Чтение онлайн

Лиза попрощалась и заторопилась к подъезду.

В телефоне было восемь пропущенных звонков от Михаила, два -- от Ирины Кондратенко, два - от бабы Нины, и один от подруги детства Витки. Перезванивать так поздно она никому не стала....

Уже в шесть утра Лиза сидела в уютной маминой кухне, на высоком барном стульчике, болтала ногами и попивала вкуснющий карпатский чай с ватрушкой. Анна Григорьевна очень внимательно слушала дочь и почти не задавала вопросов. Только о женщине, которая была у нее на приеме, а потом была ранена, расспросила очень подробно. Да еще повозмущалась, что бюджетников заставляют вступать в партию регионов: "Вот, сволочи!"

Ни о машине, ни о провожавшем ее мужчине не было сказано ни слова. Говорили о "молодоженах" и о том, что неплохо было бы им подумать о втором ребенке.

– О, мама, им вчера столько тостов сказали на эту тему, что они уже непременно должны об этом подумать! У-у-у, - это уже глядя на часы, - Пора будить Костика!

– Не надо, не буди, итак вчера поздно лег. Я ему сегодня выходной от садика устрою. Бодик с Надей заглянут в обед. Ватрушки есть, утку запеку. Посидим, как боги.

– Мамуль, привет им всем большой, утки хоть кусок оставьте бедной бюджетнице! Знаем мы вас, боги... как посидите -- потом шаром покати! Все, цемики-бомики, еще накраситься надо, ключи занесу, и не забудь, что сегодня на пять - подготовка к школе.

– Ой, и вправду забыла ... Свожу. Да еще бабе Клаве ватрушек и утки занесу.

Баба Клава, веселая девяностачетырехлетняя старуха, жила двумя этажами ниже Анны Григорьевны и была любимицей всего подъезда. Соседи по очереди носили ей еду, кто -- борщик, кто -- котлетку, покупали ей лекарства и все необходимое. Баба Клава не оставалась в долгу и кормила всех своими бесподобными пирогами.

Лиза на всех парах мчалась на остановку, но не успела еще даже дойти, как из-за угла вынырнул знакомый черный джип Дашкова. Лиза загадала: если сейчас не просто откроется дверца, а сам Дашков выйдет и пригласит ее сесть -- он будет ее мужчина. Нет, не так! Ее Мужчина!

Машина остановилась. Дверца открылась. Николя, очень ловко для такого крупного мужчины, выскользнул из салона и протянул ей руку:

– Доброе утро. Я подумал, а вдруг Вы захотите увидеть меня прямо с утра?

Лиза вдруг сделалась очень серьезной.

– Здравствуйте, Николя. Спасибо.

Он почувствовал ее серьезность и был тих и немногословен. Она была ему благодарна. За понимание. За внимательность. За чуткость. Просто за то, что умеет уловить настроение женщины и не лезть с дурацкими вопросами.

"Уникум, а не мужик, - подумала она.
– Умен, красив, богат. И почему один?"

Прощаясь. Николя попросил разрешения позвонить ей сегодня. Она хотела продиктовать ему свои номера, но он сказал:

– Я знаю оба Ваших номера. И домашний знаю. Просто спрашиваю, могу ли я позвонить?

Лиза была ошарашена. Но больше не интересовалась, откуда у него ее телефоны.

– Да...конечно. До свидания.

Работа у нее сегодня спорилась, все было сделано быстро и качественно. В обед несколько раз позвонил Миша, но Лиза трубку не взяла. Знакомство с Мишей вдруг начало ее тяготить.

Лиза позвонила Ирине Кондратенко, рассказала о своей посетительнице и о своем визите в милицию. Рассказала и о вчерашней вечеринке. Ей очень хотелось расспросить Ирину о Дашкове, но она не решилась, подумав, о бестактности таких расспросов.

