Чтение онлайн

– Включить какую-нибудь расслабляющую музыку?

– Ага. Люблю "Раммштайн"!

Михаил хохотнул. Он заваривал кофе в керамической турке, предварительно набросав туда по щепотке каких-то ингредиентов из разных металлических коробочек.

– Зелье приворотное?
– полюбопытствовала Лиза.

– Ага. Афродизиаки. Ужасно хочется соблазнить прекрасную панянку. Тебе с сахаром или конфеткой?

– Или конфеткой. Вообще, я люблю с сахаром и топленым молоком. Но так труднее распробовать вкус. А мне очень хочется знать, не обманула ли меня реклама.

– Не обманула. За кого панянка меня принимает? Фирма гарантирует качество!

Он достал из холодильника палку сырокопченой колбасы, большой свиной окорок, сыр-бри, сыр-дарблю, буханку ржаного пушкаревского хлеба.

Лиза поморщилась.

– А нет у тебя обычного сыра? Российского? Пырятинского? Не люблю я все эти новомодные плесени-шмесени. Мой украинский желудок их не переваривает!

Михаил распечатал коробку дорогих конфет "Ферреро" и небольшую упаковку нарезного звенигородского сыра.

– А такая шикарная свиная нога откуда?

– Из Санжар, пани. Там живут мои родители, младшая сестра. Родители держат хозяйство. Они коптят мясо по старинному рецепту: семь-восемь часов, на каких-то специальных дровах, из старых фруктовых деревьев.

– Здорово! Везет тебе! Меня тоже сельская родня не обижает: то курка, то яйко-млеко, то шнапс. А как иначе сейчас прожить?

– А, кстати, как насчет шнапса? Может, согреться по-настоящему? Я тут свой бар уже перевез из старой квартиры.

– Ну, нет!
– Лиза протестующе подняла руку, - Завтра у меня восточные танцы на десять. Надо быть огурчиком. Бухаю только в ночь с пятницы на субботу.

– Я запомню.

Они здорово проголодались. Кофе действительно был очень вкусным, обжигающим и оригинальным, а окорок -- просто потрясающим. После него даже дорогущая сырокопченая колбаса показалась безвкусной мочалкой для мытья посуды.

– Молодцы твои родители! Это ж надо -- какую вкусноту делают! Мишка, я хочу тебе рассказать...я вчера была дома у Дашкова.

Михаил даже есть перестал.

– Так, - Лиза опять протестующе подняла руку, - вот не надо этих глаз Отелло, ничего такого не было. Просто деловой визит. Дело у меня к нему.

– Он ...сам тебя пригласил?

– Нет, разумеется, я сама настояла! Ты в своем уме? Конечно же, сам. Это вообще был сюрприз. Он сказал мне, когда мы уже ехали туда.

Миша стал очень задумчив. Вся его веселость и энергия мигом улетучились.

– Миша, да что, в конце концов, случилось?

– Лиза, ты поосторожней с ним будь, он очень агрессивен, когда выпьет, и, похоже, он сделал на тебя ставку. Лев прыгнул. Он никогда баб к себе не возит.

– Вот, спасибо! Я не баба, между прочим, я -- дама!
– обиженно парировала Лиза, а про себя подумала: "Лев таки прыгнул! И рычал на меня!"

Ее, вдруг, осенило:

– Паааслушайте, гаааспада нефтяники! Вы что, пари на меня заключили?
– впилась она взглядом в Мишу.

– Лиза, мы не играем в такие изощренные игры. Мы - простые парни.

– Да? Где-то я это уже слышала! В шикарном особняке за городом, где едят исключительно из серебряной посуды и пьют элитное шампанское. А что значит - лев прыгнул?

– Да так... Он - Лев, по гороскопу. И по жизни. Царь зверей. М-да... Лиза, с тобой не соскучишься.

Минут через двадцать, он опять проводил ее, прямо до подъезда ее дома, и опять поцеловал в щечку.

– До завтра. Я отвезу тебя на тренировку.

– Спасибо.

