Чтение онлайн

В этой связи представляется совершенно справедливым и правомерным то, что в приватизации крупнейших государственных промобъединений (концернов) России принимали участие лишь российские субъекты предпринимательской деятельности. Хуже другое, благодаря щедротам Бориса Ельцина, попутавшего личное имущество избранника народа с государственной промышленной собственностью самого народа, участники-победители разыгранных аукционных спектаклей неправомерно получили то, на что никак претендовать не могли, и в скорости сделались олигархами.

Прошло несколько лет, и российские олигархи, забыв о каком-то там патриотизме, действуя много хуже иностранных инвесторов, вывезли за рубеж и продолжают вывозить бесправно «заработанное» на даровой приватизации, на безвозмездно прихваченных правах на эксплуатацию уникальных месторождений природно-сырьевых богатств России, обращая вывезенные финансы в инвестиции в иностранные частные компании. Они быстрёхонько перевели контрольные пакеты акций частных компаний, созданных ими на базе приватизированного имущества и прихваченных прав недропользователей, в свободные экономические зоны (оффшорные), либо увели их под защиту крупнейших сходных по профилю деятельности зарубежных компаний, превратив дарованные им российские промобъединения в природно-сырьевые приложения иностранного капитала, обслуживаемые дешёвой рабочей силой (!).

Сделав это, новоиспеченные российские буржуа уподобились иностранным инвесторам с одной лишь только разницей, — в случае с ними, так называемыми «своими», Россия обеднела на многие десятки миллиардов в твёрдой иностранной валюте и продолжает беднеть. Лучшим доказательством тому служат официальные данные Минфина России, подтверждающие, что количество вывезенного из страны капитала во много раз превышает размеры инвестиций иностранного капитала в российскую экономику.

«Приватизация в России, проходившая в условиях полной изоляции от зарубежного фондового рынка, привлекла лишь немногих «агрессивных» иностранных инвесторов. По данным Бойко, Шлейфера и Вишну, российские приватизируемые предприятия «практически не имели доступа к зарубежному финансированию и продавались по цене, часто в сотни раз меньшей, чем западные компании с сопоставимыми активами», — писал Кирилл Ратников в своей книге «Новый способ приватизации и продажи акций российских компаний и банков за рубежом», продолжая: «Так, всего 4,2 млрд. долл. США прямых иностранных инвестиций Россия получила в 1999 г. (в основном это инвестиции в сырьевые и природно-ресурсовые отрасли, а не в производство и промышленность). А вот Бразилия, страна с соизмеримым населением, смогла привлечь более 30 млрд. долл. прямых инвестиций за тот же период». (К.Ратников, «Новый способ приватизации и продажи акций российских компаний и банков за рубежом», изд. «Статут», г. Москва,2001 год, стр. 13 — 14)

Даже беря во внимание на первых порах сравнительное безденежье ельциновских протеже, разработчики условий продажи контрольного пакета акций РАО «Норильский никель» всё же были обязаны в качестве основного условия победы, пусть даже на подтасованном аукционе, предусмотреть обременение избранного победителя торгов обязательством заключения договора концессии, содержащего бремя уплаты цены эксплуатации рудных месторождений.

Во-первых, это позволило бы не пересматривать в сторону увеличения продажную цену заложенного 38 % контрольного пакета акций РАО «Норильский никель», явно заниженную при проведении торгов. Во-вторых, отвечало бы обоюдным, подчеркнём, разумным интересам, как Российской Федерации, так и будущих ведущих акционеров — собственников РАО «Норильский никель», поскольку тогда убыточная для Государства продажа заложенного контрольного пакета акций была бы в основном компенсирована концессионными платежами. Сделка с бросавшимся в глаза доминированием частного интереса над интересом государственным приобрела бы подобие сделки взаимовыгодной. Кстати, это наилучшим образом отвечало бы и принципам рыночной экономики, одним из голословных проповедников которых в 90-х годах прошлого века был и Анатолий Чубайс.

