Чтение онлайн

На «земле Потанина» говорить сколько угодно можно было и раньше, и сейчас, но вот только, по большому счёту, сделать ничего было нельзя ни раньше, ни сейчас, что могло бы хоть в чём-то не сойтись с планами реальных хозяев земель и недр Таймыра. Конечно, заводы дымят, норильчане молчат, но всё же «финансово-поводковое самоуправление» — это не общественно-правовой институт народной демократии!

В нём нет никакой самостоятельности в принятии серьёзных управленческих решений, за исключением, пожалуй, — решения о проведении общественного субботника по уборке городских территорий. Однако, кроме наведения чистоты в городе усилиями его жителей, для реализации других социально-значимых программ и планов, направленных на решение существующих и намечающихся в будущем проблем северян, нужны настоящие бюджетные деньги, а не тот «прожиточный минимум» промрайона, который ежегодно с большим трудом норильские депутаты разбрасывают по расходным статьям муниципального бюджета (!).

Настало время, когда в муниципальном бюджете денег не стало хватать не только на строительство новых жилых домов, хотя это вообще патологически нулевая статья расходов, но и на своевременное проведение сноса списанных, доведённых до последней точки аварийного предела систематически допускаемыми нарушениями эксплуатационных норм, недофинансированием коммунально-бытового хозяйства и капитальных ремонтов.

Долгие месяцы, а иногда годы, через изношенные, рваные коммуникации горячая вода потоками лилась под фундаменты домов, приводя к отогреву грунтов и подвижкам вечной мерзлоты, за которыми следовали повреждения фундаментов и в целом всех несущих конструкций зданий. Жильцы аварийных домов обивали пороги кабинетов ответственных должностных лиц органов местного самоуправления, которые при полном желании, но «дырявом бюджете» не всегда своевременно могли им помочь в решении проблемы аварийного переселения, лично их коснувшейся.

Новое социально-ориентированное жилищное строительство не велось, и десятки недостроенных домов, чьи сваи были вбиты в вечную мерзлоту ещё до приватизационных преобразований Норильска, стояли и до сих пор продолжают стоять серыми глыбами, зияющими пустыми отверстиями не вставленных окон. В этой ситуации народонаселение Норильского промышленного района неминуемо было обречено на уплотнение и, как следствие, на ухудшение жилищных условий.

Сегодня можно без тени сомнений утверждать, деловое партнёрство Потанин — Прохоров пришло на Крайний Север с благословения Анатолия Чубайса только ради получения миллиардных прибылей от опустошения богатейших недр полуострова Таймыр. Программа действий этого союза двух олигархов включала и включает в себя оптимизацию производственных затрат, а также избавление от социальной ответственности градообразующего предприятия и связанных с этим расходов.

Объективно их подталкивало к этому, во-первых, желание получать большую отдачу от бизнеса, большие прибыли, в том числе необходимые для реализации разнообразных глобальных инвестиционных проектов; во-вторых, заинтересованность в росте биржевой цены самого бизнеса — росте его капитализации на фондовом рынке. Всего этого можно было достичь, лишь пожертвовав всем лишним, затратным, всем тем, что съедает деньги, оставив лишь то, что деньги даёт. Это задача максимально-оптимального выжимания из Норильского промрайона возможно большего количества цветных и благородных металлов, а на пути её реализации стояли и продолжают стоять объективные проблемы большого по меркам северных широт красивого города Заполярной России (!).

Норильск с его школами и детскими садами, жилищным фондом и коммунальным хозяйством, с нерешёнными проблемами пенсионеров, инвалидов, матерей-одиночек и многих-многих других людей, здоровых и крепких, слабых и больных — всех, называющих себя норильчанами, тех, кто нуждается в помощи родного города, и тех, кто помогает ему. Такой большой в недалёком прошлом процветающий город, хранящий в себе память великого трудового подвига нескольких поколений советских людей, объективно являлся и является помехой на пути «славных дел» — получения двумя олигархами сверхприбылей и приумножения подаренных им первым российским президентом капиталов.