Воскресенье промелькнуло, как один миг. После тренировки они с Мишей съездили за детьми и взяли их с собой на прогулку. Ребятня радовалась первому снегу, грядущим праздникам -- повсюду устанавливали новогодние елки, уже началась обычная предпраздничная суета, покупки подарков, продуктов к новогоднему столу. Но что-то в этом году было не так. В воздухе поселилась тревога.

Лиза сказала об этом Михаилу. Тот пожал плечами.

– Это вы, женщины, очень чувствительны. Вы ощущаете все на уровне подсознания. Мы - мужики - попроще. Лично я ничего такого не чувствую.

Лиза очень аккуратно, минуя многие подробности, рассказала маме о двух своих новых поклонниках. Анна Григорьевна только слушала, ничего не комментируя.

Дашков не звонил, и, Слава Богу. Она не знала, как его красиво отшить. А встречаться с ним больше не хотела.

Вечером Лиза включила новости и ужаснулась. Тысячи возмущенных зверствами "беркута" граждан Украины, съехались в Киев на Майдан Независимости! Толпа была такая огромная, что не поместилась на Майдане! Ей запомнилась маленькая девочка с плакатом на русском языке: "Подавись ты своей елкой!" Ее показали по нескольким каналам.

Оказывается, официальным предлогом властей для зачистки Майдана, была необходимость установки главной елки страны. Просто смешно! Кого они хотят обдурить?
– возмущалась Лиза.

Она включила "5-й канал" и ужаснулась еще больше. Там беспрестанно показывали жуткие ночные сцены избиения молодых парней и девчонок. Те не могли защищаться, у них не было даже палок! Они разбегались по ближайшим, открытым всю ночь, киевским кафешкам. Пацанам, пытавшимся прикрыть девчонок, просто проламывали головы. Киевляне пытались прятать молодежь в кафешках, подъездах и даже церквях. Но это не всегда удавалось. Один бармен спрятал двух студентов у себя под стойкой.

Несколько раз показали страшный кадр: беркутовец изо всей силы бьет сапогом беременную женщину в живот. Лиза заплакала. Это было настолько страшно и невероятно! В это невозможно было поверить! В центре Европы, в 21-м веке, на центральной площади страны, зверски избивали людей, которые просто туда пришли!

Прибежал Костик:

– Мама, ты плачешь? Что случилось?

– Сынок, мне просто стало жаль людей, которых так ужасно побили...Не смотри, не смотри, пошли на кухню.

В понедельник утром весь райисполком шушукался и обсуждал события в стране. Все были возмущены поведением властей. Лиза вдруг впервые подумала, что Янык, несмотря на всю свою уголовную мощь, может и не удержаться долго у власти. Он умудрился поссориться буквально со всеми слоями общества: бизнесменами, пенсионерами, чиновниками, фермерами, милицией, военными и чернобыльцами, а вот теперь еще и со студентами. "Если уж чиновники его ненавидят и презирают -- капец ему", - подумала Лиза. Она, очень давно изучала в институте Макиавелли, но четко помнила, что тот советовал государственным деятелям непременно на кого-то опираться. Хотя бы на одну прослойку населения. Янукович с трудами Макиавелли явно не был знаком.

Войдя в кабинет, увидела рядом со Светкой молодого паренька в красивой красной форменной одежде какого-то агентства.

– Елизавета Васильевна?
– уточнил он.

– Да.

– Распишитесь, пожалуйста, Вам посылка.

Лиза очень удивилась, расписалась. Светка сгорала от любопытства, но не произнесла ни слова, пока парень не вышел.

Разорвав блестящую упаковочную бумагу (за что получила тырлей от Светки -- ведь скоро праздники и бумагу можно было бы использовать еще раз!) она увидела коробку с уже знакомой изящной шкатулкой, украшенной эмалью. Щелкнула кнопкой и открыла ее. В шкатулке лежал прямоугольный золотисто-фиолетовый флакон "Ив Сен-Лорана" и...необыкновенно изящный набор из бирюзы -- серьги, колье и огромный перстень. Она удивилась. Светка вскочила со стула и подбежала посмотреть поближе.