Чтение онлайн

Поручик Мингрельского пехотного полка в Дунайской армии В. К. Тизенгаузен в мае 1810 г. участвовал в осаде Силистрии, в июле сражался под городом Шумла. С 12 по 22 июля был при осаде Рущука, 29–30 июля «при разбитии турок при реке Янтра», 27 сентября — при штурме крепости Рущук. В 1811 г. находился в Малой Валахии, где принял участие в многочисленных боевых делах. За взятие штурмом батарей на острове против крепости Лом-Паланки 8 августа Тизенгаузен был произведен в капитаны. За боевые заслуги 19 сентября в бою при селении Калафат был награжден орденом Владимира 4-й степени с бантом{42}.

В составе Костромского мушкетерского полка штабс-капитан И. Н. Хотяинцев в апреле — июне 1810 г. участвовал в осаде крепости Шумла, с 9 июля — в блокаде, а затем штурме крепости Рущук. За отличие произведен в капитаны{43}.

В войнах 1805–1811 гг. участвовало старшее поколение декабристов. Они начали свою боевую военную карьеру еще совсем юными, 15–20 лет. Это не помешало им отличаться в сражениях, проявлять незаурядную храб-рость, получать высокие награды и повышения в чине, выполнять специальные задания. Некоторые из них благодаря своим боевым делам стали лично известны высшему командованию русской армии. Многие из них уже в то время начали интересоваться политическими проблемами и критически относиться к тому, что происходило в России. К возмужавшему в боях старшему поколению готовилось присоединиться новое поколение патриотов, стремившихся своей кровью доказать любовь к Родине. Они понимали неизбежность столкновения с наполеоновской Францией и готовились к этому. Впереди еще предстояли тяжелые битвы.

Одним из них был А. Н. Муравьев. В 1810 г. его приняли на службу в свиту по квартирмейстерской части, преобразованную позже в Генеральный штаб. Уже в это время он сблизился с М. Ф. Орловым, Сергеем и Матвеем Муравьевыми-Апостолами, А. З. Муравьевым, т. е. с теми, кто вошел позже в первое тайное общество в России.

В 1811 г. в Москве в доме отца А. Н. Муравьева, Н. Н. Муравьева-старшего, собиралось Математическое общество, а затем была открыта школа колонновожатых. Слушателями школы и членами Математического общества были А. Н. Муравьев, М. Н. Муравьев, И. Г. Бурцов, Петр и Павел Волошины. Все они дружили между собою и проявляли интерес и к политическим проблемам{44}.

В 1810–1811 гг. в Москве организовался тайный кружок «Юношеское собратство» — ранняя преддекабристская организация, во главе которой стал 16-летний прапорщик Н. Н. Муравьев, брат декабриста. Ее целью была организация нового республиканского общества на каком-нибудь отдаленном острове, например Сахалине. Муравьев хотел «взять с собою надежных товарищей, образовать жителей острова и составить новую республику, для чего товарищи… обязывались быть (ему) помощниками». Он сочинил законы этого общества, целью которых было создать истинных, свободных граждан из жителей острова и образовать там республику на основе равенства людей. В «Юношеское собратство» вошли Артамон Муравьев, Матвей Муравьев-Апостол, Лев и Василий Перовские. Друзья созывали собрания, читали и обсуждали сочиненные законы своего товарищества, выработали тайные условные знаки, которыми обменивались члены собратства при встречах. Этот кружок закончил свое существование с началом войны 1812 г.{45}

Юные Владимир Раевский и Гавриил Батеньков, учившиеся во 2-м кадетском корпусе, «проводили целые вечера в патриотических мечтаниях, ибо приближалась страшная эпоха 1812 года». Как показывал позже на следствии Батеньков, они «развивали друг другу свободные идеи», ненавидели фрунтоманию царя и цесаревича Константина, осмеливались говорить «о царе яко о человеке и осуждать поступки цесаревича». «Идя на войну, — писал Раевский, вспоминая о Батенькове, — мы расстались друзьями и обещали сойтись, дабы в то время, когда возмужаем, стараться привести идеи наши в действо»{46}.

В 1811 г. в Петербурге М. А. Фонвизин вновь организовал кружок из молодых офицеров Измайловского полка для занятий военными науками.

