Чтение онлайн

— Что вы решите, высокий князь? — нарушил молчание один из богато одетых эльфов, поправляя ножны.

— Свое решение я озвучу позже.

Даэлин подошел и рывком поднял меня. Пустая затея. Я тут же опустилась на солому, хорошо, хоть села — не легла, пришлось ухватиться за него и получилось, что я обнимаю его сапоги. Он раздраженно глянул, снова поднял и, подхватив за талию, потащил как тряпичную куклу в крепость. Учитывая, что ноги меня по прежнему не слушались, да и руки не совсем, выглядело это ужасно. Следом увязались несколько эльфов.

Защита комнаты завопила, словно буншу резали живьем, когда Даэлин пинком распахнул двери и втащил меня.

— Проходи Даэлин.

Заклинание угомонилось. Даэлин сгрузил меня в кресло и пошел закрывать двери. На пороге возник Лис и попытался выяснить — что происходит?

— Дайте нам поговорить без посторонних, — рявкнул князь и захлопнул дверь перед самым носом учителя.

Когда мы остались одни, Даэлин сел в кресло напротив меня и начал разглядывать с тоской и разочарованием. Первой не выдержала я.

— Я не виновата.

— Как ты могла? — устало поинтересовался князь.

— Это подстроено.

— Молчи. Как ты могла целовать меня, если любила другого? И почему сразу не сказала — я был уверен, что не безразличен тебе. Я же почувствовал это тогда, под лестницей.

— А что мне оставалось делать? — тихо ответила я, мне все еще было страшно. — Ты вытребовал этот поцелуй шантажом.

— Видимо Рэниэль прав, — после недолгого молчания заключил эльф. — Люди и эльфы слишком разные.

— Возможно, но на подлость способны и те и другие, как я убедилась.

Даэлин грустно вздохнул и заговорил глядя не на меня, а в окно.

— Брат советовал мне просить у тебя прощения, за обряд с лошадью. Он как всегда оказался прав — я поторопился. На мне какое-то проклятье. Сначала Тэлинэ, теперь ты. Риен, Ясин, завтра Таниэль.

— Что Таниэль? — забеспокоилась я.

— Ты забыла? Он поклялся перед Советом, своей жизнью, что женитьба на тебе не нанесет позора Дому. Клятва нарушена.

Даэлин встал и уже у двери добавил:

— Я виноват во всем сам, ты всего-лишь женщина. На суде я постараюсь тебя защитить, можешь не беспокоится. Конечно, мы разведемся — твое желание исполнится.

Не беспокоиться — хорошо сказано. А если не сможет защитить? Или передумает? Я нащупала листочек в кармане. Нужно прослушать — что он запомнил. Только бы я не перепутала слова.

— Ира, — я вздрогнула и повернулась к учителю. — Что произошло? Князь не стал со мной разговаривать — посоветовал узнать у тебя.

— Учитель, — начала я, но продолжить не смогла.

Жалость к себе, за то, что так глупо попалась, смерть Ясина, которому еще жить бы и жить, наконец прорвали плотину тупого бесчувствия владевшего мною. Я разрыдалась в голос. Лис подскочил, схватил меня в охапку и обнял, быстро приговаривая:

— Тихо, тихо, деточка, все будет хорошо, я обещаю.

— Ничего хорошо не будет, — провыла я и, сбиваясь, путаясь и плача начала рассказывать все, что произошло, начиная с визита эльфиек. Умолчала только про письмо и Альрика. Из-за этого рассказ и так несвязный вышел совсем бредовым.

Маг, гладил меня по спине и горестно вздыхал. А я выговорилась и теперь только всхлипывала иногда, положив голову ему на грудь.

— Что же теперь будет?

— Справимся как-нибудь, — ответил Лис. — Не бойся. Не последний я человек в государстве, и друзья у меня имеются. Ну, сошлют нас на острова, не беда. Люди живут коротко — маги долго. Лет через сто все забудется, и глядишь, еще в столицу вернемся.

Он улыбнулся, в уголках глаз собрались морщинки, а мне, совершенно не к месту, вспомнилось, что я никогда не видела своего деда. Через сто лет. Через сто лет ему будет уже восемьсот — предел для мага. Из-за меня остаток своей жизни он проведет в изгнании. И не только он, еще что-то грозит Таниэлю. Что там говорил Даэлин — поклялся жизнью?

— Это моя вина, — пробормотала я тихо.

— Это наша вина. И моя в большей мере. Ах, поганки, ну надо-же такое удумать. Мне эта молодуха сразу не понравилась, уж больно вид скромный, чересчур. Только не одна она все это провернула, ой не одна. Но обвинить их мы не можем — доказательств никаких.

— Есть доказательства, — я вытащила листочек и протянула учителю.

Он внимательно всмотрелся и расплылся в довольной, понимающей улыбке.

— Знакомый почерк. Ты его активировала?

— Да. Только проверить надо.

— Давай проверять.

Я произнесла считалочку, и мы с магом уставились на листочек, словно он еще и показать все произошедшее мог. Сначала была тишина, скрип двери, тихие шаги. Вскрик, это наверное меня схватили. Тишина. Никаких шагов, а ведь похититель еще и меня тащил. Голос. Не мой.

«— Замечательно. Попалась грязная тварь.»

Голос Тэлинэ преобразился неимоверно. Где эти нежные соловьиные трели? Тут шипение какое-то. Послышался звук, как будто упало что-то большое и мягкое. Нужно будет потом проверить — нет ли синяков.

«— Дальше как договорились. Идите.»

Снова тишина, примерно минут двадцать и наконец, мой вопрос — «Кто здесь?». Маг слушал и довольно потирал руки. Он прямо-таки лучился счастьем, как солнышко в ясную погоду.

— Вот, что, Ирочка. Держи его у себя и храни как зеницу ока. А завтра, на суде расскажешь, все как было и предъявишь доказательство. Во время суда — старайся только излагать факты. Что ты подумала, что почувствовала — не важно. Только факты.

Дверь распахнулась, и на пороге появился комендант.

— Господин Лис, с этого момента княгиня находится под арестом. Прошу покинуть помещение.

— Не спи сегодня, — быстро прошептал учитель. — И помни о доме.

Намек понятный — если ночью меня попытаются убить, попробую уйти через портал. Лис вышел, а комендант постоял еще немного за порогом, глядя прищуренными глазами. Он, похоже, хотел что-то сказать, но сдержался.

Ночь прошла отвратительно, как и следовало ожидать. Когда утром я посмотрелась в зеркало, то поняла — в таком виде я на суде появиться не должна. Сначала пришлось долго умываться холодной водой, чтобы не так было видно, что я плакала, потом распустила волосы и причесала их. Прическу сама себе все-равно не сделаю, пойду так.