Чтение онлайн

Магия услышала.

Магия приняла.

Не каждый маг может взывать к сути магии, но если уж взывает, то не по пустякам. И те слова, которые произнес Джулио Люпен, были тверже адамантия и надежнее высеченных на скрижалях Моисея.

Иначе бы магия их никогда не приняла.

Алекс разочарованно выругался.

– Так и знал, - протянул он и закинул в рот еще одну конфету.

– И вновь - ты меня удивил. Почему ты расстроен тем, что я не причастен к той трагедии.

Алекс пожал плечами.

– Так было проще, - ответил он.
– считать вас соучастником и ненавидеть.

Джулио понимающе кивнул.

– Ненавидеть всегда легко, - согласился он.
– а вот прощать - тяжело. Но если первое - губит, то последнее - лечит.

Алекс слишком сильно сжал кулак. Настолько, что по ладони побежала алая струйка.

Надо бы ногти подстричь…

– Вы предлагаете мне простить Раевского?
– с неприкрытой угрозой прошептал Алекс.

– Бог его простит, - только и ответил Джулио, после чего перекрестился.

Думу стало неприятно. Причем - на физическом уровне. Будто рядом зажгли костер и жар от него опалял магу лицу. Люпен не просто “к слову” себя знамением священным осенял. Он действительно верил.

Да, среди Светлых магов не такая уж редкость, чтобы те обращались к старику на небесах, но… мало из них кто верил. Ректор Первого Магического Университета был тем редким исключением.

Так что Алекс, случись ему хотя бы просто прикоснуться к этому человеку, сейчас бы корчился на полу в агонии. Такова была сила веры в Свет.

И именно поэтому простые смертные Инквизиторы могли охотиться и истреблять черных магов, что они и делали по всей Старой Земле в те далекие времена темного средневековья.

– Ох, прости, - спохватился Джулио.
– я помню, как вам неприятна вера.

– Ничего, - процедил Алекс.
– потерплю.

– Мда… - Люпен вздохнул и покачал своей золотой гривой.
– Нет, Алекс, я не прошу тебя простить Раевского, только самого себя.

– И за что же мне себя прощать, мистер Люпен?

– За то, что выжил, - ясные, синие глаза, изливали на Алекса тонны сочувствия… но тот бы лучше искупался в таком же объеме дерьма.
– за то, что именно ты сейчас сидишь здесь, а не кто-то другой.

Алекс покрутил черное кольцо на пальце.

Проклятые Светлые…

– Жизнь, чтобы не говорили святоши, не всегда дар, мистер Люпен. Жизнь меня научила, что куда чаще - это проклятье.

Джулио только чуть печально улыбнулся.

Алекс фыркнул.

– Вам сейчас только лимонных долек не хватает мне предложить.

– А тебе, в таком случае, заговорить со змеей.

– Знаете, я пытался. Но у меня не получилось. Заклинание вышло криво и вместо того, что говорить со змеей, я полторы недели разговаривал на фарси. Задом наперед. Переставляя слога.

– Да, Павел мне рассказывал. Он вообще очень тобой гордился. Больше, чем кем или чем-либо другим в своей жизни.

В кабинете вновь повисла тишина. На этот раз куда более длительная, чем в прошлый.

– Не клеится у нас разговор, да,?
– вновь, с такой же теплой грустью, улыбнулся Джулио.

– Не клеится, - подтвердил Алекс. Его вообще всегда удивляло, как один из сильнейших черных магов этого мира мог сдружиться с одним из сильнейших светлых.

Это ведь как две стороны одной медали.

Да, они рядом. Тесно прижаты друг к другу. Но встретиться им попросту не суждено.

А ведь Люпен и Раевский действительно были друзьями. Лучшими и ближайшими. Они бок о бок прошли через войну Магов, где люди и нелюди сражались против обезумевших орд магических тварей, устроивших настоящее нашествие на Старую Землю.

– А ведь я тебя искал, Александр. После той ночи, когда сгорела школа, я бросил просто немыслимые ресурсы на твои поиски, но безрезультатно… а когда нашел, то было уже поздно. Даже моих связей недостаточно, чтобы вытащить из-под земли мага, осужденного на три пожизненных.

– Что приводит нас к закономерному вопросу.

Их взгляды встретились. Синий и зеленый. Светлый и темный.

Джулио взмахнул рукой и вся туфта о датчиках мигом ушла на второй план. Золотистое свечение окутало кабинет отрезав его от всего окружающего мира. Теперь даже линзы не работали, не то, что какие-то там жучки или датчики фараонов.

Шестьдесят второй уровень.

Мастер.

– Гвардия приходила ко мне несколько месяцев назад.

– Так и думал, - кивнул, подтверждая свои догадки, Алекс.
– слишком это гладко звучит, что можно состряпать легенду и втиснуть в Первый Магический Университет любого доходягу с улицы.

– Ну ты, конечно, похудел, но доходягой бы я тебя не назвал, - попытался как-то пошутить Люпен, но не получилось. У Светлых вообще всегда были проблемы с юмором.
– Да, мы с майором Чон Суком имели весьма длительный диалог. И, в конце концов, я согласился ему помочь.

– Почему?

– Почему?
– в который раз, все та же теплая грусть.
– ты мне не чужой человек, Алекс… может, даже, один из ближайших, кто еще остался. Ну и, разумеется, я не мог упустить возможности заполучить к себе в штат мага, о котором профессор Раевский отзывался как о том, кто его, однажды, превзойдет. Хотя, - тут во взгляде Люпена промелькнуло озорство.
– теперь, после двадцати шести докладных от декана Либенштайна, я начинаю задумываться о том, правильно ли сделал, что согласился.

И опять тишина. Но теперь уже вынужденная.

Ректор поднялся и подошел к карте. Он прошел мимо всего Центрального Проспекта, затем за пределы города и остановился в зоне частного домовладения. Примерно там же, где находилась школа “Фаллен”, только на десяток километров севернее.

Он приложил ладонь к золотистой эмблеме, после чего достал из открывшей ниши досье.

Как и любой маг старой закалки, Люпен не верил электронике. Только бумага, которую невозможно было взломать находясь на другом конце земного шара.