Чтение онлайн

Внимательно прочитав сообщение, Данзо передал все еще развернутый свиток Шисуи:

— Ты знаешь, что надо делать.

***

Они вернулись на рассвете, как и обещали. Забуза видел, что Хаку переживал о его решении: тот не доверял чужакам, как и он сам.

В самом начале их разговора Забуза действительно собирался уйти. Но они смогли всего одной фразой изменить его решение.

Самым разговорчивым в их отряде оказался очкарик — Судзи. Рот у него практически не закрывался. Особенно он любил приставать к Кагуе, на что тот отвечал ледяным взглядом и гордо отмалчивался. Казалось, ничто не могло вывести его из себя. Эта парочка была странной, как и их отношения. Судзи, несмотря на все подколки, особенно тщательно следил за питанием Кагуи и давал ему какие-то отвары и лекарства.

Этого ирьенина, при удачном стечении обстоятельств, он убьет первым.

К третьему Кагуя или Судзи обращались только как к «тайчо», ни разу не назвав по имени. Сам он тоже не представился. Говорил мало, маску при нем не снимал. Личность его пока раскрыть не удавалось. Любое распоряжение «тайчо» выполнялось его спутниками незамедлительно, будь то привал, разведка или же приказ Судзи заткнуться.

Тишина, правда, наступала не надолго.

Забуза много слышал о клане Кагуя, об их свирепости и жажде боя. Членов их клана считали дикими и сторонились даже в Кровавом Тумане, где всегда правила личная сила. Как обладателей улучшенного генома, Ягура приказал найти и уничтожить этот клан полностью.

Похоже, не только он один вовремя успел подобрать в этой бойне, что устроил Мизукаге, самородков с улучшенным геномом. Жаль будет его убивать. Из него мог получиться полезный инструмент, как и из Хаку.

По дороге они только сообщили, что их будут ждать в условленном месте товарищи, которые сейчас наблюдали за обстановкой в стране и подготовкой подчиненных Мей к решающей битве за будущее Киригакуре.

Чем ближе они приближались к Стране Воды, тем больше Забуза вспоминал. Особенно тот разговор, что определил его судьбу и выбор пути.

Сколько Забуза себя помнил, он всегда был один, ему было трудно с кем-либо подружиться. Первое время его пытались задеть и оскорбить, особенно из-за острых зубов, но когда лишались своих, начинали бояться. С тех пор Забуза носил на лице бинты.

У него оставался год до поступления в академию шиноби: его признали достаточно сильным при проверке в детском доме. Он привык к одиночеству.

Пока не встретил ее.

Зеленоглазая наглая девчонка заняла его тренировочную площадку и ни в какую не собиралась ее покидать. Еще и посмела использовать лично им созданный манекен! В тот день они серьезно подрались. Забуза ждал, что та расплачется и убежит, но девчонка стоически вынесла весь поединок. Как и вид его заостренных зубов, совсем не испугавшись.

Тогда он впервые первым назвал свое имя, признавая силу противника. И узнал ее — Теруми Мей.

Так он обрел ту, с кем мог сражаться и расти в силе, вместе.

Но всё рухнуло в один день.

На их тренировочной площадке Мей впервые плакала. Обычно Забуза всегда презирал всех, кто плачет, считал их трусами и слабаками. Но в тот день рыдала Мей.

— Почему ты плачешь?

Она вздрогнула, только заметив его присутствие. Принялась яростно тереть лицо, всё ещё иногда всхлипывая. Прошло несколько минут, прежде чем она ответила:

— Нас зачислили в один класс, ты знаешь об этом?

— Да, я видел списки. — Нахмурился Забуза в ответ.

Лично его этот факт очень обрадовал. Сейчас же он не понимал, почему зачисление в один класс ее довело до слез.

Предположение отозвалось секундной болью в груди.

— Ты этого не хочешь?

— Нет! Это совсем не так! — Мей яростно замотала головой. — Разве ты не знаешь о последнем экзамене для всех, кто учится в одном классе все годы?

Ответ его успокоил, а вот вопрос — озадачил. Забуза действительно хотел учиться с ней вместе — она сильный боец. И его единственный друг.

— Нам придется сразиться, чтобы стать шиноби, — губы Мей задрожали. Она смахнула набежавшие слезы на глазах одним движением. — Насмерть! Пока не останется в живых один из нас… Я не хочу, не хочу…

Она закрыла ладонями лицо, вздрагивая всем телом. Он не услышал ни звука больше — Мей знала, как он относится к слезам. Но просто так уйти он не мог.

Он слышал, что последний экзамен в академии будет очень сложным. Но какой именно — не знал. Эта новость только подтвердила то, о чем он часто думал.

— В нашем мире уважают только силу. Мы, шиноби — всего лишь инструменты. Слабый инструмент не нужен никому.

— Забуза…

— Стань сильной Мей, иначе умрешь. — Забуза резко развернулся к ней спиной. — Не иди за мной.

Он слышал, как она дернулась в его сторону, чтобы остановить. Слышал свое имя, произнесенное шепотом. Забуза был уверен — Мей станет такой же сильной, как и он. А пока, ему стоит сделать так, чтобы они не сошлись в смертельном поединке на экзамене.

Через два дня выпускной класс этого года был вырезан полностью. Забуза стал генином и вновь спрятал лицо за бинтами, старательно избегая встреч с Теруми Мей.

Он давно хотел сместить Ягуру. Первая попытка оказалась провальной. И то, что Мей стала достаточно сильна, чтобы убить его за него, Забузе совершенно не понравилось.

Глава 28

Карин не любила ходить в центр поселения Страны Волн за покупками. Слишком все напоминала ей о прошлом. За несколько лет проживания в Конохе она привыкла к чистым и ухоженным улицам и домам, а также приветливым жителям. В Конохе никто не прятал взгляд, не старался быстрее скрыться, только завидев шиноби. Гражданские их совсем не боялись.

Сейчас она словно вернулась в Кусагакуре. Тот же взгляд, та же бедность населения, те же покосившиеся, словно державшиеся на одном честном слове, ветхие домишки. Местное население выживало, как могло, питаясь в основном только рыбой и сезонными овощами с собственных огородов. На рынке товары были очень дорогие и совсем не привлекательными на вид, про их качество и говорить не стоило — гнильё.

Честно, Карин с ребятами не понимали, зачем сенсей посылал их сюда по очереди каждый день за различной мелочевкой, после того как они сами же добывали в местных протоках рыбу. Ту же соль можно было сразу закупить побольше, или другую не быстро портящуюся мелочевку. Карин искренне не любила сюда приходить за покупками.

И всё же, кое-что изменилось с того момента, как они пришли сюда для защиты Тазуны. Жители больше не старались сразу уйти с их дороги, порой, в их глазах Карин видела робкую надежду.

— Вот, держите, даттебаё.

Пара ребятишек сорвалась с места, как только получили сверток с едой, сверкая голыми грязными пятками. Несколько дней назад они пытались их обокрасть и попались.

— Опять подкармливаешь? — Не удержалась от вопроса Карин. Легкая грустная улыбка появилась на ее губах.