Чтение онлайн

— Да, обе.

— Миссис Брил была в перчатках?

— Да, на ней были черные перчатки.

— Вы уверены, что она подняла обе руки?

— Да, сэр. Эта сцена врезалась мне в память, я ее никогда не забуду.

— Вам были видны обе ладони?

— Да, сэр.

— Какую руку вы видели более отчетливо?

— Я одинаково хорошо видел обе руки. — Свидетель почувствовал, что Мейсон хочет заманить его в ловушку, и возмутился: — Обвиняемая стояла ко мне лицом. Она подняла руки вот так, словно пыталась оттолкнуть машину.

Мейсон, казалось, был совершенно потерян. Он довольно неуклюже отказался от дальнейших расспросов в этом направлении, будто поспешно отступил, чтобы избежать полного поражения.

— Ну а после наезда вы сразу остановили машину?

— Да, сэр. Поймите меня правильно, я пытался остановить машину и до наезда.

— Понимаю. Где лежала обвиняемая, когда вы остановились?

— Она лежала возле правого заднего колеса.

— Вы вышли из машины справа? — уточнил Мейсон.

— Нет, сэр, слева, — поправил его Диггерс. — Я выскочил из ближайшей к месту водителя дверцы.

— И обошли машину, чтобы подойти к потерпевшей?

— Да, сэр.

— Спереди или сзади?

— Сзади.

— Что вы сделали?

— Я приподнял ее и пощупал пульс, потом пытался перенести потерпевшую на тротуар. Тут подбежали прохожие и помогли мне.

— Вы знали этих людей?

— Нет, — ответил Диггерс, — но у меня записаны фамилии некоторых свидетелей, которые помогли составить опись содержимого сумки.

— Естественно, — бросил Мейсон. — Я вот что хотел выяснить: вы. конечно, были очень взволнованы аварией?

— Да, я был потрясен, но головы не потерял.

— И ясно помните события того дня?

— Да, сэр, они ярко запечатлелись у меня в памяти.

— Значит, когда вы переносили обвиняемую на тротуар, вы впервые заметили на дороге сумку? — будто невзначай осведомился Мейсон.

— Нет, сэр, я видел ее и раньше. Впервые я заметил сумку, когда обвиняемая сбежала с тротуара на мостовую.

Мейсон встал.

— А я понял из вашего рассказа, что обвиняемая вскинула руки, словно хотела оттолкнуть машину, — громко сказал он. — Она, по вашим словам, была в перчатках, и вы ясно видели обе руки. А теперь, будьте любезны, объясните присяжным, как ухитрилась обвиняемая держать в то же время в руках опознанную вами сумку?

Диггерс терпеливо выслушал Мейсона. Потом, вспомнив наставление Самсона, обернулся к жюри.

— Когда обвиняемая подняла руки, мистер Мейсон, сумки у нее в руках не было. Она бросила сумку, а потом подняла руки. Сумка лежала на дороге, где она ее бросила.

— Стало быть, сумка лежала примерно на том месте, где только что стоял голубой седан, верно?

— Да, сэр.

— А голубой седан стоял там за мгновение до того, как обвиняемая шагнула с тротуара на мостовую, не так ли?

— Именно так, сэр.

— Тогда почему вы так уверены, что подобранная вами сумка принадлежит обвиняемой? Может быть, ее обронили люди, сидевшие в голубом седане?

— Я видел своими глазами, что обвиняемая держала сумку в руке, — терпеливо объяснял Диггерс. — Впервые я увидел ее с сумкой. Если ее обронили люди, сидевшие в голубом седане, мистер Мейсон, значит, обвиняемая наклонилась, подняла эту сумку, выбежала на тротуар, а потом на мостовую, прямо под колеса моей машины.

— А теперь скажите, где находился револьвер, когда вы увидели его впервые? Тот самый револьвер тридцать восьмого калибра, о котором вы только что сообщили присяжным?

— Его дуло торчало из сумки.

— А может быть, он лежал на мостовой возле сумки?

— Нет, сэр.

— Вопросов не имею. — Мейсон опустился на стул.

— Свидетель свободен, — объявил Самсон, не скрывая торжества.

Следующий свидетель, вызванный Самсоном, был санитар «скорой помощи», составлявший опись содержимого сумки. Мейсон отказался от допроса. Самсон облегченно вздохнул: еще один барьер позади. Он вынудил Мейсона сдать еще одну позицию. Самсон просмотрел список своих свидетелей.

— Вызовите Карла Эрнеста Хоугана, — приказал он и, когда Хоуган занял место свидетеля, быстро назвал занимаемую им должность: — Эксперт по баллистике в управлении полиции.

Мейсон снова признал профессиональную пригодность свидетеля и приступил к допросу. Хоуган давал показания кратко, с предельной точностью эксперта, чувствующего себя на свидетельском месте, как дома. Он признал идентичность пули, выпущенной в ходе следственного эксперимента из револьвера, найденного в сумке, и предъявленной сержантом Голкомбом смертоносной пули, извлеченной из тела убитого. Потом он предъявил суду сильно увеличенную микрофотографию, демонстрирующую следы, оставленные двумя пулями в стволе. Фотография была представлена в качестве доказательства и не вызывала возражений. Стоило присяжным взглянуть на нее, становилось ясно, что обе пули выпущены из одного револьвера. Свидетель предпринял попытку установить по номеру, кому принадлежал револьвер. Она оказалась безуспешной, поскольку в магазине были утеряны или уничтожены старые регистрационные книги. Однако подчисток и подделок обнаружено не было.

— Можете приступить к допросу, — произнес Самсон, заранее предвкушая победу. Он откинулся на спинку стула и безмятежно следил за рутиной допроса.

Нет, свидетель не может подтвердить, что револьвер был в сумке, ему это неизвестно. Револьвер он получил от сержанта Голкомба из уголовной полиции. Свидетель, однако, проверил номер. Мистер Мейсон, вероятно, заметил, что он совпадает с номером, записанным Гарри Диггерсом во время аварии.

Нет, свидетель не может подтвердить, что именно эта пуля оборвала жизнь Галленса, ему это неизвестно. Пулю, как он понял, извлек из тела убитого хирург, производивший вскрытие, передал ее сержанту Голкомбу, а уж тот вручил ее свидетелю.

Ларри Самсон, опасаясь, что присяжные могут неверно истолковать подобное заявление, взял слово и пояснил:

— Сейчас мы не представляем эту пулю в качестве доказательства, ваша честь. Она была выдана для идентификации. Последнее звено в цепи — показания сержанта Голкомба, в ходе его показаний и представим ее в качестве доказательства.

Судья Барнз кивнул в знак согласия.

— Кстати, мистер Хоуган, вы проверяли оба револьвера одновременно? — поинтересовался Мейсон.

— Да, сэр.

— Они оба тридцать восьмого калибра?

— Да, сэр, но не одного выпуска.

— Понимаю, — заметил Мейсон. — Я хочу, чтобы присяжные ясно представляли себе обстоятельства, при которых проходили испытания. Из одного из них был убит Джордж Трент, не так ли?

— Вот уж эти сведения я не могу сообщить вам, мистер Мейсон. — Свидетель улыбнулся. — Я помню, что сказал мне сержант Голкомб, вручая оба револьвера на экспертизу: моя задач — следственный эксперимент и сравнение пуль с теми, что были извлечены при вскрытии.