Чтение онлайн

— Узнаешь по запаху. Если он выветрится в ближайшие дни, то никаких следов не осталось, — ответил Легион.

— Ладно, за пару дней с ним ничего критичного не должно случиться.

— Тут ты верно рассуждаешь. Любые метаморфозы происходят медленно. Моему духу на адаптацию потребовалось больше месяца.

— Недели с воскрешения не прошло!

— А кто сказал, что я начал именно тогда?

Видимо, Легион поселился в моём теле ещё за три недели до воскрешения и всё это время готовился ко дню икс. А когда я очнулся, он ловко сыграл свою роль. И специально поначалу многое не договаривал. Почему? Да чтобы я попросту не свихнулся и не пошёл сдавать себя в орден… А после такого возможна только казнь.

Не знаю, сколько раз Легион пытался переродиться, но у него уже явно есть какая-то система, чтобы носитель не умер сразу после воскрешения.

— А если бы я очнулся и отказался с тобой сотрудничать?

— Так ты и отказался, — усмехнулся демон.

И он был прав. Я отказался, но в итоге мы нашли точки соприкосновения. Он хотел вернуть власть среди демонов, а я — семью. И пока нас объединяет договор, мы не станем вредить друг другу. А что будет потом? Тут много вариантов…

— Давай вызову такси? — предложил я деду, когда мы отошли достаточно далеко от места происшествия.

— А, уже можно? Ты прости, я слишком в свои мысли погрузился, — хриплым голосом ответил старик.

— О чём думал? — поинтересовался я, вызывая машину.

— Как дальше быть. Ты, получается, первый экзорцист, кто смог выжить в мире демонов. И ты мне ещё не объяснил, как смог это сделать, — дед поднял на меня взгляд своих серых глаз.

Они были полны решимости узнать ответы.

И если сразу после возвращения дед отходил от шока и молчал, то сейчас, проанализировав случившееся… он намерен получить ответы. А я могу их дать, правда — частично.

— Приедем в гостиницу, всё расскажу, — пообещал я.

А сам выстраивал в голове схему рассказа: как сказать правду так, чтобы не упоминать о Легионе и его врагах. Одержимого внука дед-экзорцист никак не сможет принять по понятным причинам, и мы это уже проходили, когда и он, и брат настаивали на прохождении ритуала в ордене.

До гостиницы доехали на машине молча, и я сразу показал деду, где душ. Мы оба после мира демонов выглядели так себе, но я решил пропустить старика вперёд. А после того как он привёл себя в порядок и оделся в мою одежду — футболка и шорты на старике смотрелись уж очень непривычно и даже комично — проводил его в свою комнату.

— Располагайся пока тут. Титул я себе вернул и с недееспособностью твоей скоро разберусь. Ходить теперь можешь, и в дом престарелых ты не вернёшься, — заявил я.

— Спасибо, — ответил он, присаживаясь на кровать.

Дед побрился впервые за долгое время. В доме престарелых я видел его сильно заросшим, а сейчас он больше напоминал того человека, который меня воспитал.

— Голоден? — спросил я.

— Очень, — признался дед. — Быка бы съел.

— Тогда сейчас быстро схожу в душ и покажу тебе столовую.

Я привёл себя в порядок минут за семь, и мы спустились в столовую при гостинице. Набрали себе два подноса с едой и присели за столик в углу. Сегодня здесь почти не было людей, и мы не опасались говорить.

— Я понял, как ты восстановил позвоночник, — начал я рассказ после того, как доел порцию борща со сметаной.

Дед удивлённо посмотрел на меня, перестав жевать. Он наслаждался пельменями с таким аппетитом, словно не ел целую вечность.

— Это был одержимый. Демоны способны менять тела своих носителей, нас учили этому в университете, часто встречались подобные примеры. Правда… чаще возникают совсем другие метаморфозы, — объяснил я.

Один раз демон и вовсе отрастил своему носителю хвост! Правда, в ордене так и не выяснили, зачем он это сделал.

— Звучит логично, — ответил дед и запил еду ягодным компотом. — Хотя я всё равно не понимаю, на кой-демону лечить меня.

— Чтобы не тащить пленника.

— Ладно. Но как ты меня нашёл? — голос деда стал тяжелым.

— Поиск по родовой печати. Это было несложно.

И здесь я не врал. Существовала система для поиска родственников с даром. Все родовые печати взаимосвязаны. Именно символы поиска я и использовал, чтобы определить, в каком мире оказался дед.

У этого мира почти не было внешней защиты, поэтому у меня получилось. В других же это может не сработать. Всё зависит от того, как тщательно демоны охраняют свои миры и пленников.

— А как выжил… — продолжил я, не дожидаясь следующего вопроса. — После того, как я очнулся в гробу, моё тело изменилось. Полагаю, что со мной произошли те же метаморфозы, что и с тобой. Демону пришлось приспособиться. Но срок его закончился раньше, чем я умер окончательно.

Лгал я лишь в последнем предложении, у Легиона не может закончиться срок существования, как у остальных демонов.

— Значит, ты первый экзорцист, кто может ходить по мирам демонов, — дед задумался и даже перестал смотреть на еду.

— Я пробыл там всего ничего. Мне повезло, что когда я пришел, то застал битву двух высших. Один убил другого… Крепость начала разрушаться. Иначе бы я не смог подобраться к тебе.

— Зачем ты вообще туда сунулся? Этого я понять не могу.

Этот вопрос удивил меня.

— По-твоему, я должен был тебя оставить?

— Да. Не стоило рисковать собой ради старика.

— Ну уж нет, — хмыкнул я. — Это моё решение. И, как видишь, всё получилось.

— Благодаря удаче. Не будь там битвы высших, ты был бы мёртв. Видимо, из-за разрушения крепости печати повредились, и ты смог всех вытащить. Но запомни, внук, подобный альтруизм до добра не доведёт.

— Знаю. Но иначе я поступить не мог.

— С одной стороны, меня распирает гордость за такой поступок. А с другой — хочется хорошенько тебя наказать, чтобы больше так не рисковал и не совался на рожон.

— Со мной ничего не случится, — улыбнувшись, заверил я.

Картинка в голове у деда сложилась — это хорошо. Но мне было печально от того, что приходилось частично обманывать родного человека. Однако пока иного выхода нет.

Демоны — враги человечества, и я не могу просто взять и сказать, что один из них нам помогает. Это будет воспринято так, словно он внедрился в ряды людей и теперь пудрит всем голову, как обычно это и делают одержимые.

— А где твой брат? — внезапно спросил дед.