Чтение онлайн

Пора было заканчивать с этим. Время наше завершалось. Начиналось время демона.

Дьявол отбросил вдруг в сторону свой небесный шланг и громко рыгнул, обдав нас облаком горячего смрадного пара. Он уперся одной из рук в землю и легко вскочил на свои козлиные ноги. Он был теперь высотой с трехэтажный дом. Он дышал с присвистом. Жуткая звериная вонь заполнила все пространство.

– Все, хватит, - прорычал он. В реве его был слышен бешеный свист ледяного ветра, и грохот сталкивающихся скал, и низкий рокот надвигающегося землетрясения.
– Я вырос бы больше, но ваша проклятая ловушка мешает мне. Это неважно. Неважно… Вы слишком глупы, чтобы причинить мне вред. Время человеков кончается. Люди больше не обладают силой!

Хвост его вытянулся в сторону Демида. Сплюснутая змеиная голова, размером с телячью, качалась на конце хвоста, высовывала раздвоенный язык, и капли яда стекали с ее длинных клыков.

– Бесссмертный… - прошипела она.
– Зря ты пришшшел сюда, кимвер… Ты попался, кимвер. Ты умреш-шь первым…

Что- то изменилось в голосе Демида. Появилась в нем некая торжественность, и скрытая ярость, и даже нетерпение. Он выкрикнул последние слова заклинания, и все замолкло. Только огромная треугольная голова качалась перед его лицом и готовилась к змеиному броску.

Демид поднял вверх левую руку и повернул ее ладонью вверх. На ладони его появился маленький оранжевый шар. Он рос, и достиг уже размеров апельсина, и ослепительно светился в темноте.

– Вот тут ты ошибаешься.
– Демид ухмылялся, лицо его пылало в оранжевом отсвете шара.
– Я намного переживу тебя, Большая Каменная Глотка. Не тебе решать, когда мне умирать.

Он дунул на шар, и тот покатился по ладони, скользнул по пальцам и продолжил свое движение в воздухе. Змеиная голова бросилась на Демида, распахнув пасть до немыслимых пределов. Шар влетел прямо в змеиную глотку. Большую глотку.

Голова рептилии разлетелась на части, словно проглотила разрывную гранату. Огонь побежал по хвосту Дьявола как по бикфордову шнуру, шипя и рассыпая искры. Шкура демона вспыхнула вся разом, как тюк сухой пакли. Демон взмахнул четырьмя когтистыми лапами и взревел от боли. И весь огромный аттракцион дернулся от боли вместе с ним. Дьявольский паровоз затормозил, завизжал, выпустив из ноздрей струи зловонного зеленого дыма. Вагонетки еще продолжали свое движение, они не могли остановиться так резко. Они сшибались друг с другом, наползали друг на друга, сталкивали друг друга с рельсов. Рамы, державшие пассажиров, поднялись вдруг вверх - одновременно во всем огромном поезде. Эль Дьябло не держал больше своих пленников, он отпустил их. И теперь большая часть его пленников находилась в свободном падении. Люди вылетали со своих мест, кувыркались в воздухе, вышибленные ударами, они сыпались с неба, как визжащий окровавленный дождь, размахивающий сотнями рук, сотнями ног. Подпорки начали рушиться с грохотом, погребая тела под своими обломками. Рельсы падали на землю. Они вели себя как живые - как обезглавленные змеи, бьющиеся в агонии. Они извивались, скручивались гигантскими клубками и превращали все, что попадалось на их пути, в кровавые ошметки.

Катастрофа, которая привиделась мне сегодня на Большом Змее, была невинной детской игрой по сравнению с этим. Дьявол, объятый огнем, метался на площадке. А огромное змеиное тело аттракциона, созданное его фантазией, распадалось на части вокруг нас, калеча и убивая людей. Пространство сворачивалось вокруг нас. Деревянные балки, бревна, куски рельсов многометровой длины, горящие обломки вагонеток, расчлененные, разорванные тела людей - все это летело сюда, к сердцу аттракциона, к бетонной платформе, под которой находились Врата Дьявола. Летело, крутясь ураганным смерчем смерти. И падало вниз, нагромождалось в кучи, не в силах преодолеть невидимой преграды.

