырь Фред умер своей смертью, чем в то… что его убил Адам.
Какой вывод я сделала? Люциан играет с моим сознанием. Не знаю зачем и почему. Но то ли он больной на всю голову, то ли это игра, которую мне не дано понять. Но одно ясно точно – загадок и странностей в этом человеке слишком много.
Но моя ли это проблема? Сейчас я хочу просто передохнуть от присутствия Люциана в своей жизни. Слишком много эмоций вызвал этот мужчина за короткий промежуток времени. Так много, что даже страшно… Поэтому я игнорировала его всю неделю. Но знаете, он и не искал встречи со мной. И моя ему за это благодарность!
В воскресенье после службы Адам решил назначить день нашей встречи. Честно признаться я даже хотела с ним встретиться… потому что испытывала легкое чувство вины. Мне было стыдно за то, что я даже позволила себе услышать подобное… из уст Люциана. Сволочь!
Мы встретились с Адамом на набережной, которая тянулась вдоль реки Гранд-Ривер – ее можно было смело назвать достопримечательностью города хотя бы потому, что она была самой крупной в штате Мичиган. В целом же, наш городок Лансинг был настолько простым и непримечательным, что будь я обычным человеком точно бы заскучала. Но… я была ведьмой и моя жизнь по умолчанию была наполнена фантастическими вещами. Не говоря уже о том, что большую часть времени я проводила в заброшенном городе Детройте, который вызывал ужас и восхищение во мне одновременно.
Солнце уже начало заходить за горизонт, а легкий апрельский ветерок обдувал мои голые плечи. Сегодня я надела простую серую кофточку с открытыми плечами и синие джинсы. Закрутила хвост на голове, добавила легкий макияж… ну почти примерная девочка. Радовало лишь то, что в Лансинге я похоже была единственной ведьмой… и столкнуться с другой, тем более, знакомой, было практически невозможно.
– Привет, – услышала добрый голос Адама за спиной, пока смотрела в даль реки.
Медленно развернулась, натягивая приятную улыбку. Адам просто цвел в прямом смысле слова. Белая рубашка, светло-серый пиджак, светло-синие джинсы… Аккуратно уложенные волосы… А в руках букет ромашек… Черт, как мило!
– Привет… – в растерянности ответила. Он так принарядился и цветы… Конечно, я подозревала, что это свидание, но зная, какие «свидания» у католиков и переживать было нечего… Что ж в этом моем мире Адам совершил просто самый смелый поступок, вот так сразу заявив о своих желаниях.
– Это тебе… – его руки осторожно протянули мне букет. – Не знаю почему, но ты ассоциируешься у меня именно с ромашками… Такая же красивая, искренняя и чистая.
Ох, Адам… Было слишком неловко все это слышать. Черт, этот хороший парень точно не должен стать еще одним человеком в моей жизни, которому я буду лгать.
– Спасибо большое… – смущенно ответила я.
– Прогуляемся? – улыбнулся парень.
– Конечно! – и мы двинулись вдоль набережной.
– Как твои дела, Ева? – простой вопрос Адама слегка озадачил… А как у меня были дела?
– Знаешь… все хорошо. Конечно, все хорошо, – и я правда так себя ощущала, находясь рядом с замечательным человеком. – А твои? Как ты справляешься?
Вопрос был неудобным, но не спросить было бы тоже неправильно.
– Церковь помогает мне. Думаю, взвалив на себя определенные обязанности, я почувствовал ответственность за других людей… и стараюсь концентрироваться на этом. Так что, я справляюсь, да… Спасибо, что спросила, – видела, что эта тема непростая для него, но отвечал он спокойно.