Чтение онлайн

Толпа орет, и отнюдь не озлобленно. В многочисленных голосах слышится восторг и одобрение, что несказанно придает мне сил. Может, я, и правда, не так уж плохо танцую? Кто ж знает, до профи мне все равно далеко, но то, что я делаю здесь — уже в некотором роде достижение. Преодоление барьера стеснительности — дело нелегкое.

Усталость тоже постепенно приходила. С меня градом тек пот, но останавливаться было не на ком. Кто выбежит в центр после меня? Я не видела этого человека до определенного момента, пока вдруг не заметила очень уж пристальный взгляд Орлова. Так-так, хорошо. Приближался следующий «shake that», а значит, можно было в этот момент передать инициативу Сане. Ну, посмотрим, на что ты у нас способен! Фраза прозвучала, и я отпрыгнула назад, прямо в объятья подруги. Ноги слегка подкашивались после такого сумбурного пляса. Ох, жесть! Тем временем блондин уже дорвался до круга и вошел туда. Семен подставил руку, по которой я сразу же хлопнула. Значит, все прошло отлично.

— Это было офигенно! — крикнула мне в ухо Евглевская, но тут же дала мне подзатыльника. Зашибись!

— За что?! — заорала я, морщась.

— За жесты! — скупо ответила подруга, и мы обе уставились в центр. Ой-ей-ей! Такого даже я не ожидала!

Отдышаться и смотреть одновременно совсем несложно, но я вдруг ощутила себя почти немощной, когда все заорали, а я не смогла. Ладно, минута на восстановление, дальше можно будет фигачить в том же темпе. Но крикнуть что-нибудь хотелось. Блондин теперь вместо меня отжигал на танцполе. И я бы по этому поводу выразилась всего одним матерным словом, но уровень культуры немного не позволяет. Это просто… просто синоним к слову «ахренеть».

Прямо здесь, в центре этого долбанного круга, исполнялась моя недостижимая мечта. Хип-хоп с элементами брейка. Причем с многочисленными элементами. Нет, я что-то могу сделать из этого направления, но мои умения слишком скудны. Сил не хватает на подобное. Вот и еще одна причина, по которой я хотела бы родиться парнем.

Орлов сначала танцевал то, что я могла бы сделать запросто. Но когда он внезапно пошел в брейк, я просто остолбенела. Вот это да! Саша резко остановился, замерев на одной руке и дотягиваясь другой до носка кроссовка. Затем принял нормальное положение и продолжил танец. Толпа ревела, пока я просто пучила глаза, не в силах даже вздохнуть. Блондин и прыгал, и падал, и вставал вверх головой, и крутился на месте. Да все, что угодно, черт возьми! Отовсюду раздавался свист и улюлюканье, народ был доволен. Кто-то даже попытался присоединиться, но тут же отказался от этой идеи, так как Орлов его чуть не сшиб. Круг менял форму по мере передвижения парня, а иначе можно было спокойно попасть под горячую руку. Или ногу, в зависимости от танца. Саня разбежался не на шутку, и за ту минуту, что он находился в центре, уже успел вытворить столько, что должен был уже помирать от усталости. И вот парень снова встал на одну руку, показывая еще что-то ногами в воздухе и резко остановился, в упор глядя на меня. Сначала я слегка разозлилась, но в этом взгляде не было ни торжества, ни чувства собственного достоинства. Вызов перемешивался с ожиданием. Серьезно, что ли? Я мотнула головой и попыталась скрыться в толпе. Не чета я ему, к сожалению. Силенок маловато. Нет, конечно, я могла еще долго танцевать, но увидев все это, стало как-то само по себе ясно, что это уже не вызовет прежней реакции, а больше скуку. Наверное.

Я начала медленно отходить назад. Пойду-ка я обратно к своему диванчику, там как-то и народу поменьше, и музыка потише… Но сзади мне дорогу преградило сразу несколько человек. Ребят, вы чо? Пустите меня! Я снова посмотрела в сторону блондина. Ах ты ж твою мать, когда он успел подойти так близко? Не успела даже ничего возразить, как он уже схватил меня за обе руки и выволок в центр, при этом встал рядом. Что? Что ты от меня хочешь?

— Как в клипе? — гаркнул он мне в ухо. Я сразу вспомнила клип на эту песню и кивнула. Окей! Мы посмотрели друг другу в глаза и как-то одновременно кивнули. Ну, понеслась!

