Декалог 3: Последствия
Шрифт:
Джо подавила в себе шок, понимая, что нужно быть очень осторожной.
— А причём тут повелители времени? — спросила она.
Аркаб усмехнулся, его несимметричное лицо превратилось в ещё более гротескную гримасу. Джо увидела, что его челюсти и зубы с правой стороны были сильно реконструированы с использованием грубых металлических деталей и сверкающей микроэлектроники. Когда Аркаб разразился смехом, электроника поблёскивала.
— Хочешь сказать, у этой резни может быть другое объяснение? Может быть, когда твои соплеменники узнают, что мы…
Джо резко перебила его, её распирали обида, нетерпение, и внезапная жалость к его травме:
— Минуточку, Аркаб. Тебе нужно узнать несколько вещей… Нет, теперь ты меня выслушай!
Он хотел отмахнуться от её оправданий, но его застала врасплох эта худенькая, юная симпатичная девушка, за изначальной робостью которой скрывался сильный характер.
Он улыбнулся, его ярость немного спала. Его напарница, сидевшая рядом, тоже усмехнулась, увидев, как укротили гнев Аркаба.
— Во-первых, — сказала Джо, загибая палец, как строгая учительница, разъясняющая что-то школьнику, — я не повелительница времени…
— Но…
— Я путешествую с повелителем времени, Доктором. И мы прибыли сюда попытаться исправить ущерб, нанесённый временным разломом. Мы хотим вам помочь, Аркаб, поверь мне.
— Вера, доверие… Это сложные концепции в безумном мире.
— Это безумие не из-за повелителей времени, я уверена в этом. Они против вмешательства во временные дела других рас.
Аркаб не мог сдержать циничный хохот. Джо пожала плечами, пренебрегая его реакцией.
— И Доктор здесь не для того, чтобы вмешиваться. Мы вычислили, что сейчас, в Альмараке, тот момент, когда мы можем принести наибольшую пользу.
— Как? — спросила женщина.
Аркаб захихикал:
— Хороший вопрос, Саиф. Как, девушка? Расскажите нам.
— Я не знаю, — тихо сказала Джо. — Всё что я знаю, компьютеры нашего судна, ТАРДИС, выдали нам эти координаты.
— Но почему здесь, почему сейчас? — требовал Аркаб.
Джо вздохнула. Она устала, её истощили пережитые события, а ещё большую усталость вызывала перспектива долго что-то объяснять этим людям. Теперь, когда её жизнь не была в неминуемой опасности, ей хотелось только есть и спать, а затем отправиться на поиски Доктора. Если он выжил.
Она сказала об этом Саиф и Аркабу. Лицо женщины немного смягчилось, и она кивнула, повернувшись к напарнику:
— Мы ведём себя невежливо. Правду она говорит или нет, в этом состоянии она нам не поможет.
— Джо. Меня зовут Джо. И у меня к вам так же много вопросов, как и у вас ко мне. Но пожалуйста, всего часик отдыха…
Когда она говорила, её глаза уже слипались, серая внутренность броневика угасала, и её сознание отключалось. Когда она качнулась вперёд, Саиф поймала её, опустила на жёсткую койку, и прикрыла грубым, колючим, вонючим одеялом — лучшей постели Джо не могла себе даже представить.
Временной шторм прошёл, унеся с неба дневной свет, и оставив ночь. Когда Доктор вышел из бункера и целеустремлённо направился сквозь толпу расходившихся людей в сторону Цитадели, огромная луна этой планеты висела низко на западе, её нижний край был уже ниже горизонта.
На своём пути он не мог не замечать царившее вокруг опустошение: человеческие останки, разбросанные по тротуарам и дорогам, груды щебня, пыли и ржавого, состарившегося металла; детей, ползающих в остатках взрослой одежды, некоторые из них плакали, некоторые ползали молча… У всех в глазах были страх и непонимание…
Доктор отворачивался, заставляя разум работать над проблемами его миссии на Алракисе. Он не мог ничего сделать, кроме как спасти нескольких из этих несчастных людей, которых превратности шторма отправили обратно в младенчество, обрекая на медленную смерть в этом опустошённом обществе, где не заботились о своих ближних. Нет, любая помощь, которую мог предложить Доктор, должна была быть большего масштаба, нужно было воспользоваться его способностями манипулировать временем, чтобы или безвредно перенаправить ужасающие энергии разлома в какую-нибудь стерильную под-вселенную, или…
— Или же задействовать термоядерные электростанции Алракиса, создать бесшовную темпоральную петлю обратной связи, чтобы удерживать в ней утечки…
Он шёл дальше, его мозг был занят деталями стратегии, теперь он не замечал измазанные лица, глупо глазевшие на проходившего мимо странного, цветастого человека, а затем обращавшиеся снова к мерцающим в небе звёздам, которые казались им такими красивыми, и о которых они ничего не понимали.
По просьбе Аркаба Джо дала ему доминошку «пусто-пусто». Она вертела её в руках, когда они разговаривали.
Аркаб посмотрел на кость, а потом на Джо.
— Что это?
— Это… Это просто на удачу… Рассказывай дальше.
— Несмотря на всё это, — он развёл руками, имея в виду и город, и всё остальное, — мы считаем, что Вселенная изменяется так, как она должна. Что бы ни происходило, тому есть цель. Люди боятся неизвестного только потому, что не понимают его смысл. Но за тем, что кажется случайным, должна скрываться направляющая сила.
Аркаб подбросил кость домино; она упала на пол лицевой стороной вниз. Он поднял её, снова подбросил, и в этот раз пустые панели смотрели вверх.
— Невозможно предсказать, как упадёт этот амулет. Но разве ты не видишь, Джо: это всё заложено в базовую структуру Космоса!
Чтобы не пересекаться взглядом с Аркабом, Джо смотрела на домино. Ей доводилось слышать, как Доктор тоже говорил так о глубокой структуре пространства-времени; и в самом деле, само понятие «материя» подразумевало наличие ткача. Или же это, — думала она, — всего лишь наделение хаоса смыслом? Может быть, это просто самообман, иллюзия смысла в бессмысленной пустоте?
— Аркаб, — медленно сказала Джо, — я не знаю, как тебе ответить, — её пугало это евангелическое рвение этого мужчины, а также то, что, как ей становилось ясно, Аркаб, Саиф, и другие члены экипажа броневика представляли собой какую-то повстанческую группировку, анархическую силу, решительно настроенную скорее разрушать, чем философствовать. — Всё, что я понимаю — нужно найти Доктора. Он тот, кто сможет вам помочь.
— Нет проблем, — Саиф работала со сканирующими системами, и сейчас указывала Джо на мерцающие экраны, в большинстве которых Джо не могла ничего понять.