Сразу после работы Лиза помчалась на занятия восточными танцами, сегодня она решила их не пропускать. Выскочив из здания райисполкома, она быстренько направилась к торговому центру, на четвертомм этаже которого и проходили тренировки. Поздоровалась с девчонками, старшей из которых было шестьдесят два, быстренько переоделась и поспешила на разминку. Зазвонил телефон, номер был незнакомый, но Лиза знала -- это Дашков. Она взяла трубку.

– Лизонька, добрый вечер. Я очень по Вас соскучился. Можно потребовать свидание сегодня вечером?

– Прям-таки потребовать?
– улыбнулась Лиза.
– Я ужасно спешу на тренировку, у меня восточные танцы. Потом забегу домой, родственники сегодня должны приехать, а потом разрешу Вам чего-нибудь от меня потребовать. Устроит?

– Да, конечно. Я буду ждать Вашего звонка.

После восточных танцев Лиза всегда выходила из тренировочного зала не то, что взбодренная, а прямо окрыленная. Каждая мышца была прогрета, каждая клеточка тела пульсировала! Тело - пело! Это был настоящий кайф! Она чувствовала себя Венерой, только что рожденной из пены морской.

Купив в кондитерской небольшой "Киевский" тортик, Лиза поспешила домой.

У подъезда стоял Михаил.

– Привет, - тихо сказал он.
– Я думал, не случилось ли чего с тобой. Ты целый день не брала трубку, - он посмотрел на нее с укоризной, - Я переживал, между прочим.

– Миша, все в порядке. Извини. Просто у меня не было настроения с тобой говорить, - честно призналась Лиза.

– Почему?
– опять тихо полюбопытствовал он.

"Блииин, - подумала Лиза, - нельзя же взять и брякнуть ему сейчас:

– Понимаешь, я втрескалась в твоего шефа! "

– Миша, понимаешь, я...ну, я не совсем свободна...А крутить с двумя мужчинами сразу -- это не про меня.

– Понятно, - все так же тихо ответил Михаил.
– Ну, спасибо за откровенность, по крайней мере. Пока?
– он как-то вопросительно так попрощался.

– Пока, - подтвердила она.

Он впрыгнул в "лексус", взвизгнули колеса от сумасшедшего разворота. Ее обдало пылью.

"Да, мальчик явно не привык к отказам, - решила Лиза.- Ну, это его дело. Господи, а ведь еще вчера он мне очень нравился. Почему сегодня все в нем раздражает? Ух, и повеселятся соседи, сплетничая обо мне! Была себе девочка-припевочка, и тут на тебе! То на джипе провожают, то на "лексусе" встречают"...

– Добрый вечер, - поздоровалась Лиза с двумя шушукающимися соседками из своего подъезда, сидевшими на лавочке.

Дома, расцеловав Надю, Бодика и Дашулю, их младшую дочь, которую родители привезли провести выходные в городе, Лиза с удовольствием отведала утки с яблоками. Аппетит после тренировки был бешеный. От ста грамм, предложенных братом бывшего мужа, отказалась, загадочно намекнув, что идет на свидание. Это сообщение было встречено возгласами и аплодисментами. Больше Лиза ничего комментировать не стала и помчалась в душ.

В этот вечер она надела темно-синее, шерстяное платье с длинным рукавом. На груди и рукавах были вышиты гладью роскошные красные маки. Вышивка была в большой моде. Платье было простое, но смотрелось очень нарядно. Маки -- вечный символ женственности...Она осторожно натянула черные колготки и высокие, темно-синие замшевые сапожки. На плечи небрежно набросила черный полушубок из стриженого кролика. Брызнулась "Ангелом", глянулась в зеркало и осталась очень довольна собой.

Машина Дашкова ждала ее чуть в стороне от остановки. Она так попросила. Ей не хотелось, чтобы опять весь двор глазел на его шикарный "ланд-крузер". Николя был один, без водителя, он вышел из машины с небольшим букетом сине-желтых хризантем и поцеловал ей руку.