Чтение онлайн

Среди самых крупных держателей акций этих радиотелевизионных сетей называют такие банки, как Morgan Guaranty Trust и Citibank. В советах директоров всех крупных радиотелевизионных сетей и издательств заседают представители мощных корпораций, включая IBM, Ford, General Motors и Mobil Oil. Медиаконгломераты владеют не только радиотелевизионными сетями, но также и такими прибыльными холдингами, как компании кабельного телевидения, книжные издательства, журналы, газеты, киностудии, системы спутникового телевидения и радиостанции [525] .

В течение последних двух десятилетий индустрия средств вещания использовала свои огромные лоббистские возможности для того, чтобы отменить некоторые действующие правила регулирования, введенные с целью обеспечения разнообразия и общественной полезности программ вещания. В этой отрасли было израсходовано свыше $100 миллионов для того, чтобы способствовать принятию в 1996 году Закона о телекоммуникациях, который дает возможность одной компании владеть телевизионными станциями, охватывающими своим вещанием более трети населения США. Считалось, что, устраняя ограничения на продажу объектов медиасобственности, этот закон приведет к росту конкуренции, которая предложит потребителю больший выбор, снижение цен на услуги кабельного телевидения и более низкие тарифы на услуги местной телефонной связи.

На самом деле за три года цены на услуги кабельного телевидения выросли на 21%, а тарифы местной телефонной связи — на 10%. И в настоящее время одна компания в одном городе может иметь до шести радиостанций и две телевизионные станции (в отличие от прежнего порядка, когда одна компания могла иметь на одном рынке только одну радио- и одну телевизионную станцию). В результате принятия этого закона начиная с 1996 года произошло свыше тысячи слияний телерадиовещательных компаний, кроме того, более половины из одиннадцати тысяч радиостанций в стране были куплены крупными многопрофильными корпорациями. В результате снизилась независимость журналистов и комментаторов в освещении как мировых новостей, так и местных событий и появилось больше станций с радикальным характером вещания, пропагандирующих ненависть и неприятие, которые брызжут ядом против феминистов, этнических меньшинств, бездомных, гомосексуалистов, профсоюзов и защитников окружающей среды [526] .

Хозяева средств массовой информации не колеблясь подвергают контролю содержание новостных программ. Нередко они снимают с вещания то, что им не нравится и, наоборот, продвигают то, что предпочитают сами. Как писала в своем отчете группа исследователей: «Владельцы и менеджеры информационных средств сами решают, какие персонажи, факты, версии фактов и идеи должны дойти до общества» [527] . В последнее время медиа-боссы отказались от публикации и передачи в эфир программ, сюжетов и комментариев, в которых содержались материалы в защиту государственной системы медицинского страхования, критика военного вмешательства США в другие страны или оппозиция Североамериканскому соглашению о свободе торговли (NAFTA).

Корпоративные рекламодатели представляют еще одну группу влияния, которая оставляет свой след на содержании материалов средств массовой информации. Они могут сократить заказ рекламы не только в тех случаях, когда считают, что подача материалов негативно сказывается на рекламе их продукта, но также и тогда, когда они не одобряют то, что они сами воспринимают как «либеральную» тенденцию в новостях и комментариях.

Хозяева телерадиосетей прекрасно осведомлены о том контроле, который осуществляют источники финансирования рекламы. Можно привести в пример слова бывшего президента сети CBS Фрэнка Стэнтона: «Поскольку мы зависим от заказов рекламодателей, мы должны учитывать общие задачи и пожелания рекламодателей в целом» [528] . В отмеченном премией отчете Куитни (Kwitney Report)службы телерадиовещания США говорится о том, что информационные программы, в которых показывали, как США поддерживали эскадроны смерти и диктаторов в Центральной Америке, а также другие злободневные вопросы, пришлось прекратить, потому что эти программы не смогли обеспечить поступления финансирования со стороны заказчиков [529] . Бывший продюсер передачи « 60 минут»Лоуэлл Бергман говорит, что, по мнению новых продюсеров, «становится все более трудным делать передачи, имеющие хоть какой-то критический характер по отношению к 500 самым богатым компаниям, список которых был опубликован в журнале Fortune,а также по отношению к заказчикам рекламы и поставщикам телерадиосети» [530] .

Журналисты иногда могут вставить в сюжет необычно критический материал, но, если они делают это неоднократно, их материалы начинают отвергать, их самих переводят на другое место, и их карьера оказывается под угрозой. Руководители телерадиосетей отменяют информационные программы, которые содержат даже весьма сдержанную или непочтительную критику крупных компаний, как, например, передачи Майкла Мура на программе TV Nation,Либеральные комментарии Джима Хайтауэра, которые сотни раз появлялись в программах телесети ABC, были в 1997 году сняты с эфира руководством компании Disney, как только она завладела сетью ABC. (Хайтауэр сумел вновь появиться в эфире ряда небольших независимых телевизионных станций.)

