Чтение онлайн

– Ну, - Лэссинг почесал затылок, - я знал об этом и не знал. Я бы сказал, что я просто наткнулся на это. Выяснил, что Милфилд и Бербенк объединились и скупают земельные участки. Мы, нефтяники, всегда наблюдаем за подобными компаниями. Сами понимаете, никто не станет вкладывать деньги напрасно... Правда, они якобы организовали какую-то каракулевую компанию, но это меня не обмануло.

– И тогда вы приехали сюда и лично проделали изыскательские работы по добыче нефти?

– Да.

– А теперь я собираюсь задать вам еще один вопрос, мистер Лэссинг. Состоялся ли у вас разговор с кем-то из обвиняемых в отношении занимаемых вами коттеджей в мотеле "Санрайз" вскоре после того, как вы оттуда уехали?

Лэссинг чуть слышно произнес "да".

– С кем?

– С Кэрол Бербенк.

– О чем был этот разговор?

– Полагаю, - вмешался судья, - окружной прокурор понимает, что этот вопрос имеет лишь косвенное отношение к разбираемому сейчас делу?

– Да, ваша честь.

– Отвечайте на вопрос, свидетель.

– Ну, мисс Бербенк спросила меня, не смогу ли я сказать, точнее, не соглашусь ли я не называть имена людей, которые занимали вместе со мной коттеджи. То есть не давать никакой информации о том, кто они такие.

– И что вы сделали?

– Я сказал ей, что так и поступлю.

– Разве это, - насмешливо спросил Мейсон, - дает основания для того, чтобы обвинить мисс Бербенк в попытке склонить свидетеля к даче ложных показаний?

– Да!
– гаркнул Бюргер. Мейсон улыбнулся:

– Она не просила его лжесвидетельствовать.

– А я считаю - просила.

– К счастью, мы руководствуемся не вашими личными мнениями, а законом.

– Прекратите пререкательство!
– одернул их судья.
– Продолжайте допрос, мистер Бюргер.

– Это все...

– Есть ли у вас вопросы, мистер Мейсон? Вновь улыбнувшись, Мейсон сказал:

– Да, ваша честь. Мистер Лэссинг, скажите нам, просила ли вас мисс Кэрол Бербенк дать какие-то фальшивые показания?

– Нет.

– Просила ли она вас сделать заявления, неправдивые по своей сути?

– Нет, она просто просила меня помалкивать.

– Совершенно верно. Она просила вас говорить неправду в случае, если вас вызовут свидетелем?

– Нет-нет, что вы!

– Всего лишь "помалкивать", как вы выразились?

– Да.

– Не называть имена тех людей, которые занимали вместе с вами коттедж?

– Да, сэр.

– Она просила вас не называть никого из тех, кто там находился?

– Да.

– И, по вашему мнению, это как бы включало в их число имя ее отца?

– Ага, теперь я понимаю, что вас интересует... Мисс Бербенк просила меня не называть ни одного имени из находившихся там, вообще хранить в тайне, зачем мы все собрались в мотеле.

– Просила ли она вас о чем-либо, касающемся ее отца?

– Нет.

– У меня все, мистер Лэссинг. Благодарю вас.

Снова улыбнувшись, Мейсон взглянул на стол обвинения и сказал:

– Если это называется "попытка склонить к лжесвидетельству", то я вообще перестаю что-либо понимать!

Лэссинг покинул свидетельское место.

– Но это показывает намерение обвиняемой Кэрол Бербенк организовать для ее отца фиктивное алиби!
– заорал окружной прокурор.

– Свидетель не заявил, что она просила его показать, будто ее отец там присутствовал тоже. Вы не можете подтвердить алиби, если не присягнете, что кто-то находился в каком-то определенном месте. Она же просила его отказаться сообщить, был там ее отец или нет.

– Она хотела ввести нас в заблуждение! Чтобы мы решили, что ее отец там присутствовал!

– Ну, это личное дело каждого! К примеру, вам хочется обвинить мисс Бербенк в попытке склонить человека к лжесвидетельству, однако он сам этого не считает!

По залу прокатился смешок.

– Я не собираюсь препираться с адвокатом!
– грубо выкрикнул Бюргер. Я все это докажу в свое время. А теперь я хочу снова вызвать лейтенанта Трэгга. С разрешения суда, я вызывал его в прошлый раз, только чтобы установить состав преступления.

– Хорошо, - согласился судья.

Трэгг снова поднялся на свидетельское место.

– Разговаривали ли вы, - спросил Бюргер, в тот день, когда было обнаружено тело Фреда Милфилда, с Кэрол Бербенк?

– Да.

– Где именно?

– В ресторане, известном как "Хижина Доба", если не ошибаюсь, между Лос-Анджелесом и Кальбасом.

– Кто присутствовал при разговоре?

– Мистер Роджер Бербенк, один из обвиняемых, и Джон Эйвон из лос-анджелесской полиции.

– Что было сказано?

– Обвиняемая Кэрол Бербенк заявила, что ее отец присутствовал на политическом совещании, что при сложившихся обстоятельствах он больше не должен держать это в тайне, ему следует сообщить, где он был и что там происходило.

– Сказала ли она, что это совещание состоялось в мотеле "Санрайз"?

– Ну-у, она дала это понять.

– Вы можете припомнить в точности ее слова?

– К сожалению, не могу. В то время я больше интересовался Роджером Бербенком.

– Сделал ли Роджер Бербенк какие-то заявления в этой связи?

– Он сунул руку в карман и вытащил из него ключ от коттеджа номер четырнадцать в мотеле "Санрайз".

– Утверждал ли он, что останавливался там?

– Во всяком случае, дал понять.

– Поскольку это заключение самого свидетеля, - сказал Мейсон, - его следует вычеркнуть из протокола.

– Согласен, - подтвердил судья, - этот офицер - сотрудник полиции. Давая свидетельские показания, он обязан передать точно, что было сказано обвиняемым.

Трэгг усмехнулся:

– Он молча извлек из кармана ключ от коттеджа номер четырнадцать в этом мотеле и протянул его мне.

– А после этого обвиняемый Роджер Бербенк отправился вместе с вами в мотель "Санрайз" и опознал свою бритву, которая там находилась?

– Да.

– Можете приступать к перекрестному допросу, - заявил Бюргер.

Мейсон вежливо улыбнулся:

– Кэрол Бербенк сообщила вам, что там находится бритва ее отца?

– Да.

– А говорила ли она о том, что ее отец там находился?

– Ну, я не могу припомнить, сообщила ли она мне это именно в таких выражениях, но она дала это понять.