Чтение онлайн

— Это ты её от низа до самого верха облазиешь? — спросил я Иваныча.

— Ага! Держи карман пошире!.. — рассмеялся ротный. — Делать мне больше нечего, как до самой верхушки по лестнице карабкаться! Я её по земле кругом обойду! И хватит с неё!..

— Бож-же мой! И этот человек меня прикрывает!.. — громко и почти притворно сокрушался я. — С кем я связался?!..

Но мои ноги уже сами по себе несли меня вслед за командиром роты, уверенно направлявшимся к водонапорной башне. Сбоку послышался голос Бычкова, досматривавшего в этот момент кабину то ли большого экскаватора, то ли маленького козлового крана со странным длинным ковшом…

— Мы уже были там! Всё чисто!..

— И наверху? — спросил я, надеясь на расторопность своего сержанта.

— Так там же высоко! — ответил мне Бычков.

А ведь он сам сейчас находился на высоте четырёх метров от уровня земли. И всё же имелся очень хороший повод…

— Эх, ты! А ещё контрактник! — «упрекнул» его я. — Вот сейчас из-за тебя командиру роты придётся лезть на самую верхотуру…

— Уже бегу! И даже спотыкаюсь! — иронично проворчал нам в ответ майор Пуданов. — Я её уже досмотрел… Никаких следов…

— Естественно! — хмыкнул я, указывая пальчиком. — А вон те дыры?

Водонапорная башня представляла собой толстую металлическую трубу установленную строго вертикально и увенчанную стальной ёмкостью в форме большого цилиндра. Так сказать, классическая форма стальных водонапорных башен, которых тысячи и тысячи. Так и эта… Правда, с некоторыми особенностями её местоположения в окружающем пространстве и со следами варварского к ней отношения.

Ведь стояла эта водонапорная башня в чеченском предгорье и возвышалась она над землёй метров на двадцать пять — тридцать, что делало её не только очень хорошим ориентиром, но и отличным наблюдательным пунктом. Сбоку была приварена металлическая лестница, по которой можно добраться до самой ёмкости для воды. Однако цилиндр оказался насквозь прострелян в нескольких местах и выходные отверстия имели довольно-таки внушительные размеры, позволяющие вести наблюдение по всем сторонам горизонта. Достаточно ловкий и физически крепкий человек мог взобраться по лестнице до верхней площадки цилиндра, затем спуститься вовнутрь через смотровую крышку… А уж всё остальное зависело от него самого: либо наблюдать за окрестностью, либо подавать ночью условные сигналы фонариком, либо попросту отлёживаться в столь безопасном месте… Если внутри этого цилиндра конечно же соорудить какое-нибудь подобие деревянного пола.

— Смотри! — сказал я и ещё раз ткнул пальцем в основание башни.

Внизу металлическая лестница заканчивалась на высоте около трёх метров от поверхности земли… Что в общем-то неудивительно — чтобы всякие там посторонние не лезли куда им не следует… Но прямо под лестницей на земле, а точнее в небольшой впадине, лежал обыкновенный лист железа… Старый и ржавый…

— Ну, и что? — спросил ротный. — Положили его лет десять назад… Вот и лежит…

— Глянь-ка! — произнёс я, осторожно приподнимая железный лист за один край. — Видишь, вода замёрзшая?.. Здесь и так уж ямка образовалась. А во время дождей с лестницы сюда стекает водичка. Поэтому тут постоянно лужа! И грязь! А зачем тогда нужен лист?.. Чтобы не пачкать обувь перед тем, как залезть на лестницу. Она же железная и можно подскользнуться…

Пуданов всё сразу понял и тут же развил мою мысль дальше:

— Понятно! А когда спускаешься… То чтобы спрыгнуть на железо и домой прийти сухим…

Я смотрел на командира и не понимал того, шутит он или нет. Но объяснение оказалось совершенно иным — это была ирония…

— Смотри!.. На поверхности листа нет ни одного отпечатка ноги! — произнёс ротный. — Ни старого, ни свежего…

На ворчание Иваныча у меня тут же нашлись контрдоводы… Спорить я иногда очень любил… Даже с начальством…