И вчера и сегодня, Норильск был и остаётся городом, построенным на вечной мерзлоте, обоснованно требующим серьёзных финансовых расходов на поддержание в нормальном состоянии своего жилищного фонда и коммунально-бытового хозяйства. Проблема же в том, что прежнего единого Норильского государственного кармана, наполненного производственными мощностями и социальными благами, уже нет. Образно говоря, в результате промышленной приватизации единый государственный карман порвался, выпавшие из него рудники, заводы и фабрики вместе с правами на недра Анатолий Чубайс отдал Владимиру Потанину и Михаилу Прохорову, оставив дырявый теперь уже не государственный, а муниципальный карман с торчащими из него социальными проблемами мэрам Норильска.

О подобном в народе шутливо говорят: «Кому — кашка в плошке, а кому — ложкой по макушке!».

Ни Потанин, ни Прохоров изначально не были заинтересованы в строительстве в городах и посёлках Большого Норильска новых объектов социального жилищного фонда, в скорейшей достройке и сдаче в эксплуатацию незавершённых строительством зданий, фундаменты части из которых были заложены ещё до знаменитых своим трагизмом событий расстрела Белого Дома в октябре 1993 года.

В обозримом будущем после завершения внутренней реорганизации, осуществляемой с целью «очистки» основного промышленного производства (горнодобывающего и металлургического) от непрофильных видов деятельности обеспечительного характера, ОАО «ГМК «Норильский никель» частично перейдёт на использование неместных трудовых ресурсов вахтовым методом, допуская при этом строительство лишь общежитий, предназначенных для размещения приезжающей рабочей силы.

Вчерашние хозяева РАО «Норильский никель» и его дочерних обществ, являющиеся сегодня ведущими акционерами — собственниками ОАО «ГМК «Норильский никель», предельно последовательны в достижении своих стратегических целей. Совершенно логично, что введение в эксплуатацию новых жилых домов сразу же потребовало бы единовременных расходов на дополнительное развитие социальной инфраструктуры, на строительство сетей новых инженерно-технических коммуникаций, а также длящегося на многие годы вперёд финансирования дополнительных услуг, оказываемых коммунальнобытовыми организациями, и так далее, и тому подобное, с этим связанное (!).

Все проблемы дополнительного финансирования легли бы на расходную часть муниципального бюджета, которая корреспондируется с его доходной частью, почти полностью зависящей, как уже отмечалось, от налоговых платежей и иных неналоговых поступлений с результатов производственно-хозяйственной деятельности компании, управляемой известным олигархическим дуэтом. Ведущим акционерам горнометаллургической компании пришлось бы смириться с возникшей необходимостью роста минимального уровня обязательных отчислений в муниципальный бюджет, соответственно — с уменьшением финансово-экономической отдачи от деятельности основного производства, во многом поступающей в распоряжение узкого круга частных лиц и, как следствие, с возможным снижением капитализации компании. Всё это категорически не совпадало и не совпадает со стратегическими планами и тактическими замыслами упоминавшихся уже российских олигархов.

Трудно не осознавать, что на Крайнем Севере дефицитный муниципальный бюджет, равно как и бездефицитный, но в течение нескольких лет кряду принимавшийся исходя из минимально необходимых расходов, допускавший недостаточное финансирование содержания жилищного фонда, объектов социально-культурного и коммунальнобытового назначения, в перспективе может привести к возникновению чрезвычайных аварийных ситуаций. В конечном итоге любой подобный случай в природноклиматических условиях Заполярья способен перерасти в катастрофу техногенного характера, угрожающую жизни и здоровью многих десятков тысяч людей.

Новые хозяева жизни Норильского промрайона, да и всей «земли Потанина», вынуждены постоянно балансировать на призрачной точке достаточности, которая позволяет им и получать сверхприбыли, и оставляет надежду, что при их управлении ничего из ряда вон выходящего не случится.

Можно лишь уповать, что, выкачивая трудом северян из недр заполярного Таймыра миллиардные состояния, они будут хотя бы периодически вспоминать о существовании вокруг более чем двухсот тысяч других людей, жизнь и здоровье которых не менее ценно, чем их собственные, и также подпадают под мудрое изречение древних, утверждавших: «Momento more!».