Впоследствии он вспоминал: «Две неудачные войны с Наполеоном, третья, угрожавшая… независимости России, заставили (молодых) русских патриотов исключительно посвятить себя военному званию. Дворянство, патриотически сочувствуя упадку нашей военной славы в войнах с Францией 1805–1807 гг. и предвидя скорый разрыв с нею, спешило вступить в ряды войска, готового встретить Наполеона. Все порядочные и образованные молодые люди, презирая гражданскую службу, шли в одну военную»{47}.

С. П. Трубецкой в ответах Следственной комиссии писал: «По вступлении в службу до войны 1812 года я обратил все мое внимание на науки военные»{48}.

Глава II

ДЕКАБРИСТЫ — УЧАСТНИКИ

ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1812 г.

К началу 1812 г. отношения между Россией и Францией осложнились. Наполеон не скрывал своих антирусских настроений, всячески обострял конфликт. Он имел в своем распоряжении огромную, хорошо вооруженную, с большим военным опытом армию. Наполеон мечтал о мировом господстве и был уверен, что в новой войне Россия не сможет ему противостоять. В конце 1811 г. русское правительство с минуты на минуту ожидало нападения. «Вся Россия была в тревожном ожидании, что на весну начнутся военные действия… Чудное было тогда время, кипевшее жизнью и исполненное страха и надежды», — вспоминал М. А. Фонвизин{49}.

«Трудно описать, в каком все были одушевлении и восторге и как пламенно было стремление к войне не одних только офицеров, но солдат. Всем хотелось отмстить за Аустерлиц, Фридлянд и за неудачи, которыми мы в прошедших войнах постыжены были», — вспоминал А. Н. Муравьев{50}.

Готовясь к войне с Францией, русское правительство в 1812 г. заключило союз со Швецией, поспешило закончить русско-турецкую войну, освободив таким образом армию, занятую на турецком фронте для военных действий против французов. Был заключен мир и с Англией. На границе сосредоточивались войска.

В начале марта 1812 г. гвардия получила приказ выступить к западным границам, а в начале апреля Александр I выехал к армии и 14 апреля прибыл в Вильну. Как известно, русские войска, состоявшие из трех армий, занимали широкий фронт, растянувшийся на протяжении более 600 км.

1-я армия под командованием генерала М. Б. Барклая-де-Толли располагалась в районе Ковно — Вильно. Целью ее было прикрывать Петербургское направление. 2-я армия генерала П. И. Багратиона занимала район между реками Неман и Буг с задачей прикрывать Московское направление. «Состав наших двух западных армий был хорош, — свидетельствовал М. А. Фонвизин, — их одушевляла любовь к Отечеству, негодование за прежние неудачи, надежда управиться с врагом»{51}. 3-я армия, руководимая генералом А. П. Тормасовым, стояла южнее Припяти, прикрывала Киевское направление. Кроме того, на южных границах России располагалась Дунайская (Молдавская) армия под командованием адмирала П. В. Чичагова.

Согласно плану, разработанному прусским генералом Фулем, 1-я армия должна была, опираясь на укрепленный лагерь, специально сооруженный в 1811–1812 гг. в Дриссе, принять на себя удар войска противника. По этому плану 2-й армии полагалось действовать во фланг и тыл неприятелю. Однако расположение русских войск и план Фуля были неудачны. Наполеон знал план русских, учел все его ошибки и рассчитывал не дать соединиться 1-й и 2-й армиям, разбив их поодиночке.

ОТ ЗАПАДНОЙ ГРАНИЦЫ ДО СМОЛЕНСКА

Ночью 24 июня 1812 г. было получено сообщение о переходе французскими войсками русской границы без объявления войны. Русская армия одна, без союзников приняла на себя мощный удар более чем полумиллионной армии Наполеона.

На следующий день Александр I приказал генерал-адъютанту А. Д. Балашову отправиться к Наполеону с предложением мирного урегулирования конфликта. Как непременное условие переговоров он потребовал отвода французских войск с русской земли.

Александр I, отправляя Балашова к Наполеону, лично распорядился, чтобы к нему прикомандировали поручика М. Ф. Орлова, состоявшего при штабе Барклая-де-Толли. Еще до объявления войны Орлов выполнял очень ответственную работу. В Главную квартиру русской армии поступали секретные документы от военной разведки со сведениями о составе, численности, дислокации и передвижении наполеоновской армии. Орлов первый принимал эти донесения, обобщал их, ставил свою визу и передавал Барклаю-де-Толли.