Песня закончилась как-то быстро слегка внезапно. Вот почему все хорошее так быстро заканчивается? Печаль-беда. Мы вместе с Орловым вышли из круга, включилась еще какая-то песня, и в центр неожиданно для всех выбежал Мандарин. Ух ты, какие мы прыткие! Но я решила посмотреть немного позже, потому что меня больше беспокоило состояние Саши. Он… задыхался? Странно. Нет, конечно, я знаю, что мои дрыганья в круге были попроще его танца, но все-таки, чтоб прям так… Я отвела парня подальше, чтобы нас не затоптали случайно, и посадила на диванчик. Мне совсем не нравилось то, как он не мог восстановить дыхание.

— Что с тобой? — крикнула я Орлову, внимательно глядя в глаза. Почему-то в голову влезла сцена, как Саша заходил в класс вместе с другими парнями, разнося вокруг себя запах табака. Ну, понятно теперь, где корень зла. И чему я вообще удивляюсь?

Конечно же, блондин не ответил. А как тут ответить, если легкие никак не могут прийти в норму? Надо его отучать от этой вредной привычки, ох, надо. Сам же видит, что ничем хорошим это не кончается, так зачем продолжать? Никогда не понимала этой логики. В чем крутость заключается? Травить себя канцерогенами? Получить в старости рак легких? Иметь постоянный отвратительный запах? Или, может, желтые зубы нынче в моде? А главное, что все курильщики знают, что это вредно, но все равно курят. Логика? Нахрен логику!

— Все… нормально… — отрывисто произносит Орлов, вставая. Какие мы самоуверенные, черт возьми. — Это было охрененно!

— Ну, да. Ты, конечно, отжег! Круто танцуешь, однако, — улыбнулась я.

— Ты тоже! — вдруг ответил он, и, кажется, на полном серьезе. Секунду смотрю ему прямо в глаза, не мигая, — и меня охватывает приступ хохота.

— Что? — Саша смотрит на меня с таким недоумением, что становится еще смешнее.

— Издеваешься, что ли? Я! Ха! Насмешил, блин! — я пытаюсь успокоиться, но выходит плохо.

— Что смешного? — Орлов комично хмурится, что никак не способствует моему успокоению.

— Как что? Хах… Чувак, ты понимаешь, кому сейчас это сказал? Ахах… Хах… Черт! Сань, ты же видел, как я танцую! Так какого хрена ж ты говоришь, что это круто?

— Но это было реально здорово! Ты реально классно танцевала под эту песню!

— Друг мой, — я неожиданно для себя прекращаю смеяться, — ты что? Ты бы видел себя! Ты танцуешь как Бог! А я просто вышла… вернее, меня вытолкали. Вышла, покривлялась, ушла. Как по мне, так это было фигово.

— Ты себя недооцениваешь, — вдруг выдал Орлов, и в этот самый момент ему на шею бросилась окрыленная Тропина. Ох ты ж, блин, откуда она тут взялась? Я отшатнулась, но ноги внезапно встретили препятствие, и я осела на диван. Инфаркт ходит где-то рядом.

— Ты так классно станцевал! Это было великолепно! — воскликнула она в приступе восторга. Я тихонько усмехнулась, услышав последнюю фразу. Ну, вы же понимаете, про что я подумала…

— Да, спасибо, — как-то растерянно ответил Саша, отрывая от себя накинувшуюся девушку. Похоже, для него это тоже оказалось неожиданностью. Ну, бывает. Марина на секунду повернулась ко мне, что даже несколько напрягло.

— Ты… тоже ничего, — было видно, с каким трудом ей дались эти слова. Ревновашки, ну, конечно! Хотя зачем она тогда это вообще сказала? Я не очень поняла этого действия, но на душе стало как-то гадко. Я отогнала это ощущение и устроилась на диване поудобнее.

— Может, пойдем, потанцуем? — снова обратилась брюнетка к своему парню, целуя его в щеку.

— Секунду, — Орлов отстранил от себя Тропину и вновь повернулся ко мне, — Ника! Я официально вызываю тебя на баттл! Возражения не принимаются! Баттл через три песни после медляка, окей?

Я буквально на автомате кивнула, и Саша довольный пошел обратно в толпу вместе с Мариной. СТОП, ЧТО? Твою мать, твою мать, твою мать! За что мне это? Я ж сразу проиграю, это очевидно! Но я буду не я, если не приму вызов. Черт, этот гавнюк не оставил мне выбора! Вдруг я почувствовала какой-то внутренний подъем. Если мне бросили вызов таким образом, значит, я просто обязана победить.

Когда начался медляк, мой пыл как-то резко поубавился. Нет, в баттле я участвовать буду, но ощущение собственной ничтожности не давало покоя. Нет, я ж реально хреново танцую в сравнение с Сашей! Ох, что ж делать-то?