Чтение онлайн

– А куда-нибудь хочешь?

– Да. К тебе домой. В наши скалы. Но это, наверно, нереально?

– Ты знаешь, я тоже хочу. Рванем на недельку?

– С удовольствием.

И Моника объявила всеобщую демобилизацию на неделю. Велела всем куда-то съездить, поменять угол зрения. Желательно в разные стороны, чтобы соскучиться.

Разные стороны сложились таким образом – Белый с Черновым махнули в Карелию на рыбалку. Сережа со своей девушкой к нему домой, он очень скучал по сестре и племяннику. А его отец заманивал его копченой рыбой. Мы с Моникой в Калелью лежать на скалах и есть каракатицу и сибаса. Даже разъехавшись, мы не сговариваясь стали делать одно и тоже – есть рыбу. С кем поведешься, то потом и ешь, я так думаю. Мы водились с дельфинами.

Неделя пронеслась мгновенно. Мы с Моникой условились о работе не разговаривать. Ходили на концерты, Моника отвела меня на мастер-класс фламенко, и всю неделю мы ходили танцевать. Валера ей ни разу не позвонил. Он созывал значимых людей на премьеру, не мог не воспользоваться событием. Кому-то отправляли приглашения, кому-то он звонил сам. Бомонд обещал быть. И политики, и чиновники, и иностранные партнеры… Упасть в грязь лицом было нельзя. Маркетологи уже вовсю запустили вирус, пара сюжетов вышла в новостях. Интригу запускали всеми возможными способами. Валера чуял прибыль, средств не жалел. Сам ходил сияющий, важный.

Встретились через неделю, обменялись новостями. Белый с Черновым привезли соленую рыбку, Сережа копченую. Устроили пир. Договорились о генеральном прогоне. Прогон прошел без эксцессов. Моника распорядилась всем спать и отдыхать. Без загулов.

И вот настал день премьеры. Мы волновались, зверики тоже. Все утро мы сидели в бассейне вместе. О предстоящем не говорили, вообще не говорили. Сидели, завернувшись в пледики, мерзли. Зверики плавали кругами, ловили наше состояние. Мира была на удивление мила. Если честно, это меня напрягло. Когда Мира вредничала утром, день проходил более или менее. А сейчас она, похоже, готовила премьерный сюрприз. За сорок минут до шоу в фойе началась суета – стали приезжать гости. В кафе появились первые клиенты. Пора было уходить готовиться. Я прошла через фойе. Мне хотелось увидеть лица тех, кто будет формировать общественное мнение. Хотелось выбрать то лицо, на которое я буду смотреть во время выступления, как будто этот человек пришел ко мне. Хотелось найти поддержку. На Монику будет смотреть Валера, Витька такими вопросами не задавался, к Сереже, наверно, придет его подруга. Я как-то очень остро почувствовала свое одиночество. Я вглядывалась в лица, искала то самое, которое на ближайшие два часа станет моим, родным… Удивительно, но при всей пафосности премьеры, рекламной шумихи и статуса приглашенных гостей, лица были очень теплые и радостные. Бери любое, точно поддержит. Краем глаза я заметила китайцев и вспомнила, Валера приглашал потенциальных китайских партнеров. Что именно он хотел с ними делать, он держал от всех в секрете, но ему было очень важно, чтобы делегация на шоу приехала. Валера бронировал для них ВИП места в первом ряду. Рядом были места для чиновников. Ряд для прессы. Валера вышел к делегации, и они гуськом двинулись в сторону переговорной. Суета усиливалась. Выбрав себе два самых приглянувшихся лица, я пошла готовиться к выходу.

Открыли дверь в бассейн, места стали быстро заполняться. Смех, шум, музыка, ощущение праздника витали в воздухе. Чем радостнее становилось в бассейне, тем страшнее было мне. Когда все было веселой игрой, когда перспектива выйти к пятистам зрителям была очень отдаленной, это была одна ситуация. Сейчас мне стало совсем не по себе. Слишком много ожиданий, слишком важно, как пройдет сегодняшнее шоу. Слишком много нюансов. Гример нанесла мне грим, помогла одеть костюм. Я посмотрела на себя в зеркало. Сказочно хороша. Я даже не думала, что могу так выглядеть. Это приободрило. Пора…

Музыканты заняли свои места и стали играть. Моника с Витькой вышли на сцену. Все шло как на прогоне. Через пять минут мой выход. Выдохнула, вышла.

Зрители сидели завороженно. Белух пока не выпускали, первые номера исполняли афалинки. Аста и Гектор были безупречны, все шло как по маслу. Звук не подкачал, все было даже слишком хорошо. Мы отыграли свои номера, я осталась на помосте одна. Близился наш дуэт с Принцем – моя любимая партия. Сережа вышел на помост – синие глаза сияли, красив невероятно. Мне так просто было играть неразделенную любовь, ведь практически и играть то было нечего. Мы с Сережей по очереди делали прокаты на Мире – он меня отверг, и я его заколдовывала. Я откатала свой прокат, вышла на помост и начала свою партию, Мира повезла Сережу. Они сделали круг по бассейну, выходили на трюк с прыжком и тут Мира сделала свое дело. В момент прыжка она метнулась в сторону. Да не просто в сторону, а в сторону китайской делегации. Сережа летел прямо на них. Я продолжала петь. Вот уж заколдовала, так заколдовала. Я понимала, что в этот раз не обойдется. Сережа сделал все, что мог, сгруппировался, сделал в воздухе рывок, но бортик все-таки зацепил. В те несколько секунд мы не понимали, что с ним, не понимали, уже пора за ним нырять или он справится, ребята-демонстраторы вытянулись в струну, готовые реагировать. Валера побелел. Ему срыв шоу мог обойтись очень дорого. Зрители особо понять ничего не успели и сейчас все зависело от Сережи. Я выискивала глазами его девушку, но не находила. Сережа выплыл, показал «Ок» и жестом показал, что переплывает в гримерку. По сюжету это было уже близко, у нас был еще небольшой танец, но его я могла оттанцевать и сама – торжество зла без добра.