— Объясняю! Сейчас стоит мороз и поэтому земля почти сухая. Вот и нет свежих следов. Даже если будут, то их можно смести с железа и всё!.. А при дожде отпечатки рано или поздно, но смоет водой… Тем более тут подойти-то можно по асфальту и твёрдой почве…

— Не знаю… — размышлял ротный. — Бойцов отправлять наверх не хочется. Вдруг свалятся… Самим тоже не хочется… Отойти бы подальше и в бинокль понаблюдать…

Недолго раздумывая, мы по заснеженному склону поднялись на земляную насыпь, расположенную в десятке метров от водонапорной башни. В сущности это была всё та же вереница искусственных холмов, которая окаймляла гравийный карьер. С этого возвышения мы минут пятнадцать изучали как саму башню, так и окружающую местность. В сквозных отверстиях, которые зияли в цилиндре, мы ничего подозрительного так и не обнаружили. Зато поблизости я нашёл неплохие позиции для предстоящей сегодня ночью засады… Почти напротив съезда с асфальтовой дороги на грунтовку, что вела к той самой переправе…

«А что поделать?!.. Ведь этих упрямых не переспоришь!.. Да и не перекричать их блеянье!.. Ох, уж эти парнокопытные…»

И уже само собой разумеется… Коль товарищу майору сегодня были противопоказаны ночные потёмки… Доблестная первая группа первой роты вечером десантировалась с брони, не доехав полусотни метров до расстрелянного экскаватора…

— Вперёд!

Но едва мы с ходу вытянулись в походный порядок, как я в «Квакер» заметил свет фар автомобиля, едущего по дороге от Т-образного перекрёстка к ориентиру «Валун». Мои пальцы тут же подали один короткий сигнал в эфир, означавший «Внимание». В течении нескольких секунд вся группа присела и замерла в напряжённом ожидании…

Я продолжал наблюдать за движущимся светом в надежде на то, что машина свернёт влево к земляному бастиону… Но вдруг…

— Ложись! — сдавленным голосом приказал я и первым распластался на тропинке…

За секунду до этого манёвра… Направление луча фар только-только начало перемещаться вправо и данное обстоятельство отчётливо показало мне то, что ситуация складывается не очень-то и приятная… Автомобиль повернул направо… И сейчас он находился метрах в двухстах от нас… Тут-то меня и пронзила мгновенная мысль…

— Сползти с тропинки! Быстро! — приказал я и через левый бок перекатился в сторону.

Протоптанная до грунта тропа очень уж явственно выделялась на белом заснеженном фоне… И лежащие на ней фигуры в зимних маскхалатах будут хорошо видны тем людям, которые сейчас движутся в нашу сторону. Оглянувшись через плечо, я посмотрел назад и к великой своей радости убедился в том, что моё приказание выполнено очень быстро… Все разведчики сместились на снежный покров… И тропа чернела насколько хватало глаз…

Одним рывком я сдёрнул со лба ночную оптику и как можно ниже натянул на лицо белый капюшон. До автомобиля оставалось метров сто или сто двадцать…Следовало принять срочные меры, чтобы всё тёмное исчезло с поверхности моего тела… Винторез лежал под левой рукой, нагрудник был подо мной… Вроде бы всё нормально… И я с бьющимся под горлом сердцем наблюдал за приближающимся объектом… Стараясь поплотнее прижаться к колючему снежному насту… Неприятная резь в подбородке и нижней части щеки были не в счёт… Главное сейчас — это отслеживать метр за метром приближение автомашины…

Вот фары миновали головной дозор… Я осторожно выдохнул воздух и втянул в себя свежую порцию… Как вдруг двигатель резко сбросил обороты и дальше автомобиль ехал почти по инерции… С каждой секундой его скорость уменьшалась и уменьшалась… Вот я уже различил в темноте то, что это небольшой автобус… А через пару секунд я определил марку… ПАЗик… И с замиранием сердца я понял то, что через несколько мгновений этот автобус остановится как раз напротив моей группы… Уткнувшись лицом в снег я уже принял решение и с намертво сжатыми челюстями ожидал того момента, когда ПАЗик поравняется со мной… И тогда свет его фар не будет захватывать нашу тропинку… А значит фигуры разведчиков не попадут в поток прямых лучей…