Чтение онлайн

б) в части второй Налогового кодекса РФ (НК РФ) регулированию правоотношений по налогообложению налогом на добавленную стоимость (НДС) посвящена 21 глава:

— «при определении налоговой базы выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчётами по оплате указанных товаров (работ, услуг)»;

— «при определении налоговой базы выручка (расходы) налогоплательщика в иностранной валюте пересчитывается в рубли по курсу Центрального банка Российской Федерации соответственно на дату, соответствующую моменту определения налоговой базы при реализации (передаче) товаров (работ, услуг)» (пункт 2 и 3 статьи 153 НК РФ);

— «налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг)… определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг)» (пункт 1 статьи 154 НК РФ);

в) оплата концессионной цены эксплуатации месторождений сульфидных медноникелевых руд, во-первых, не оказывала бы никакого влияния на получаемый компанией-недропользователем доход, во-вторых, с 2001 года не влияла на добавленную стоимость промышленного производства товарной продукции — цветных и благородных металлов в их чистом виде или в концентратах;

2) не претерпели бы никакого изменения платежи по единому социальному налогу (ЕСН), равно как до его введения неизменными бы оставались размеры обязательных неналоговых платежей в фонд социального страхования, поскольку:

а) «объектом налогообложения… признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые налогоплательщиками в пользу физических лиц по трудовым и гражданско-правовым договорам, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг (за исключением вознаграждений, выплачиваемых индивидуальным предпринимателям)» (пункт 1 статьи 236 НК РФ);

б) бремя уплаты концессионной цены эксплуатации месторождений сульфидных медноникелевых руд, как уже отмечалось ранее, не могло оказывать какое-либо отрицательное или положительное влияние на размеры заработной платы или премиальных вознаграждений работников компании-недропользователя;

3) не претерпели бы никакого изменения платежи по налогу на доходы физических лиц, само собой разумеется, по тем же причинам, что и с ЕСН;

4) не претерпели бы никакого изменения обязательства по оплате государственных таможенных пошлин-сборов, связанных с валютным регулированием экспортных сделок, поскольку обязанность оплаты концессионной цены эксплуатации месторождений сульфидных медно-никелевых руд не оказывала бы никакого влияния на объём произведённого и реализованного на экспорт товарного никеля и меди (позднее также и палладия);

5) никоим образом обязанность оплаты концессионной цены эксплуатации месторождений сульфидных медно-никелевых руд не могла бы повлиять на платежи по налогу на имущество организаций, взимаемых в бюджеты Красноярского края и Таймырского (Долгано-Ненецкого) автономного округа (а после их объединения — в бюджет единого Красноярского края);

6) временные минимальные платежи за пользование недрами прекратили бы своё существование, так как нормативное правило пункта 3 постановления Правительства России № 828 от 28 октября 1992 года «Об утверждении положения о порядке и условиях взимания платежей за право на пользование недрами, акваторией и участками морского дна» предписывало следующее:

«Установить, что временные минимальные ставки платежей за право на пользование недрами… действуют до определения по каждому эксплуатируемому месторождению конкретных размеров регулярных платежей за право на пользование недрами».

Отсюда, цена договора концессии подменяла бы собой временно установленные минимальные платежи за пользование недрами, рассчитывавшиеся исходя из стоимости добытого минерального сырья, а, следовательно, значение которых в инвалютном выражении можно было считать условно постоянным (const.).

По данным официальной отчётности ОАО «Норильский комбинат», плата за недра по минимальным ставкам в 1995 году составляла 159 568 400 000 рублей, что по существовавшему тогда среднегодовому обменному курсу валют (4645,75 рублей/$), было эквивалентно $ 34 347 200.

На эту сумму по данным на 1995 год уменьшилась бы экономическая эффективность заключения договора концессии.

Отменённая минимальная плата за недропользование, рассчитывавшаяся от стоимости добываемой руды, в 1995 году эквивалентная $ 34 347 200, при добыче порядка 9,5 миллионов тонн руды, должна была быть откорректирована где-то в 1,5 раза в большую сторону с учётом возросшего в 2005 году до 14,4 миллионов тонн объёма добычи медноникелевых руд. Тогда экономическая эффективность заключения договора концессии по данным на 2005 год уменьшилась бы на сумму отменённых платежей за пользование недрами, равных $ 51 520 800 ($ 34 347 200 x 1,5).

За одиннадцать лет с 1996 по 2006 год экономическая эффективность заключения договора концессии уменьшилась бы на сумму среднегодовых потерь от отменённых временных минимальных ставок платы за использование недр и составила бы $ 472 274 000:

($ 34 347 200 + $ 51 520 800): 2 x 11 (лет) = $ 472 274 000.

Понятно, что эта сумма не играла бы столь уж существенной роли против концессионных платежей, которые могли быть начислены за те же одиннадцать лет, составив в общей сложности $ 12 860 512 500 (!);

7) отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы (ВМСБ), равно как сменивший их налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), несколько возросли бы, так как:

а) согласно Инструкции Госналогслужбы России № 28 от 30 сентября 1994 года «О порядке исчисления и уплаты в бюджет отчислений на воспроизводство минеральносырьевой базы» объектом налогообложения при определении отчислений на ВМСБ являлась «стоимость реализованного минерального сырья», а также:

— «В тех случаях, когда реализуется не минеральное сырьё, а продукты его переработки (концентраты, окатыши, металлы, бетон, асфальт ит.д.), размер отчислений корректируется понижающим коэффициентом, определяемым отношением себестоимости добытых полезных ископаемых к себестоимости реализованных продуктов передела» (п.

10);

— ставки отчислений на ВМСБ были равны: 8,2 % и 7,8 % соответственно от стоимости руд, содержащих цветные и благородные металлы;

б) относительно НДПИ в соответствии с нормами права НК РФ:

— объектом налогообложения признаются «полезные ископаемые, добытые из недр на территории РФ на участке недр, предоставленном налогоплательщику в пользование в соответствии с законодательством РФ» (пункт 1 статьи 336 НК РФ);

— «налоговая база определяется как стоимость добытых полезных ископаемых» (пункт 2 статьи 338 НК РФ);

— «Оценка стоимости добытых полезных ископаемых определяется налогоплательщиком самостоятельно одним из следующих способов:… 3) исходя из расчётной стоимости добытых полезных ископаемых» (пункт 1 статьи 340 НК РФ);

— «В случае отсутствия у налогоплательщика реализации добытого полезного ископаемого налогоплательщик применяет способ оценки, указанный в подпункте 3 пункта 1 настоящей статьи.

При этом расчётная стоимость добытого полезного ископаемого определяется налогоплательщиком самостоятельно на основании данных налогового учёта. В этом случае налогоплательщик применяет тот порядок признания доходов и расходов, который он применяет для определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций» (абзацы 1 и 2 пункта 4 статьи 340 НК РФ);