Дедушка Данзо
Шрифт:
Прошло много лет, как они покинули страну Воды. Им много раз приходилось убивать или скрываться от оининов — так у Хаку появилась одна из масок их преследователей. Он помнил о целях Забузы. Помнил о его мечте вернуться и сразиться вновь с Мизукаге. И теперь эти незнакомцы посмели…
— Зачем мне это?
Спокойный вопрос Забузы смыл всё возмущение Хаку, отчего он удивленно на него посмотрел, не сумев скрыть своих чувств. Он не видел его лица, но спина мечника была напряжена. Когда Забуза-сан повернул голову в сторону троих шиноби, Хаку понял — он раздражен.
— Среди восставших много сомневающихся. Мей сильна, но сможет ли она навести в Киригакуре порядок? Мы считаем, что есть более достойная кандидатуры на пост Годайме Мизукаге, — добавил с усмешкой очкарик.
— Допустим. Что вы получите от убийства Ягуры?
— Месть, — впервые раздался ледяной голос Кагуи.
Хаку его понимал. Если бы не приказы Ягуры, шиноби с улучшенным геномом не преследовали бы. И тогда, возможно, отец не попытался его убить, и мама выжила. Но, тогда бы он не повстречал Забузу… Нет! Он не должен сожалеть.
Он — оружие Момочи Забузы.
Со стороны реки раздались новые приглушенные ругательства: пока они разговаривали, туман стал гуще, чем изрядно мешал ориентироваться.
— Мы придем за ответом завтра, рано утром. Времени осталось мало. Уходим.
Три фигуры растворились в тумане, оставляя убитого бандита у их ног.
— Забуза, как ты посмел не выполнить приказ Гато-сама! — спустя всего минуту к дому выскочил Дживара и сразу заверещал. Он являлся одним из помощников Гато. Позади него стояли еще трое головорезов и мерзко ухмылялись. Но вся бравада с них слетела, когда они рассмотрели лежащий возле них труп.
— Какого ****! — подлетел к ним Дживара и брезгливо ногой перевернул тело. — ***, ты Иши прирезал! Совсем страх потерял?! Забыл, что для тебя сделал Гато-сама? Он тебя из грязи вытащил. Да он тебя… кх-ха-а-ха!
Подпевалы Дживары ощетинились оружием, но так и не сдвинулись с места: от мечника повеяло демонической аурой. Забуза-сан схватил безбашенного бандита за шкирку и поднял, отчего Дживара захрипел, не в силах нормально вздохнуть. Он попытался ослабить хватку, но тщетно. Хаку раздраженно поджал губы — сначала троица растревожила старые раны, а Дживара вывел Забузу окончательно.
Безмозглый идиот.
— Забуза-сан?
— Мы подзадержались в этой стране, Хаку. Думаю, стоит отправить Гато наш ответ.
Над лесом из-за жуткого крика с веток сорвались потревоженные птицы, но он тут же моментально оборвался. Густой туман полностью скрыл хлипкий дом, не позволяя ничего рассмотреть.
Глава 27
В полумраке звучала тихая мелодия. На полу посередине комнаты сидела девушка и играла на сямисэне. Ее длинные черные волосы были собраны в сложную прическу; на беленом лице особенно выделялись алые губы.
Гато перевел взгляд ниже и остановил его на вырезе кимоно. Бежевая ткань с цветами сакуры только подчеркивала фигуру и выпуклости. Он с ухмылкой пригубил из очоко теплое саке и резко поставил чашу на столик.
Девушка вздрогнула от резкого звука. Сямисэн издал скрипучий грубый звук, нарушив мелодию.
— Подойди, — раздался властный приказ. Не дождавшись моментальной реакции, Гато нетерпеливо прикрикнул: — Мне повторить?!
Девушка поклонилась и чуть дрожащими руками отложила инструмент в сторону. Не смея поднимать на него свой взгляд, мелкими шажками быстро приблизилась.
Тишина была нарушена тихим писком из-за боли, когда Гато грубо вцепился пальцами в тонкое запястье и резко дернул, усадив девушку себе на колени.
Шорох ткани, прикушенные губы на девичьем лице. Грубые пальцы впиваются в нежную кожу, оставляя красные следы. Под похотливое сопение девушка отвернулась, пытаясь скрыть бурю отразившихся на лице негативных чувств. В уголках глаз собрались слезы и скатились вниз по щеке.
Помимо тяжелого дыхания мужчины раздались приглушенные шаги за дверью, с каждой секундой обретая четкость. Входная дверь с грохотом отворилась и ударилась об стену, заставив увлекшегося Гато вздрогнуть и вскинуть голову.
— Гато-сама, он всех убил!
— Что?!
— Ай, — пискнула девушка, когда Гато резко вскочил и откинул ее от себя. Она постаралась побыстрее спрятать прелести от посторонних глаз, запахнув кимоно, и отползла подальше.
— Где Дживара?.. Пошла прочь!
Девушке не нужно было повторять дважды. Она моментально подорвалась с места и пробежала мимо покачивающегося охранника. Она не сразу его узнала. Кусаби сейчас еле стоял на ногах и тяжело дышал. Его лицо и одежда были в мелких брызгах крови — больше она ничего не успела рассмотреть.
— Вот…
Только сейчас Гато обратил внимание на большой отрез ткани, что держал подчиненный. Один край из-за рывка выскользнул из окровавленных пальцев и на деревянный пол шмякнулась отрезанная голова. Прокатившись немного вперед и оставляя за собой красные разводы, она остановилась — на Гато взирали стеклянные глаза его помощника Дживара. Лицо застыло в гримасе ужаса и удивления, вывалившийся из открытого рта язык свисал набок.
— Забу-у-уза! — Гато пнул лежащий рядом с ним на полу сямисен так, что тот при ударе об стену издал жалобный звук. Сам Гато зашипел от боли и схватился за отбитые пальцы на ноге. — У-у-у!.. Где он?!
— Я не знаю, — залепетал Кусаби, продолжая дрожать всем телом. — Он просто всех обезглавил, а мне приказал отнести вам сверток с башкой Дживара. Он что-то говорил о том, что не собирается ради грошей сражаться с шиноби Конохи.
— Вот тварь!.. Пошел прочь. Нет! Позови мне Зори или Вараджи.
Кусаби мелко закивал и попятился, когда у самых дверей его не остановил визг Гато:
— Голову забери, идиот!
Не дожидаясь, когда подчиненный выполнит приказ и за ним закроется дверь, Гато подошел к столу и попытался налить саке в очоко. Из-за чуть трясущихся рук желтоватая жидкость не всегда попадала в чашу и разливалась по столу. Гато раздраженно рыкнул и, не обращая больше внимания на посуда, пригубил с бутыли. Он пил остывшее саке жадными глотками, часть проливалась мимо и стекала по толстым щекам вниз, пачкая распахнутую рубашку.
Отрыгнув, он кинул бутылку на пол — та со звоном упала и покатилась, чудом не разбившись при падении.
Раздраженно ругаясь себе под нос, Гато принялся наматывать круги по комнате. Иногда, помимо ругательств, можно было расслышать упоминание «гаденыша», «идиотов», «старик» и «пьяница». Наконец, раздался стук в дверь и в комнату нерешительно заглянул один из его телохранителей — Зори.
— Почему так долго? Неважно! Что там слышно о группе нукенинов?
— Они приняли ваше предложение, Гато-сама. Будут тут через пару дней, как закончат свои дела.