Чтение онлайн

и) Все это мировое предприятие сидело без денег даже на почтовые марки. Дал пока 500 рублей из наших. На все про все съезду понадобится, видимо, тысяч 5–6. Я раскопал в полпредстве 3200 рублей, некогда посланных Барбюсу на «Монд», им невостребованных и ему, по-видимому неизвестных. Пришлите разрешение воспользоваться этими деньгами для съезда, чтобы не тратить новых, может быть, обойдемся. (Самый «Монд» не такая полезная птица.) Внешне съезд устраивается на пожертвованные писателями (Жид, Мальро, Барбюс, Горький) гонорары плюс доходы от публики на хорах (так здесь принято). Кроме того, Барбюс, как известно, требует денег на новый журнал и издательство будущей лиги писателей, и притом после съезда, когда определится судьба всей организации и ее руководство.

к) Ежедневно имею отдельные встречи и беседы с писателями, подготовляю обстановку для приезда наших. Отношение к нам, в общем, замечательное, не считая шибздиков «лево-р-радикального» троцкистского пошиба. Русские белогвардейцы пока еще не расчухались.

С Эренбургом отношения пока сносные, хотя он все время пытается играть роль арбитра между Европой и Азией (мы). Он выразил недовольство составом делегации (почему без Пастернака, почему Караваева, почему Иванов). Интриги против Барбюса продолжаются. Приходится все время охранять интересы Барбюса, хотя он сделал очень много, чтобы изолироваться.

3. Порядок съезда такой. Открытие 21 июня. Пять дней по 2 заседания в день, всего 10 заседаний. Из них — 4–5 заседаний в большом зале при присутствии 2000 человек платной публики, остальные в малом зале на 300 человек. Регламент — 8–10 докладов (или больших речей) по часу, далее 20-минутные речи и 5–10 минутные выступления.

Исходя из установки, что советская делегация будет пропорционально на третьем месте (после французов и немцев), намечено от нас: 1 часовой доклад (Горький — «Пролетарский гуманизм»), 6 двадцатиминутных речей (ожидаются Шолохов, Эренбург, Толстой, Кольцов, Луппол, украинец, кавказец по нац. культуре) и 3–4 коротких выступления, м.б. в порядке полемики, о положении писателей и т. д. Надо быть подготовленными, в частности, по делу Виктора Сержа (франко-русский литератор-троцкист, сосланный у нас).

Приезд наших ожидается к 15 июня.

Вот пока все, со следующей почтой и телеграфно сообщу новое. Жду из Москвы вестей, указаний и, желательно, текста речей, если готовы.

Ваш Мих. КОЛЬЦОВ

Весьма любопытен и другой документ, посланный Кольцовым в Москву на имя того же Щербакова.

ТОЛЬКО ЛИЧНО

А. С. ЩЕРБАКОВУ

(ПАМЯТКА)

Внимание: важна каждая деталь.

1. Доклады и выступления.

Ориентировочный размер для докладов — 10–12 страниц на машинке. Для выступлений — 6–8 страниц. Перевод тщательно отредактировать, особенно французский (воспользоваться помощью литредакторов «Журналь де Моску».

Размножать (ротатор, хорошая бумага) после извещения от меня.

2. Переправка матери aim.

Все доклады, вспомогательные материалы, конспекты, рукописи и т. д. отправить заблаговременно в дипбагаже через НКИД. С собой в дорогу никакие материалы не брать — возможны обыски, особенно в Германии. Проекты докладов можно посылать мне обыкновенной почтой без сопроводилок, заголовков, только с подписями, как статьи.

3. Освещение подготовки съезда.

В нашей печати советским авторам о конгрессе пока не писать. Постараюсь организовать статьи французов — организаторов конгресса для московских газет. Во время пребывания Лаваля в Москве попросить наших писателей в разговорах с французскими журналистами темы о конгрессе по возможности избегать.

4. Экипировка.

Для экономии валюты сшить всем едущим в Москве по одному летнему пальто, серому костюму за счет Союза. Рекомендовать каждому сшить себе по второму (черному) костюму (не обязательно). Заказать вещи немедленно, иначе опоздают. Не шить всем из одной материи. (Пошивку в Москве практикуют все отъезжающие за границу делегации.)

5. Проезд.

Разбиться на две-три группы, с маршрутами:

а) Морем из Ленинграда или Гельсинфорса [10] на Дюркирхен или Амстердам.

б) Через Польшу — Германию (кратчайший путь).

в) Через Вену — Базель. Прибытие групп в Париж — не в один день (желательно, даты я сообщу).

6. Билеты.

Добиваться (не сейчас, а в начале июня) оплаты проезда делегации в советских рублях без вычета из нашего валютного лимита, и без того достаточно узкого (расход почти 2000 руб. золотом). Переговорить об этом, в случае надобности с тов. Гринько и выше. Текст бумаги в НКФ я оставил. Билеты на обратный путь взять не в Москве, а получить предписание в Интурист в Париже, чтобы там же выбрать обратные маршруты.

7. Деньги.

Каждому из делегатов выдать при отъезде по 100 рублей, предупредив, что это аванс в счет суточных. Остальные деньги взять чеком на Париж.

8. Связь.

а) Диппочта (следить за сроками ее отправки), б) шифр — через «Правду»; Мехлиса. в) обыкновенная почта — можно посылать печатные материалы (конверты без штампа воздушной), г) телеграф — вызывать меня из Москвы, по номеру и в часы, какие укажу. Условные обозначения в разговоре:

Горький — Анатолий, Барбюс — Андрей, Эренбург — Валентина.

8. Помощь в Москве.

Использовать можно Шейнину (интурист, паспорта, визы и т. д.) Болеславскую (переводы, литработа). Учесть, что Болеславская дружна с Мальро.

9. Контакт.

Прошу срочно отвечать на письма, а на шифровки — немедленно.

Мих. Кольцов

Щербаков пишет по поводу предстоящего конгресса Вождю:

27 мая 1935 г.

Секретарю ЦК ВКП(б) тов. Сталину И. В.

1. Считаю необходимым направить Вам полученное мною письмо А. М. Горького, в котором он ставит под вопрос свою поездку в Париж. Должен от себя добавить, что о такого рода настроениях, каким проникнуто письмо, мне приходится от Горького слышать впервые.

2. При поездке советской делегации в Париж было бы целесообразно часть делегации направить через Прагу и организовать в этом городе выступления наших писателей. Прошу это мероприятие разрешить…