Для Российской Федерации заключение долгосрочного договора концессии с ОАО «Норильский комбинат», на основании которого горнометаллургическая компания несла бы бремя концессионных платежей в течение всего срока выработки рудных месторождений, было бы даже более выгодно, чем рассроченные на пять — десять лет платежи победителя торгов, совершаемые на основании договора купли-продажи прав недропользователя. Ведь в первом варианте Государство, непосредственно не вмешиваясь в приватизированный частный бизнес, сохраняло бы на весь срок полной выработки рудных месторождений свой материальный интерес, закреплённый в договоре концессии, в виде прав на часть (долю) продукции произведённой ОАО «Норильский комбинат» (позднее ОАО «ГМК «Норильский никель») (!).

В этом случае устанавливаемая в договоре концессии цена эксплуатации трёх месторождений сульфидных медно-никелевых руд Норильского промрайона вполне могла быть рассчитана, исходя из следующих составляющих:

— годовой доход, полученный ОАО «Норильский комбинат» от реализации своей промышленной продукции в течение 1995 года (9 799 650 000 000 рублей, что было эквивалентно в $ 2 109 380 000);

— минимальная цена недропользования природно-сырьевой рудной базой Норильского промрайона, входившая наиважнейшей составляющей в реальную цену всего производственного комплекса ОАО «Норильский комбинат» ($ 6 148 000 000);

— предполагаемый срок завершения выработки всех трёх рудных месторождений Норильского промрайона (ориентировочно 115 лет);

— годовая поправка на удорожание, к примеру, равная 2 %, используемая для учёта ежегодного роста суммы минимальной цены недропользования путём начисления на неё по прошествии одного финансового года указанных процентов, на которые в свою очередь начислялись бы аналогичные проценты следующего за ним финансового года, и так далее до завершения срока выработки месторождений.

$ 6 148 000 000 x 1,02 x 1,02 (115 раз по количеству лет) = $ 61 144 000 000,

$ 61 144 000 000: 115 (лет) = 531 687 000 $/год,

531 687 000 $/год: $ 2 109 380 000 (годовой доход) x 100 % = 25,2 % (ежегодно).

Отсюда, цена эксплуатации месторождений сульфидных медно-никелевых руд Норильского промрайона, установленная в договоре концессии и ежегодно выплачиваемая ОАО «Норильский комбинат», составляла бы долю, равную 25,2 % от всего количества цветных и благородных металлов, извлекаемых из сульфидных медноникелевых руд, добываемых в процессе выработки упомянутых месторождений (!).

Поясним:

1) ежегодное удорожание на 2 % соответствует размеру минимального вознаграждения по депозитным вкладам в твёрдых иностранных валютах, применяемому известными своей стабильностью финансовыми организациями (банками) Европы и Северной Америки, предпочитающими как можно меньше вкладывать привлечённые финансовые средства в нестабильные активы и связанные с большим риском спекулятивные операции.

В данном случае большая гарантия сохранности финансовых средств сочетается с меньшим вознаграждением за предоставленное финансовой организации (банку) право ими пользоваться. Существует мнение, что это — наиболее приемлемое соотношение сохранности и доходности, когда речь идёт о необходимости размещения на вкладах или ценных бумагах (облигациях) государственных свободных финансовых средств.

Вышеприведённый расчёт осуществлён, исходя из теоретического допущения, что если бы Государство сразу получило от покупателя контрольного пакета акций РАО «Норильский никель» всю цену проданного права эксплуатации рудных месторождений, то, разместив эти средства на хранение под 2 % годовых, к завершению выработки месторождений на его счету был бы $ 61 144 000 000.

Во всяком случае, $ 61 144 000 000, получение которых растянулось бы на 115 лет, наверняка больше соответствовало приемлемой финансовой компенсации средств государственного бюджета, многими десятилетиями расходовавшихся на финансирование возведения и техническое оснащение промышленных и хозяйственных объектов государственного промобъединения Норильский комбинат, на строительство городов и посёлков Норильского промрайона и города-порта Дудинка;

2) расчёт осуществлён исходя из сравнительно невысокого уровня реальной годовой доходности ОАО «Норильский комбинат», сформированного в ходе реализации производственной продукции этой компании в 1995 году, года подготовки и проведения залогового аукциона контрольного пакета акций РАО «Норильский никель». Объяснялось это не падением промышленных объёмов производства в физическом выражении, а средними (хотя и значительно подросшими в сравнении с 1994 годом, но весьма низкими в сравнении с первыми годами XXI века) биржевыми котировками мировых цен на цветные и благородные металлы.