Чтение онлайн

– А если ваша тележка с яблоками опрокинется?

– Значит, опрокинется. Вы хотите ехать или не хотите?

– Я этого не одобряю.

– Я так и знал, что вы не одобрите.

– Ну, если вы так ставите вопрос,- обидчиво произнес Трэгг,- тогда мне, конечно, придется поехать.

– Ну так поехали.

Глава 14

Трэгг поставил машину прямо перед "Молей Армс Апартментс".

– Позвонить ей?- спросил он у Мейсона.

Мейсон открыл заднюю дверцу машины и помог выйти Милдред Фолкнер и Делле Стрит.

– Лучше позвоните управляющей.

– Сейчас, наверное, можно обойтись и без нее. Вот эта штука должна нас выручить.

Он вытащил из кармана связку ключей, выбрал один, осторожно попробовал его в двери, покачал головой, попробовал другой, и замок со щелчком открылся.

– Эти замки на внешних дверях все равно служат больше для украшения,пояснил он, пересекая холл.- Так что же вам понадобилось у Эстер Дилмейер, Мейсон?

– Хочу задать ей несколько вопросов.

– Послушайте, если дело хоть сколько-нибудь серьезное, то здесь должен присутствовать Лоринг Черчиль.

– Да нет, все это может оказаться почти шуткой,- иронично ответил Мейсон.

– Вы что-то задумали?

– Угу.

– О'кей, раз уж я приехал, побуду рядом, посмотрю, куда все это нас выведет.

Они прошли по узкому коридору третьего этажа. Тонкий ковер заглушал звук их шагов. Подойдя к квартире Эстер Дилмейер, они увидели, что небольшое окошко над дверью освещено.

Мейсон, понизив голос, обратился к Милдред Фолкнер:

– Постучите в дверь. Она спросит, кто это. Ответьте ей.

– А дальше?

– Думаю, она после этого сразу откроет. Если она все же спросит, что вам нужно, вы скажете ей, что хотите поговорить по поводу того, что произошло сегодня.

Трэгг предпринял последнюю попытку:

– Слушайте, Мейсон, если вы выложите карты на стол и скажете мне, что у вас на уме, управление полиции...

– Будет стоять как вкопанное в ожидании доказательств,- закончил за него Мейсон.- Мой клиент тем временем распрощается с жизнью.

Милдред тихо постучала в дверь.

– Кто там?- раздался голос Эстер Дилмейер.

– Милдред Фолкнер.

– А, это вы...- Из комнаты донесся какой-то шум, потом послышалось шарканье тапочек по полу, задвижка с клацаньем отошла, и Эстер Дилмейер в одном нижнем белье открыла дверь со словами:

– Как хорошо, что вы зашли. Я надеялась, вы поймете...- Она замолчала, увидев группу людей в коридоре, потом громко захохотала и сказала сквозь смех:- Ну извините меня! Почему же вы не сказали, что с вами мужчины.

Бросив торопливое: "Минуточку", она отступила назад в квартиру и накинула халат, висевший на спинке стула.

– Ну, заходите же. Вам следовало сразу сказать мне, что вы не одна, мисс Фолкнер.

Мейсон шагнул вперед.

– Вы знакомы с лейтенантом Трэггом?- спросил он.

– О да. Я виделась с ним в больнице. Меня отказались выписывать без разрешения полиции.

Возникла неловкая пауза. Трэгг посмотрел на Мейсона, и тот отрывисто произнес:

– Мисс Дилмейер, я боюсь, вам грозит опасность.

– Мне... опасность?

– Да. Смертельная опасность. Вам постараются помешать дать завтра показания в суде.

– Почему вы так решили?

– Не забывайте, что уже была предпринята одна попытка заставить вас замолчать. Тот, кто это сделал, стремился устранить вас два дня назад.

Она рассмеялась:

– По правде говоря, я над этим всерьез не задумывалась.

– Если у кого-то двое суток назад возникло желание убить вас, то в событиях, происшедших с того времени, я не усматриваю ничего, что заставило бы его изменить свое решение.

Эстер затушила сигарету о деревянный подлокотник кресла и заметила:

– Кажется, вас это беспокоит больше, чем меня.

– Может быть, и так. Это потому, что в моем представлении человек, пославший вам конфеты, и человек, убивший Линка,- одно и то же лицо.

– О!- Она вскинула брови.- По-моему, это блестящая мысль!

– В нашем распоряжении есть несколько улик, позволяющих прийти к такому выводу. Не знаю, рассказывал ли вам о них лейтенант Трэгг.

– Нет, не рассказывал,- вставил Трэгг.

– Начнем с того,- принялся рассуждать Мейсон, в то время как Эстер Дилмейер зажгла спичку и поднесла ее к кончику сигареты,- что адрес на посылке был отпечатан на машинке из кабинета Линка в "Золотом роге".

Быстро и нервно махнув рукой несколько раз, она потушила спичку. По ее глазам было заметно, что его заявление было для нее своего рода шоком.

– Интересно, а каким образом это вообще можно установить,- спросила она,- если, конечно, кто-нибудь не видел своими глазами, как эта бумага печаталась?

– Большинство людей и не подозревают, что печатный текст, пожалуй, еще более индивидуален, чем почерк человека. Любая печатная машинка, бывшая в использовании хоть какое-то, пусть даже очень короткое, время, имеет свои отличительные особенности. Скажем, буквы пропечатываются на разном уровне. Специалист, сличая два текста, может с абсолютной точностью установить, печатались они на одной машинке или на разных.

– Вот как,- заметила Эстер Дилмейер,- кто бы мог подумать.

– Это одно,- продолжал Мейсон.- Другое заключается в том, что бумага была взята из того же кабинета, кабинета Линка.

– А это откуда известно?

– Виды бумаги тоже различаются. Тут и содержание несортовой древесины, и вес, и химический состав, и торговая марка. Торговую марку, кстати, обычно наносят прямо на бумагу в виде водяных знаков.

– Что-нибудь еще?- поинтересовалась она.

– Этикетка с адресом была наклеена на оберточную бумагу. Клей по составу совпадает с тем, которым пользуются в "Золотом роге", и, что важнее всего, он успел так основательно застыть, что в полиции смогли установить следующее: этикетка с адресом была наклеена по крайней мере за двое суток до отправления посылки.

– Ну и ну,- улыбнулась она.- Получается, что полицейские гораздо хитрее, чем я, например, могла бы подумать.

– Гораздо хитрее,- сухо согласился Мейсон.

– Есть еще что-нибудь?

– Да. Примите во внимание, что этикетка с адресом была подготовлена больше чем за двое суток до посылки вам этой коробки конфет. Теперь, вы работали на кондитерской фабрике. Вы имеете некоторое представление о том, как следует обращаться с шоколадными конфетами, чтобы по ним было совершенно незаметно, что их, скажем, надламывали или протыкали.