Дело Черного Мага. Том 1
Шрифт:
— Спасибо, — поблагодарил Алекс.
И Валери, абсолютно спокойно, направилась обратно к барной стойке.
— Твой приятель неплохо справляется, — Фарух выдохнул густое облако дыма.
— Мне отсюда плохо видно.
— В данный момент он перекинул через спину Клайва О’Шонесси.
— Того ирландца-оборотня?
— Именно его.
— Тогда да, он действительно неплохо справляется.
Дум взял стакан, оттянул, как учил Робин, мизинец и немного отпил. Слегка кисловатый, терпкий привкус. Напиток, как и прежде, был на высоте.
— И, все же, Алекс, что ты здесь заб… — Фарух склонил голову на бок. Как раз вовремя, так как мимо его уха пролетела отломленная ножка от стула. — … забыл.
— Ты знаешь что, Фарух.
— Знаю? — удивился владелец заведения. Он скрестил ноги и вальяжно раскинулся на спинке кресла. — Может и знаю… но нашу пикировку риторическими вопросами твой приятель точно не переживет.
Алекс только пожал плечами.
— Оу, — протянул Фарух. — смотрю, ты не питаешь к нему теплых чувств… ну, насколько Алекс Дум вообще способен к кому-либо питать теплые чувства.
— Это не касается вопроса, по которому я пришел.
— Возможно, — уклончиво и слишком туманно протянул Фарух, — но… — теперь пришел черед Дума пригнуться. Иначе бы ему по затылку прилетела туша переломанного молодого оборотня. Все же, Гвардеец, даже без своих револьверов, это не пожилая дама на променаде. — но мне интересно, что ты забыл в компании Гвардии, вундеркинд.
Глава 36
Глава 36
Алекс, как можно старательнее, сделал вид, что удивлен осведомленностью Фаруха.
— И не надо делать такой вид, мальчик, — старый маг стряхнул сигару над пепельницей. — заявится сюда в день памяти школы Фоллен, в надежде, чтобы тебя не прикончат из чувства сентиментальности — это глупо. Но притащить сюда Гвардейца… умно, хитро и… нагло. Очень в духе Локсли… Ты ведь понимаешь, что сообщи я об этом в Суд Теней и тебя линчуют за предательство и раскрытие организации её прямым врагам?
— Но если ты это сделаешь, то распишешься в своей некомпетентности, Фарух, — развел руками Алекс. — а у тебя слишком много врагов, чтобы терять положение главы центрального филиала “Бездны”.
Фарух снова затянулся, а затем подался вперед. За его спиной заклубилась тьма. Не та детская страшилка или какая-то эфемерная субстанция, которой пользовались разные шарлатаны.
Нет, это была самая настоящая, первозданная, первородная, тьма. Бесконечное пространство ничего и ничто. Сила, перед которой меркли звезды.
— Ты называешь меня трусом или непригодным для власти, мальчик?
— Я называю тебя Фарухом ибн АмирШаха, — сидя поклонился Алекс. — властителем сотни джинов, Пустынным Шакалом, подчинившем Червей, стерегущих врата за Грань, мастером глубин, хозяином черных песков и кровавых вод. Я знаю кто ты, араб, а ты знаешь кто я.
Фарух снова затянулся и откинулся обратно на спинку. Тьма за его спиной исчезла в дыме сигар и вэйп-машины.
— Я слышал о произошедшем в музее… неприятное событие, которое привлекает слишком много внимания к нашей организации.
— Ты знаешь, кто именно прятался за маской?
— Ты сделал хороший ход, малышь, не пытайся показаться глупее, чем ты есть на самом деле, — чуть скривился Фарух. — если бы я знал кто этот умник, то его череп сейчас лежал бы на этом столе и я пил бы из него сухое вино… Нет, я не знаю кто этот демонолог.
— Значит, все же, демонолог…
— И очень сильный, — кивнул Фарух. — куда сильнее тебя или Робина… хотя, ты уже превзошел нашего почившего друга в этом искусстве… Я видел записи, Алекс, этот заезжий маг, возможно, так же силен, как Профессор.
Алекс снова вздрогнул, а по его ладоням потекли кровавые струйки — настолько сильно ногти впились в кожу ладоней.
Мимо пролетел разбитый стеклянный кувшин с вином, алые брызги упали на край пиджака Алекса. Чье-то тело с заломанными руками полетело следом, но все это меркло перед очередной бурей воспоминаний, впрочем её удалось отогнать.
— Профессор мертв, — сухо прошептал Алекс.
— Разумеется, — Фарух еще раз стряхнул пепел, только на этот раз чуть более… резко. — я первый, кто убедился в этом лично, Алекс. Профессор мертв. Но этот некто…
— Что?
Фарух замолчал. Он поймал из воздуха оторванный лоскут чьих-то брюк и вытер ими запачканный кровью и вином стол.
— Не знаю, вундеркинд… не знаю… он очень похож на Профессора.
— Оттуда не возвращаются.
— Каждый, кто носит регалии Судьи Теней, сейчас бы посмеялся над тобой.
— Профессор не принадлежал к числу Помазанников. Он был простым человеком.
— Возможно, — согласился Фарух. — а возможно, мы многого не знали… слишком многого…
— Может, если бы вы знали чуть больше, то школа Фоллен была бы цела! — не сдержался Алекс. — А вместе с ней…
Он осекся и вздохнул.
Дум предполагал, что прийдя сюда, разбередит старые раны, но чтобы так глубоко…
— Ты хотел спросить для чего ему Шар Посейдона?
— Я слышал, что его называют иначе.
— Недоучки, — отмахнулся Фарух. — артефакт называется именно так — Шар Посейдона.
Дум только пожал плечами. Ему было плевать, как называлась загогулина, украденная неизвестным демонологом, пользующимся тем же стилем, что и Профессор.
Более того, ему было плевать и на сам артефакт и на причины, по которой его украли.
Он должен был отыскать лишь этого мага… и не ради Гвардии или своей свободы, а потому, что если под маской скрывалось лицо Профессора… то все демоны бездны и крылатые твари с нимбусами не сдержат Дума от того, чтобы сжечь поганую душу старика!
В память о всех, кто остался в том треклятом подвале, хладными трупами лежа на жертвенных алтарях.
— Понятия не имею, Алекс, — развел руками Фарух. — Но я зна…
— Алекс! Дорогуша! — Грибовский спиной перекинулся через кресло. Весь в синяках и кровавых подтеках, он в данный момент душил какую-то зеленоватую, чешуйчатую тварь, нависшую над ним. — А ты не говорил, что здесь так вес…
И лейтенанта выдернули из поля зрения Дума.
— Я знаю того, у кого ты сможешь узнать более подробную информацию, — и Фарух, архаичная личность, достал из внутреннего кармана ручку, после чего начиркал ей что-то на салфетке и протянул Алексу.