Чтение онлайн

Для меня его поведение было даже более убедительным подтверждением его намерения перейти на Запад, чем любое словесное заявление с его стороны. Я видел человека в состоянии душевного смятения по той причине, что приближался час его разрыва с его Родиной.

Хотя я верил в его морально-психологическую устойчивость и силу его характера, я не мог не беспокоиться по поводу серьезности его эмоционального напряжения, которое могло привести к потере им контроля над собой в присутствии его коллег. Это, по-видимому, было вполне возможно в тот день, когда он уклонился от встречи с Ричардсом. Мое беспокойство улеглось, когда я позвонил в Канберру и поговорил с Дусей. Она сказала мне, что Владимир сидит в посольстве, погруженный в работу, и она не знает, когда он освободится. Я то знал, что если Петров так работает, значит он хорошо себя контролирует.

На следующий день Петров внезапно отправился в Сидней и, позвонив по телефону, попросил меня встретить его в аэропорту. У меня не было ни малейшего представления о том, что у него на уме, поэтому я предупредил Службу безопасности о необходимости быть наготове на случай любого варианта развития событий и нацепил на себя магнитофон. Когда мы встретились с ним, я сразу же приступил к делу.

Меня разыскал Ричардс, сказал я. Он, судя по всему, беспокоится, все ли у вас благополучно. Вам бы надо с ним встретиться. Если вы решили остаться в Австралии, вам необходимо увидеться с ним, как можно скорее. А с другой стороны, если вы решили вернуться в Советский Союз, то тоже ничего непоправимого не произошло. Ничто не мешает вам ещё раз с ним встретиться.

Поймите и меня, Владимир. Я беспокоюсь за вас и готов оказать вам помощь. Но, я всего лишь могу дать вам деньги. Я ничего не могу сделать для вашей защиты, да и для своей тоже. Если вы, по-прежнему, намерены остаться здесь, вам лучше всего связаться с Ричардсом.

Петров глубоко вздохнул.

Хорошо, сказал он. Звоните ему. Я готов говорить с ним.

Глава Двадцать седьмая

Я тотчас же позвонил Ричардсу, не оставляя Петрову возможности переменить решение.

Мистер Ричардс? Говорит доктор Бялогуский. Со мной мистер Петров. Он очень хочет увидеться с вами. Вы не могли бы приехать ко мне?
– произнес я в трубку.

Ричардс ответил, что будет у меня через десять минут.

Когда прошло четверть часа, а Ричардса все ещё не было, на лбу Петрова стали появляться крупные капли пота. Сидя на кушетке, он нервно ерзал. Надо было что-то делать, чтобы снять его напряжение. Как насчет того, чтобы выпить, Владимир?

Я ничего не хочу, Майкл.

Он быстро поднялся и прошел в темную столовую. Там он подошел к стеклянной двери, ведущей на балкон, осторожно раздвинул край жалюзей и посмотрел наружу. Я присоединился к нему. На улице уже стемнело и не было никакого движения.

Мы простояли так две или три минуты, и затем большая черная автомашина проехала вдоль дома, развернулась и встала на противоположной стороне улицы. Фары машины погасли, но никто из неё не вышел.

Это они, сказал Петров.

Мы ждали наверное с минуту, а может быть всего лишь тридцать секунд, когда из машины вышел мужчина и направился к дому.

Петров какое-то время молча наблюдал. В машине кто-то остался, произнес он.

Я выглянул и смог заметить огонек горящей сигареты. Это, скорее всего водитель, ободрил я его.

Мы вернулись обратно в гостиную и сели таким образом, как будто только и ждали гостя. Ну вот и он, сказал я Петрову, когда послышался звук дверного звонка.

Вошел Ричардсон, держа в руке атташе-кейс. Он не произнес никаких извинений за свое опоздание.

Мистер Ричардс? В моем голосе прозвучал вопрос, так как , согласно тому, что я говорил Петрову, я никогда до этого не встречался с Ричардсом. Ричардс кивнул, и я представил ему Петрова.

Я сделал так, чтобы расположиться между ними с магнитофоном наготове. Перед тем как сесть, я догадался включить радио для того, чтобы заглушить шум работающего магнитофона.

Разговор начал я и обратился напрямую к Ричардсу.

Прежде всего позвольте мне объяснить мое положение. Я друг мистера Петрова и в этом качестве хотел бы сделать все, чтобы помочь ему.

Должен признать, что я вами интересовался, произнес Ричардс. Ваше имя в прошлом неоднократно попадалось мне на глаза в связи с вашей деятельностью в различных организациях сторонников мира. Насколько мне известно, вы тесно связаны с коммунистическими кругами.

Это, по-видимому, обеспокоило Петрова и он ринулся на мою защиту. Он не коммунист, сказал он с натянутой улыбкой. Я знаю его уже давно. Он хороший человек.

Я заговорил снова: Я хочу пояснить, что именно мистер Петров привил мне понимание того, что лезть в политическую деятельность глупо. Именно благодаря его влиянию я отошел от моих друзей-коммунистов.

Ричардс закруглил эту вводную часть разговора и перешел к делу. Я сообщил ему, что Петров пожелал остаться в Австралии и хотел бы узнать, могут ли ему гарантировать защиту и достаточное материальное содействие для того, чтобы он мог остаться здесь как австралийский гражданин.

Ричардс указал, что для этого требуется подтверждение его лояльности и пояснил, что в качестве первого шага Петрову следует подписать документ о том, что он добровольно просит о предоставлении ему политического убежища.

Ваша жена останется вместе с вами ? спросил Ричардс.

Не знаю, ответил Петров. Возможно да, а может быть и нет. Вся её семья находится в Советском Союзе. Это может вынудить её вернуться. В любом случае я останусь в Австралии, даже если она вернется в Советский Союз.

Затем Ричардс заверил Петрова, что если он обратится с просьбой о предоставлении ему убежища, то оно ему будет предоставлено. Нет никаких сомнений, что ему будет оказано всяческое содействие и помощь для устройства здесь. Однако Ричардс заметил, что ему, как Заместителю директора Службы безопасности, было бы интересно узнать, захочет ли Петров после своего ухода и сможет ли он оказать австралийскому правительству помощь путем передачи ему информации, которую он сочтет важной для обеспечения государственной безопасности Австралии.

Ричардс подчеркнул, что это отнюдь не является условием предоставления убежища. Это просто момент, в отношении которого он проявляет интерес как руководитель Службы безопасности в штате Новый Южный Уэльс.

Петров ответил, что если он останется здесь, то окажет любую помощь и сообщит все, что знает. При этом он дал понять, что знает много. Однако, когда Ричардс попытался коснуться конкретных вещей, Петров отвечал уклончиво. Он сказал, что не может написать сейчас заявление с просьбой об убежище. Однако пообещал, что сможет это сделать через две недели.

Мне ещё нужно завершить несколько дел, пояснил он.

Ричардс не стал настаивать и поднялся. В любом случае, мистер Петров, сказал он, с нашей стороны нет никаких проблем. Мы можем выполнить все формальности в любой момент, когда вы пожелаете. У нас есть для вас безопасное место и о вас позаботятся. Меня немного беспокоит ваше возвращение обратно в Канберру. Если ваши коллеги узнают о нашей встрече, у вас могут возникнуть большие неприятности. Если вы полагаете, что вам необходима защита, тогда я могу отправиться в Канберру и быть от вас в пределах досягаемости, однако вы сами должны это решать. Как я уже сказал, мы готовы все сделать по первому вашему сигналу.