Мы, Пятеро, стояли, сжав кулаки, сжав зубы, на границе двух рушащихся миров, чтобы не дать этим мирам поглотить друг друга. Мы и были границей этих миров. Мы повернулись спиной к своему миру, в котором умирали люди, чтобы не дать Дьяволу пройти дальше и убить всех .Мы стояли лицом к миру старого земляного демона, проснувшегося, чтобы насытить свой многовековой голод. Мы не держались за руки. Но руки наши связывали магические лучи пентаграммы. Связывали крепче самых толстых цепей.

Мы смотрели прямо в мир демона. Балмаседа когда-то сказал мне, что такие миры называются тонкими. Но я не назвал бы его тонким. Он был груб и безобразен, этот нечеловеческий мир. Чернота двигалась в нем, ворочалась, как зверь, разбуженный от спячки, свивалась клубами копошащихся голодных червей. Они пожирали время и пространство, эти твари. То, что некогда было бетонной платформой, на глазах превращалось в прах, осыпалось серой пылью в стометровый колодец.

Пола под нами уже не было. Только пять кругов, очерченных красным мелом, на которых мы стояли, оставались еще стабильными в распадающемся мире. Мы висели над бездной. Под нами выросла глубокая шахта. Невидимые стены ее, в форме пятигранной призмы, опускались вниз от нашей звезды-пентаграммы. И заканчивались на дне, на лучах другой пентаграммы. Ее вершины образовывали пять человек. Другие Пятеро.

Я видел их фигурки там, внизу. Они стояли на зеленой холмистой равнине. Там не было Парка Чудес. Еще не было, потому что его должны были построить только через несколько сотен лет. Я узнал их. Один из них был дон Рибас де Балмаседа, он стоял прямо под Демидом. Под Ваном находился Педро. А подо мной - Франсиско Веларде собственной персоной. Не зря все-таки я рисковал собственной шкурой, спасая его.

Они видели нас. Они подняли головы и смотрели на нас оттуда, из бездонного колодца прошлого. Может быть, Франсиско хотелось помахать мне, но он не мог поднять руку. Потому что он, как и я, удерживал пентаграмму. Удерживал границу миров.

А еще там были две девушки. Они стояли под Лурдес и Цзян. Дона Фернандо де ла Круса там не было, и это обрадовало меня. Мне не хотелось видеть его. Врата Дьявола теперь находились там, на дне. Я ясно видел пять огромных валунов - остроконечных, наклонившихся друг к другу макушками, как пять жал гигантской пиявки, высунувшей челюсти из земли.

Демон визжал, подобно стаду свиней, одержимых легионом бесов. Он метался от стены к стене и отлетал от них, как гигантский теннисный мяч, объятый пламенем. Он был заперт в ловушке.

– Мигель, ты готов?
– услышал я голос Демида.

– Да.

– Кидай нож!

Я хотел сказать, что не знаю, куда метать свое оружие, что понятия не имею, где находится сердце в этой взбесившейся горе полыхающей демонической плоти. Но я не успел. Демон с воем метнулся вниз. Он прочертил пространство, как комета, оставляя за собой огненный хвост. И растекся по дну шахты морем раскаленной лавы.

Все они должны были сгореть заживо, те пятеро внизу. Я даже закрыл глаза от ужаса. Не выдержал. Но когда я открыл глаза, я увидел, что все они стоят на своих местах. А демон, съежившись, сидит на камнях. Рибас де Балмаседа громко говорил что-то, А Педро пел.

– Они творят заклинание, - сказал Демид.
– Оно будет короче нашего. Намного короче. Но они знают главное - знают имя этого демона. И я думаю, что теперь нам немного еще осталось.

– А что будет дальше? Мы не свалимся туда, вниз?

– Не знаю.
– Демид покачал головой.
– Я не знаю, чем все это кончится. Каждый раз это бывает по-новому. Каждый раз. Природа демонов не терпит однообразия…

И тут же там, внизу, произошел взрыв. Огромная шаровая молния - демон - несся теперь обратно к нам, в наше время. Он никак не хотел сдаваться, проклятое дитя ада.