Чтение онлайн

Улыбка на лице Алекса померкла.

Нельзя забывать.

– Мисс Периот, - максимально холодным и отстраненным тоном продолжил Дум.
– ваш кофе перед вами. Даже с эклером. А у меня, кроме чая и разрыва парадигмы бытия, больше ничего. Потрудитесь, пожалуйста, выполнить вашу часть сделку и исправить эту ситуацию.

Подобный резкий переход от приятельского “small talk” к насквозь деловой беседе явно удивил Периот, но она вовремя опомнилась.

– Как вы уже, скорее всего, узнали от ректора, ваша группа, профессор Думский, является первыми и единственными выпускниками проекта “Райзен”. Школы-интерната для детей Света с уникальными способностями. И, если честно, я понятия не имею, почему именно вас назначили её куратором.

Лея замолчала.

Алекс, не будь он мудаком, тоже промолчал бы, но…

– У меня высокая квалификация, - с ехидной, ядовитой улыбкой ответил он.

Лея так и не донесла эклера до рта.

– Я провела с этими детьми шесть лет своей жизни, профессор. Так что не вам говорить о квалификации.

– Но вот, вы сидите здесь и едите эклер, в то время как куратором группы Б-52 выступаю именно я.

Периот положила десерт на тарелку, вытерла губы и уже собиралась, судя по движению руки, перевести кредиты на счет Шхуны, как Алекс прокашлялся.

– Нарушать сделку с черным магом, мисс Периот, это очень плохое решение. А мы с вами, как раз-таки, заключили сделку.

– Вы мне угрожаете?

– Готов принять вызов эспера в любое удобное для вас время, мисс Периот. Но, скорее, просто констатирую факт. Кофе, плюс эклер в виде комплимента, за информацию о Лео Стоуне.

– А остальные вас не интересуют? Они тоже необычные маги.

– Остальные не способны оставить ожог на руке Светлого Мага.

– Но может быть на руке Черного Мистика…

Улыбка Алекса превратилась в кровожадный оскал, а за его спиной задвигались тени. Периот вздрогнула и отодвинулась.

– Простите, профессор Думский, - процедила она отодвигая от себя кофе.
– я не много забыла, что разговариваю с черным магом.

– Ничего страшного, эспер.

Глаза Леи сверкнули недобрым огнем, но она сдержалась.

А жаль…

Ничто так хорошо не губит связи с людьми, чем то, когда ты проклинаешь их во время боя так, что они еще месяц из больницы вылезти не могут.

Во всяком случае раньше эта тактика Дума не подводила.

– Как вам уже сказал ректор - у него раздвоение личности, если говорить обывательским языком. Тригер, который может заставить Леонарда выйти наружу - вред, причиненный его друзьями или ему самому.

– Вред, значит… а что скажете про самого Леонарда.

– Смотрели “Молчание ягнят”?

– Разумеется, - чуть возмутился Алекс.

– Вот отрежьте от образа Ганибала все, кроме крайней жестокости и интеллекта и получите Леонарда Стоуна, - Алекс не чувствовал в словах Леи страх, а скорее - предельный уровень настороженности. Как у дрессировщика, окруженного тиграми.
– Его предельный уровень силы неизвестен и…

– Как это возможно?
– перебил Алекс.

– Вот так и возможно. Каждый раз, когда он выходит на свет, то обладает разным потенциалом. Некоторые психологи сделали вывод, что уровень его возможностей прямо пропорционален степени угрозы, которая существует для него или его друзей.

– Надо же… - протянул Алекс.
– интересно, откуда у него все это.

– От матери и отца, - Лея произнесла эти слова с явной ненавистью.

– Они тоже были шизофрениками?

– В какой-то степени, - мисс Периот погрузила взгляд куда-то на дно чашки с кофе.
– В семь лет Лео впервые примерил платье и тогда… его просто побили. Ремнем. С железными бляхами. А в десять, когда из школы позвонили и сказали, что увидели его целующимся с мальчиком в закрытом классе, то… Семнадцать переломов, профессор Думский. Врачи наложили порядка сорока швов.

– Отец?

– И мать.

Дум хотел было выругаться, но сдержался. Робин учил не выражаться при дамах.

Странно, вообще-то раньше это Алекса не останавливало.

– И это в просвещенном Маэрс-сити.

– Это в непросвещенном Хай-Гардене, - поправила Лея.
– вы, возможно, не знаете, но это такой район в трущобах города. Там живет всякое… отребье, если быть откровенной. Там же вырос и Лео. А вместе с ним и Леонард.

– Что стало с его родителями?

– А вы не догадались?
– вопросом на вопрос ответила Периот.
– когда они решили “продолжить воспитание” - проснулся Леонард и… Лео до сих пор считает, что его родители умерли в пожаре.

Алекс, все же, не сдержался.

– У остальных детей, профессор, судьба не лучше. Весь клан Чжина была уничтожен охотниками за древними реликвиями. Трэвис - страдает амнезией. Он не помнит, что с ним происходило до десяти лет. И вот уже восемь лет пытается отыскать своих родителей. Эли… она внебрачная дочь. Её мать умерла на пороге больницы, так и не дождавшись помощи, а отец взял к себе просто чтобы не портить реноме. А Мара… она полукровка. Думаю, то, что она с радостью, при первой возможности, переехала в “Райзен” говорит само за себя.

Мда…

– И что, мисс Периот, вы хотите, чтобы я бросился жалеть этих детишек? Так вот - дерьмо случается, мисс Периот. Причем - в жизни каждого. Я просил вас рассказать мне о Леонарде, чтобы я знал, что в случае чего, могу с чистой совестью прибить этого ублюдка, а не выкладывать мне всю подноготную “бедных сироток”.

Периот вскочила на ноги. Стул, вылетев из-под её ног, пролетел куда дальше, чем позволила бы инерция.

Персиковые волосы Периот снова подрагивали.

– Вы действительно, - прошипела она.
– черный маг.

– Полноправный, - Алекс отсалютовал кружкой чая так, словно это был бокал вина.
– со всеми регалиями. Могу показать, кстати. Но делать это проще в обнаженном виде.

– Да как вас в клетке еще не заперли!

– Ну вашего-то Лео держат на воле, - пожал плечами Дум.
– вот и я как-то справляюсь.

– Подонок!

– Ага.

Периот хлопнула ладонью по столу, вскинула сумочку на плечо и широкими шагами направилась в сторону выхода.

– Держите их подальше от турнира, профессор, - процедила она сквозь зубы около самого выхода.
– или…

– Или что?

– Или я вас убью.

Прозвенели колокольчик и персиковые волосы унеслись куда-то за поворот.

Напротив Алекса уселась Вишенка. Лучезарная и улыбающаяся.

– Она тебе действительно так нравится, Алекс?

– Ой иди ты на…

***

– Итак, господа, думаю наша первая тренировка прошла не очень качественно.

Студенты молча смотрели на профессора, стоявшего за кафедрой в аудитории Б-52.

– Так что перед тем, как приступить к следующей, выдаю вам всем задание… выниманием линзы и складываем вот в эту коробку. Неделю будете ходить на занятия без них.