Чтение онлайн

— Мы не храним золото в банках, — в голосе мужчины просквозило такое чувство превосходства, что даже улыбка на некоторое время стала искренней. — Следственный комитет попросил нас не пересыпать, пока не завершится следствие.

А вот дальше у Марины началось одно сплошное разочарование. То, что лежало в банке, конечно, блестело, но как-то неправильно. Оно вообще мало было похоже на золото. Конечно, может, виной тому пыльная грязная банка… но разве это — двадцать килограммов золота?

— Что-то не так? — предупредительным тоном поинтересовался мужчина, имени которого Марина уже не помнила.

— Да нет… всё в порядке.

Руки словно сами собой тянулись, подрагивая, к банке. В ушах нарастал странный гул. Рокот. Вертолёт. Пальцы сомкнулись на стекле. Марина закрыла глаза и словно наяву увидела безоблачное синее небо, летящий невысоко над сопками вертолёт… на сопках лес, лес, одна, другая, как стадо овец, мельтешат, торопятся вперёд — а вдруг ворота закроются, и они на водопой не успеют? А эту лепили второпях, на неё уронили усталую ладонь гончара, и верхушка разделилась на две, как там сериал назывался, «Твин Пикс»?..

Грохот взрыва заставил Лещинскую зажать уши, присесть на корточки. К ней разом рванулись и Лена, и мужчина, и ещё двое в штатском, что стояли за дверью, но всё, как оказывается, видели.

— Всё в порядке, всё хорошо, — лепетала Марина. — Всё хорошо… вертолёт. Он взорвался. Это золото было там, оно… помнит.

В ушах затихал дикий, нечеловеческий вой сгорающих заживо людей: машина сначала загорелась, а потом уже взорвалась. Перед глазами одна за другой вспыхивали картинки: сопка. Огонь. Обломки.

Покорёженные останки свалились как раз на ту сопку, которую судьба и так уже обидела, разделила надвое…

Лена с Мариной выглядели бледными, усталыми, но довольными.

Марченко всё восхищалась:

— Нам бы такие интерьеры!.. Нам бы их кондиционеры!.. Нам бы такое, как у них!..

Скрипка слушал отрешённо — то ли продолжал практиковаться в «прямом переносе», то ли просто был на своей волне. «Волна» ему не помешала бы, ведь на нём «висела» уже пара нераскрытых дел.

Лещинская, у которой в присутствии Краснова пропадал не то, чтобы дар красноречия, а голос вообще, старательно пересиливала себя, рассказывала о том, что удалось увидеть. Николай Васильевич и Ярослав наперебой засыпали её уточняющими вопросами, а она старательно вспоминала подробности.

— Мне кажется, — сказал Горячев, — самым полезным для нас в вашем видении является эта сопка с седловиной. Их таких, конечно, много, но всё же не на каждом шагу они встречаются. Нам известно направление полёта, и можно будет расспросить местных жителей о том, есть ли на пути следования машины подобные сопки.

— Мне кажется, — поддержал Краснов, — Игорю не придётся расспрашивать местных. У него есть Аля.

— И у Али есть карты? — предположил Николай Васильевич.

— Ну, то на худой конец. Но думаю, с поиском этой сопки наша Цыганка справится и без Таро.

Марина почти улыбнулась Ярославу — и он почти обрадовался.

Но… мысли молодой женщины были перед ним как на ладони. И в них не было ни намёка на примирение.

— Дай мне карту, — попросила Аля Игоря уже раз этак в десятый. — Дай мне большую карту окрестностей Хабаровска.

Валуйский вышел на викимапию, нашёл там Хабаровск, увеличил изображение и пододвинул ноутбук Сочиной.

— Дай мне большую бумажную карту! — возмутилась Цыганка.

— У меня диагональ двадцать дюймов, тебе этого мало?! — взмутился в ответ Игорь.

— Мне надо её потрогать!

— Ну фиг с тобой, трогай экран!

— Мне надо её ощутить!

— Ну ощути экран же! Чем тебе не карта!

— Ай, баро, что ж ты непонятливый-то!

— Ай, Цыганка, что ж ты отсталая-то! Ты бы радовалась, что у тебя такая возможность — проверить, каково это, работать с электронными картами на большом экране в хорошем разрешении, и я слово чести даю, ни полслова не скажу про залапанный экран и попорченное ногтями покрытие! А ты!

Сочина насупилась и ушла к окну, продолжая требовать:

— Найди мне большую бумажную карту! Прошу тебя! Разве сложно? Спустись на первый этаж, там наверняка продают, мы же в гостинице, должны же здесь заботиться о гостях города!

— Аля! Уймись!

— На! [6] — женщина взялась переплетать косу и, похоже, сама не заметила, что перешла на цыганский.

— Ну кончай капризы строить!

— На ракир акадякэ! [7]

— Ну потрогай ты экран!

— Тэ кинэс, со трэби, дрэ бандза! [8]

— Ну возьми ты ноут!

— Йав со лачё… [9]

— Ну попробуй хотя бы!

— На! Мэ тут мангав!.. [10]

Валуйский зарычал.

Аля сдвинула брови:

— Я что-то не то сказала?

— Нет! Ты что-то не на том языке сказала!

Она прищурилась:

— Я не сказала ничего нового, ты всё это уже слышал и прекрасно меня понял! Мне нужна бумажная карта, чем больше, тем лучше! Ты можешь купить её в магазине! Будь так добр, уважь слабую женщину!

Игорь зарычал ещё раз, погромче. Цыганка резко встряхнула недоплетённой косой и подпёрла кулаками бока:

— Найди мне карту!

Валуйский прищурился, явно взвешивая в уме, что будет проще — переспорить Алю или уступить ей? Второе показалось более полезным для здоровья, и он, издав третий, самый громовой и раскатистый рык, отправился на поиски карты Хабаровска и окрестностей.

Как только за ним закрылась дверь, Сочина сразу же словно «сдулась», ладонью стерев с лица недовольство, тихонько рассмеялась, села в кресло, взяла ноутбук на колени.