Мы все были заняты в дальнейших сценах, поэтому серьезность проблемы понять не могли. Моника жестами пообщалась с Данилой, Данила с демонстраторами, ребята побежали в гримерку к Сереже. Ветеринарный врач Ирина Ивановна, которая присутствовала на каждом шоу, побежала за ними. Выпустили Кристо, теперь была его часть шоу. Начались мои прокаты с Кристо. После них у меня будет минут двадцать, когда я не занята, там будет Моника, а я добегу узнать, что с Сережей. Эта мысль меня держала, наверно, поэтому я так четко смогла все откатать. Мне по роли искрить любовью уже не требовалось, поэтому слегка перекошенное лицо могло сойти за имидж. Мы оттанцевали с Моникой, обменявшись взглядами и поняв друг друга без слов. И я и она уже просчитывали, как выкручиваться, если что.

Я побежала в гримерку. Сережа лежал весь белый, пахло камфорой, Ирина Ивановна набирала шприц. Я застыла в дверях не зная, можно ли подходить. Ирина Ивановна сделала ему укол и пошла к выходу.

– Ирина Ивановна, что?

– Так не понятно, на первый взгляд, перелома вроде нет. Я обезболивающее сделала, пусть полежит. Минут через двадцать проверю. Сколько у вас там есть времени до его выхода?

– Минут сорок точно. Даже побольше.

– Я через пятнадцать минут приду, тогда и посмотрим.

– Хорошо. К нему можно подойти?

– Подойди.

Я пошла к Сереже. Он лежал с закрытыми глазами, дышал тяжело. Я села рядом, почти не дышала, просто смотрела, не отрываясь. Видела, что ему очень больно.

– Настя, подержи меня за руку, – он сказал еле слышно, я скорее почувствовала, чем услышала. Мне кажется, что у меня так бешено стучало сердце, что его слышно даже за дверью.

–. Ты как?

– Встану. Не переживайте. Не подведу.

– Ты чем ударился?

Он просто взял мою руку и положил на грудь. Дышать постепенно начинал спокойнее.

– Как там в зале?

– Вроде не заметили ничего. Я там сама дотанцевала. Ребята почти нырнули за тобой.

– Приятно.

– Тебе принести что-нибудь?

– Я сейчас сесть попробую, поможешь?

Я кивнула, Сережа подтянулся на локтях, поморщился. Лицо постепенно начинало оживать.

– Хочешь, я девушку твою позову? Она здесь?

– Нет.

– Почему?

– Разошлись. Ты посиди со мной, пока можешь, ладно?

Сердце опять предательски забилось. Настя, возьми себя в руки. Вернулась Ирина Ивановна, посмотрела на Сережу, проверила пульс.

–Выглядишь получше. Встать можешь?

Сережа потихоньку поднялся.

–Голова не кружится?

– Нет, – я видела что врет, равновесие держит через силу. Ирина, похоже, видела тоже.

– Настя, передай там Монике, что все в порядке. Минут двадцать еще есть, он уже молодцом. А я пока его еще подреставрирую.

Сережа улыбнулся, было видно, что любое движение, даже улыбка, дается ему с трудом. Я побежала в бассейн. Нужно было успеть переговорить с Моникой. Когда я пришла в бассейн, как раз был самый романтичный танец Моники с Кристо. Скоро будет наш с Мирой выход. Мира сидела в загончике как ни в чем не бывало и явно еще не закончила. На меня взглянула высокомерно. Валеру, наоборот, уже отпустило. Зрители не отрывались от Моники. Искрило больше, чем обычно. Моника и Кристо отыгрывали так, чтобы ни у кого не возникало никаких подозрений. Мира разошлась. Она уходила под воду, и лучшей стратегией было просто принять ее игру. Моника жестом показала, что я все делаю правильно. В зале никто ничего не понял. Музыканты импровизировали, в ожидании моего вокала, а мы с Мирой кувыркались в воде, я уже приняла решение выходить и петь на помосте. Но в какой-то момент Мирин запас вредности закончился, и она перестала меня сбрасывать.

Дальше все прошло без эксцессов. Кристо превратился в Сережу. Сережа вынырнул из укрытия, как ни в чем не бывало, сияющие глаза, развевающиеся волосы, только лицо абсолютно белое. Но это было как будто и на руку – юноша бледный со взором горящим.Зрители были влюблены, любовь витала в воздухе, овации…

Валера сиял как чайник, китайцы кивали и много говорили, чиновники жали Валере руку. Журналисты окружили нас, фотографировали, мы договорились о пресс-конференции через час, в ресторане накрывали банкет. Мы все ушли в гримерку и налетели на Сережу. Первая Моника, обняла и говорила спасибо. У нее текли слезы. Он морщился, ему было больно. Витька хлопал по плечу и говорил «Мужик», я потрепала по волосам. Ирина Ивановна примчалась со шприцем, но Сережа отказался. Он был героем премьеры. Обычно эта слава доставалась Монике и от зрителей, и от коллег. Но сегодня все лавры достались Сереже. Потом Ирина Ивановна сказала, что у Сережи сломано ребро. И он сразу это понял, но терпел при всех надавливаниях, вида не показывал. Что отыграл на одной только воле. И что пару раз он терял сознание, но ни на секунду не задумался о том, что можно не выйти на финал.