Телевизионные журналисты Стив Уилсон и Джейн Эйкр лишились работы после того, как подготовили серию репортажей об опасности гормонов, которыми кормят коров. По словам Уилсона и Эйкр, филиал телесети Fox в городе Тампа во Флориде отказался запустить в эфир один из их репортажей по той причине, что содержавшийся в нем материал мог вызвать раздражение концерна Monsanto. Журналист Майкл Галлахер был освобожден от работы в газете Cincinnati Enquirer послетого, как сообщил, что в странах Латинской Америки компания по выращиванию бананов Chiquita распыляла на плантациях пестициды во время присутствия там своих рабочих, давала взятки колумбийским официальным лицам и провозила контрабандой кокаин на судах для перевозки бананов. В этой связи разгорелась полемика по поводу того, каким образомжурналист Галлахер получил эту информацию, а не о том, верно ли это сообщение [531] .

Есть и другие примеры: журналист издания Atlanta Journal-Constitutionбыл вынужден подать в отставку после опубликования его материалов, вызвавших недовольство банков Coca-Cola и Atlanta, так как в материалах разоблачалась их расистская практика. Репортер по проблемам потребителей был уволен с работы телевизионной станцией KCBS — TV в Лос-Анджелесе после того, как автомобильные рекламодатели неоднократно жаловались его начальству на его критические репортажи в отношении безопасности автомобилей. Автор статьи в журнале Fortune был вынужден оставить работу после опубликования им статьи о непомерном доходе, полученном главой концерна Time Warner, который являлся владельцем этого журнала. Журналистка газеты New York TimesФрансез Сера опубликованием серии репортажей о злоупотреблениях корпоративной Америки навлекла на себя гнев ее издателей и была переведена на освещение проблем района Лонг-Айленд. Там она написала ряд статей по атомной электростанции Shorham с изложением некоторой информации, противоречащей позиции редакции Times поэтому вопросу. Последняя ее статья из серии не была напечатана по причине ее «тенденциозности». В статье говорилось, что атомная электростанция испытывает серьезные финансовые трудности, что оказалось правдой. Больше никаких назначений на должность и заданий она не получала [532] .

Можно сравнить вышеприведенные случаи с тем, как отнеслись к корреспонденту ABC Джону Стосселю, который неожиданно заявил, что механизм государственного регулирования бизнеса не дал положительных результатов и что его «работа заключается в том, чтобы объяснять привлекательные стороны свободного рынка». Вместо выговора за необъективность, Стосселю отвели главную роль в многочисленных специальных передачах телевидения, предназначенных для пропаганды его идеологии невмешательства государства в экономику [533] .

Журналистов инструктируют сохранять нейтральный подход при подготовке своих информационных материалов. Тем временем неприкрыто тенденциозная и ангажированная позиция, которую занимают по политическим проблемам владельцы средств массовой информации, включая оказание ими помощи в сборе средств на проведение избирательных кампаний и участие в правительственных обедах, внесение средств в избирательные фонды и тесное общение с высокопоставленными чиновниками, не считается нарушением журналистских стандартов независимости и объективности.

Представители журналистского сообщества, которые последовательно поддерживают мировоззрение глобального капитализма и концепции государственной безопасности, оказываются первыми среди тех, кого награждают назначениями на завидные участки работы, повышением окладов, премиями, наградами и продвижениями на должности редакторов и шефов бюро. Есть и дополнительные средства для уговоров, такие, например, как щедрые денежные вознаграждения от финансовых кругов. Насколько объективным может быть Дэвид Бродер по отношению к проблеме коррупции на Уоллстрит после получения $6000 за речь, произнесенную им перед руководством Американской фондовой биржи? Как может реагировать Уильям Сэфайр на манипуляции с тарифами со стороны коммунальных компаний после того, как он положил в карман $15 000 от компании Southern Electric в качестве гонорара докладчика? Можно вспомнить, как бывший шах Ирана, диктатор и мучитель, которого ненавидело большинство его народа, принимал в США представителей американских средств массовой информации. Более пятисот журналистов, радио- и телекомментаторов, редакторов и издателей, включая таких известных людей, как Марвин Калб и Дэвид Бринкли, получили от шаха подарки и были приглашены на его шикарные званые вечера. Те журналисты, которые писали критические статьи о нем, не попали в списки получателей подарков [534] .