Чтение онлайн

— Когда-нибудь я всех вас пущу под нож, изверги, — зло пообещал я и принялся торопливо обыскивать труп убитого мной гада.

Тот дал мне лишь несколько странного вида артефактов и один вполне знакомый. Меня им учил пользоваться Ирис. Подобными артефактами могли владеть лишь демоны. Ну и полукровки вроде меня.

Я сжал его в руке, закрыл глаза и прогнал все мысли, хотя это было очень нелегко. Тотчас в голове зазвучало несколько красивых демонских голосов. Будто к полицейской радиоволне подключился. Только тут с энтузиазмом обсуждали, как замечательно идёт нападение на город. Причём никто не стеснялся и не шифровался. Разговор шёл открытый, кто где находится и что делает.

Мне удалось узнать приблизительную численность демонов и где обосновался военачальник. Он засел на местной швейной фабрике в центре города.

Всего же демонов оказалось порядка трёх сотен. Но не стоит забывать, что это крутые маги, по силе как настоящая армия. Да ещё с ними были, так сказать, питомцы вроде паука, чей труп вонял в десятке метров от меня.

— Серьёзная сила, — мрачно пробормотал я, открыв глаза.

В уши снова ворвались звуки кровавой резни, а луна трусливо скрылась за облаками дыма, поднимающегося от горящей неподалёку пятиэтажки. Вот в её сторону я и двинулся, взяв рюкзак с моего мотоцикла.

Шёл, прижимаясь к стенам домов и прячась в тени. Даже дышал через раз, чтобы не привлекать внимания.

Надо тихо и незаметно добраться до швейной фабрики.

Вокруг же царил настоящий Ад, подпитанный тлетворными эманациями, идущими из Лабиринта. Казалось бы, на город напали, надо бежать или отбиваться, но даже в такой ситуации нашлись те, кто стал громить магазины и обносить квартиры соседей.

Выли сирены, горели машины, мародёры сбивались в группки, по улицам текла кровь и шастали демоны, уже переставшие скрываться. Кто-то кого-то насиловал. Пахло кровью, потом, гарью и безумием.

Однако я, не теряя присутствия духа, упорно двигался к своей цели и в какой-то миг оказался на краю небольшой площади, окружённой пятиэтажками. На балконе четвёртого этажа что-то нечленораздельно вопил пьяный голый мужик с бутылкой в руке, пытаясь перелезть через перила. А внизу заламывала руки женщина и упрашивала его не прыгать.

И тут она заметила меня, крадущегося вдоль шеренги тополей.

— Мужчина! Мужчина! — истошно крикнула она мне, указывая на пьяного, перебравшегося через перила. — Глядите, что творится! Может, куда-то можно позвонить?!

— Позвоните на второй канал. Они приедут и снимут крутой репортаж, — мрачно пробурчал я и торопливо шмыгнул в арочный проход, чтобы не быть застигнутым финалом драмы.

Однако и здесь меня поджидала совсем не комедия…

Возле детской площадки горел перевёрнутый полицейский «бобик». Двое мужчин в форме уже лежали в лужах крови, поблескивающей на асфальте возле подъезда. А третий полицейский привалился спиной к прутьям забора, огораживающего детскую площадку. Он едва держался на ногах, но в его руке подрагивал пистолет ТТ, а в круглых немолодых глазах на бородатом лице горела жажда мести.

На него медленно и зловеще шёл демон в доспехах, но без шлема. Последний валялся возле восьминогого чёрного коня с окровавленным рогом, растущим изо лба. Монстр скалил загнутые зубы и бил копытом, высекая искры из асфальта. Его глаза кровожадно сверкали, но на полицейского он не бросался.

— Давай, человечек, стреляй, — глумливо выдал демон, элегантным движением поправив длинные тёмные волосы, развевающиеся на лёгком ветерке. — Целься прямо в лицо. Вот он я… Давай же. Чего ты ждёшь? Я убил твоих друзей прямо на твоих глазах. Вон они лежат со вспоротыми животами. И не только они пали от моей руки. Я сегодня славно поохотился, убил многих: мужчин, женщин. Так отомсти же за них…

— Тварь… — яростно прохрипел полицейский и нажал на спусковой крючок.

Однако пистолет лишь сухо щёлкнул, намекая, что закончились патроны.

Демон захохотал, запрокинув голову. Он наверняка знал, что так произойдёт.

— Неловкая ситуация, да? — ехидно ухмыльнулся гад, вскинув клинок.

— А-а-а! За Димку! За Олега! — с отвагой смертника заорал бородач и помчался на противника, сжав пальцы в кулаки.

В его взгляде не было ни капли сомнения в том, что он умрёт. Но мужчина всем сердцем жаждал отомстить. Стереть ненавистную ухмылку с лица демона. И это желание вдохнуло в него новые силы.

— Да что ты знаешь о неловких ситуациях? — насмешливо улыбнулся я и выстрелил.

Глушитель превратил звук выстрела в хлопок, и в висок демона вошёл свинец, вылетев из противоположной стороны головы. Ублюдок замертво рухнул на асфальт, громыхнув доспехами.

А я действительно почувствовал себя неловко, как главный герой книги, чей заклятый враг упал с лестницы и сломал себе шею, вместо того чтобы дать эпичный финальный бой.

Правда, оставался ещё его конь…

Он рассерженно заржал, встав на дыбы, а затем ломанулся в мою сторону, грохоча копытами. Наклонив башку, монстра нацелился в меня рогом, шелестя металлическими пластинами, защищающими его голову, спину и бока.

Прям стальной носорог, мать его ети!

— Держи сахарное яблочко! — выкрикнул я, швырнув ему под ноги гранату.

Та рванула так, что монстра аж подбросило и оторвало пару конечностей. И не только их… Подкова отлетела прямо в сторону ошарашенно хлопающего зенками полицейского и угодила ему точно в лоб. Бедолага упал на спину и затих.

Конь же, лёжа на боку, огласил двор жалобным ржанием, судорожно дёргая ногами и заливая асфальт кровью.

— Что ты теперь ржёшь? Раньше надо было думать, могли бы подружиться, — холодно бросил я стремительно умирающему монстру и подошёл к полицейскому.

Тот глядел в ночное небо каким-то отстранённым, замыленным взглядом и шлёпал разбитыми губами. На его лбу красовался отпечаток подковы. Теперь она лежала рядом с полицейским, намекая на правильность поговорки — если ты нашёл подкову, значит, кто-то отбросил копыта.

— На счастье прилетела. Может, сегодня и не помрёшь, — ухмыльнулся я и похлопал мужчину по щекам. — Приди в себя, дружище. У меня нет времени цацкаться с тобой. Труба зовёт на подвиги ратные.

Он слабо замычал и вдруг сфокусировал на мне свой взгляд, а потом резко приподнялся на локтях и торопливо огляделся, будто страстно надеялся увидеть привычную картину Ратиборска.

Но Ад, естественно, никуда не делся. Так что полицейский простонал, лихорадочно облизав губы:

— Нет, не сон… не кошмар… Твою мать. М-м-м…

— Вижу, ты уже осознал, как прекрасна эта ночь. Потому я с чистой совестью могу двигаться дальше. Счастливо оставаться.

Помахав ему рукой, выпрямился и пошёл к арочному проходу, ведущему из двора.

— Постой! — ударил меня в спину заполошный крик мужика. — Стой, говорю! Приказываю тебе! Остановись, я полицейский! Да стой же, твою мать!