Чтение онлайн

Папа взглянул на номер.

– Куда ты идешь?

– В Фишер-холл. – Я схватила куртку. – Вернусь, как только смогу.

Папа заволновался.

– Мне это не нравится, Хизер, – сказал он. – Они платят тебе не так много, чтобы ты срывалась на работу среди ночи.

– Еще бы, – сказала я и выскочила за дверь.

Дорога к Фишер-холлу никогда не казалась мне такой дол гой. Я чуть ли не бежала, но казалось, прошла целая вечность.

То ли из-за того, что я шла по скользким тротуарам, то ли, что вероятнее, потому что сердце стучало, как набат. Только бы они ничего не сделали Гевину, только бы не опоздать…

Я так неслась, что не заметила Реджи, пока буквально не врезалась в него.

– Вот это да, маленькая леди, – закричал он. – Куда это ты спешишь в такое позднее время?

– Отстань, Реджи. – Я не могла отдышаться. – Ты что домой вообще никогда не уходишь?

– Вечер пятницы для меня самое удачное время, – ответил Реджи. – Хизер, что случилось? Ты белая, как… как белая девушка.

– Это те самые парни, – прерывисто дыша, ответила я. – Я тебе о них говорила. Они захватили одного из моих студентов. В столовой. Они убьют его, если я сейчас же не приду.

– О-хо-хо, – простонал Реджи и схватил меня за руки так сильно, что я поняла – мне не вырваться. – Ты серьезно? Хизер, тебе не кажется, что ты должна позвонить в полицию?

– Я уже позвонила! – Пришлось изо всех сил трясти руками, чтобы вырваться. – Папа туда позвонил. Но кто-то обязательно должен появиться там как можно скорее.

– Почему обязательно ты? – поинтересовался Реджи.

Я не ответила и побежала дальше. Мои тяжелые ботинки громко топали по очищенной от снега дорожке, а сердце гулко бухало в горле.

Когда я открыла дверь Фишер-холла и увидела охранника, мне сразу стало ясно, каким образом Стив Винер и члены братства, не говоря уже о его собственном брате, проникли в столовую.

– Вы! – закричала я.

Это был тот самый неприветливый пожилой охранник из Вейверли-холла.

– Пропуск, – сказал он.

Он меня даже не узнал!

– Вы были прошлую ночь в Вейверли-холле!

– Да, – пожал он плечами. – Это мое постоянное место работы. Но иногда я подменяю ребят в других местах. Как сегодня. Я вас пущу только, если вы предъявите пропуск.

Я раскрыла бумажник и показала пропуск.

– Я помощница директора этой резиденции. Я знаю, что вы сегодня вечером впустили сюда целую группу студентов из «Тау-Фи» и не записали их в журнал. Как и в понедельник, когда они совершили здесь убийство.

Неприветливый пожилой охранник, которого, судя по бейджику, звали Куртис, ухмыльнулся и насмешливо ответил:

– Не понимаю, о чем вы.

– Через минуту поймете, поверьте. А сейчас я хочу, чтобы вы позвонили директору и попросили его прийти в столовую. А потом оповестили полицию.

– Полицию? – Пожилого охранника, похоже, проняло. – А что…

Но я была уже далеко.

Я не стала входить в столовую через центральный вход. Зачем идти прямо в ловушку, которую они мне приготовили? Это было бы неправильно. Я пробежала по коридору мимо своего кабинета, мимо комнаты Студенческого союза, которая, как и всегда, была заперта на замок, и через кабинет управляющего столовой подошла к запасной двери, ведущей в кухню.

Она, как я и предполагала, была заперта.

Но у меня с собой был универсальный ключ. Я достала его из кармана и, держа наготове баллончик с красным перцем, осторожно отперла дверь и тихо как мышка вошла в кухню.

Темно. Как я и рассчитывала, все находились в обеденной зоне. Там мерцал какой-то свет, но не от ламп, их не включили. Помещение освещалось… фонариками?

Или настоящим огнем?

Если они зажгли свечи, то будут крупные неприятности. Свечи официально запрещены во всех резиденциях.

Плана действий у меня не было. Я собиралась подползти как можно ближе к стойке раздачи и подсмотреть, что эти парни собираются делать. Потом вернусь и позову детектива Канавана с полицейскими. А еще скажу ему, со сколькими людьми им придется иметь дело.

Я проползла за варочными столами, решив про себя, что придется серьезно поговорить с Джеральдом – так там было грязно. Серьезно, колени мгновенно испачкались чем-то жирным, и я задела рукой что-то мягкое и волосатое. Я искренне надеялась, что это злое маленькое привидение.

Только привидение не пищит и не отпрыгивает в сторону.

Я едва не заорала.

Ну и попала я в переплет! С опаской выглянув из-за стола, я, наконец, увидела их. И мне стало страшно.

В помещении находилось около двенадцати человек в длинных, бесформенных, как у монахов, балахонах, только кроваво-красного цвета. Они стояли в центре комнаты, вокруг стола, накрытого кроваво-красной скатертью. На столе лежало несколько предметов, назначение которых я не могла себе представить. Один, правда, напоминал канделябр или что-то в этом роде. Во всяком случае, мерцающий свет исходил именно от него.

Зато я сразу узнала того, кто сидел, привязанный к стулу. Это был Гевин с заклеенным скотчем ртом.

Как ему будет больно, когда я отдеру этот скотч. Липкая лента наверняка вырвет и его козлиную бородку.

Разумеется, я понимала, что происходит. Я же подписана на все основные кабельные телевизионные каналы. Похоже на ритуал посвящения, как в фильме «Черепа».

Не собираюсь в этом участвовать. С Гевином пока все в порядке, по крайней мере, сейчас ему ничто не угрожает. Я решила ретироваться и подождать, пока придет помощь.

Я поползла обратно к кухне, но зацепилась карманом куртки за металлическую миску, которая стояла на полке. Она упала на (грязный) пол, и следующее, что я увидела прямо перед носом, были кроссовки «Адидас», выглядывающие из-под красного балахона.

– Смотри-ка, кто здесь прячется, – проговорил глубокий мужской голос.

Чьи-то сильные руки подняли меня под мышки и поставили на ноги.

Не думайте, что я не сопротивлялась. Только я подняла руку, чтобы направить струю перечного газа под капюшон, как кто-то выбил баллончик. Но не зря на мне были ботинки фирмы «Тимберленд» – самая подходящая обувь для бесстрашных помощниц директоров резиденций. Я подняла ногу и изо всех сил ударила кованым каблуком по голени обидчика. Тот витиевато выругался.

Но, к сожалению, так меня и не выпустил. Ему на помощь подоспел еще один парень в балахоне, и теперь они держали меня вдвоем. С полок на пол с оглушительным грохотом упало еще несколько мисок.

Шум – это то, что я и намеревалась произвести. Я хотела, чтобы сюда сбежались все, кто сейчас находится в здании. Поэтому, пока меня тащили к ритуальному столу, я орала что есть мочи.

Стив Винер или парень очень похожий на него, на балахоне которого красовалась симпатичная золотая кайма по воротнику – знак отличия президента братства, подошел к Гевину и ударил по лицу какой-то тяжелой штукой, наподобие скипетра.