Чтение онлайн

– Впереди ведь… не совсем люди, да? Может, не так все плохо будет…

– Демонам и исчадиям Ада плевать, в каком строю идти. Возможно, мы столкнемся с основными силами.

– А может, с разведкой или кем-нибудь слабым… И сможем пробиться!

– Боги будут милостивы в этом случае. Только я пришла сюда отдыхать, а не болтать, – сухо напомнила Рена.

– Прости… Я просто хотела пообщаться. Познакомиться поближе. Мы ведь вроде товарищи, но как-то… не заладилось, что ли…

– У нас не может ладиться. Мы две женщины с разными достоинствами, не лучше одна другой, но это-то и ужасно. Будь одна из нас совсем уродиной, было бы лучше. Могли бы стать подругами или что-то вроде. Но две красивых девушки в одном отряде – это всегда плохо.

– Не всегда! Мы ведь можем изменить это… на своем примере. Плевать, что там думают мужики, мы ведь можем строить свои отношения, без них?

– Как ты собираешься строить отношения без остального отряда? – с недоумением спросила Рена.

– Легко. Если мы будем знать друг о друге что-то такое… чего никто не знает, то будем отдельными от отряда.

– Это плохо.

– Все равно ведь умирать будем. Так чего уж…

– И что надо знать, например?

– Расскажи, как ты сюда попала.

– М… Зачем? – напряглась рыжеволосая.

– Я тебе после этого тоже расскажу, не переживай, – Гукь улыбнулась, но в темноте Рена не заметила движения губ, только услышала. Но и этого хватило, чтобы чуточку смягчиться.

– Если честно, то я пришла сюда умирать. Раньше была в наемниках, но отряд почти весь полег. Записалась в королевскую армию. Опыт есть, поэтому могу служить. Тем более, для авангарда хитростей не надо, только мышцы и отсутствие багажа. И то, и другое у меня присутствует.

– А почему ты пришла умирать?..

– Говорю же, прошлый отряд перебили, – с недоумением пробормотала Рена.

– Ну… они были тебе дороги, настолько, что ты решила умереть?..

– Я поняла, что совершенно провалилась как воин. Отряд уничтожили по моей ошибке. А так как я умею только сражаться, то решила умереть в бою.

– Неужели ты умеешь только воевать?..

– Да.

– А как же семья? Она у тебя есть?

– Нет.

– Ладно… А я записалась сюда, потому что хочу попробовать свои силы в авангарде. Контракт на три месяца.

– Планируешь выжить?

– Да. До этого была в кавалерии, но как-то надоело. Хочу быть на острие атаки. Это вдохновляет.

– Глупо.

– Почему?

– Острие атаки ломается. Основную работу выполняют те, кто следом идет.

– Мне нечего терять.

– Семьи тоже нет?

– Я ушла. Еще в юности.

– Зачем?

– Я… сломала жизнь одной девушке. Та застукала меня со своим братом, и они сильно поссорились. Девушка пропала. Больше ее никто не видел. Ее брат обвинил меня. Все село травило мою семью. И я… не смогла так больше жить. В этих краях к славянам плохо относятся. Решила пойти в армию, раз уж жить с родителями и найти нормального жениха уже не выйдет.

– Ты поступила импульсивно.

– Наверное, да… поначалу. Но сейчас я занимаюсь этим больше десяти лет. Много времени прошло, и я чувствую определенную тягу к войне. Не могу уже без нее. Оказывается, готовить жиденькую кашицу и парней под юбку пускать не так весело… Наносить раны, получать их, сражаться… Это гораздо лучше. Я чувствую себя живой, отнимая жизни.

Рена молчала. Абсолютная темнота скрывала все вокруг, можно было ориентироваться лишь по очертаниям. Но даже этого хватало. Девушка обернулась к собеседнице.

– Ты меня узнаешь или нет, Гукь?

– Узнаю, конечно. Думаю, мы с самого начала поняли, кто такие, да?.. – славянка грустно усмехнулась. – Да и… не так много славян в этих краях. Тем более, в армии.

– Я подозревала. Но не могла делать поспешных выводов, тем более, что меня эта история не слишком интересовала. Я не виню тебя.

– Зато винят остальные. Село, твоя семья и… даже моя собственная. Отец был зол. Но… знаешь… знаешь, твои слова вдохновили меня. Когда ты приказала брату подойти и показать твое место, а потом нос ему сломала. Это было… впечатляюще. Тогда я увидела, что женщина может не только на кухне готовить.

– А ты запомнила кое-что другое? – спросила Рена, протягивая руку, спрятанную в латную рукавицу.

– Да… – Марья улыбнулась, хватаясь за ладонь подруги. А потом хихикнула. – Кашу надо готовить густой, с большими кусками волокнистого мяса. Иначе мужчина не наестся.

– Не только мужчина. Нам с тобой тоже нужно мясо. И густая, густая каша.

– Потому что мы с тобой тоже… не наедимся? – тихо спросила Марья.

– Да, – прошептала Рена, пододвигаясь ближе. – Мы ведь не хуже мужчин.

– Наверное…

– Совершенно точно, – убежденно сказала рыжеволосая. – Ты ведь уже ломала нос тем, кто ползал к тебе в койку?

– Нет… – тихо отозвалась славянка, чувствуя на себе дыхание Рены. – Знаешь же, какая я потаскуха…

– И ты так спокойно говоришь?

– Конечно.

– После того, что делала с моим братом?

– Это он делал со мной, а я получала удовольствие. Ведь так надо вести себя с мужчинами…

Рена рассмеялась и прошептала в губы Марьи:

– Ты такая сучка…

– Но тебе это нравится, не так ли? Жополюбка!

– Перестань, это не из-за твоей шикарной, упругой задницы, – зарычала рыжая, набрасываясь на славянку.

Легкий стон раздался среди цветов, после того, как тихонько звякнули расстегиваемые латы. Девушки касались друг друга, раздевая, двигаясь медленно и мягко, переставая и продолжая целоваться. Луна вышла из-за облаков, ненадолго осветив сильные тела, прижимающиеся друг к другу. Пальцы, уверенно скользящие по коже; губы, соприкасающиеся и срывающиеся на подбородок и шею.

– Помягче, – томно выдохнула лежащая снизу.

– Не переживайте, сударыня, я буду с вами нежна, – прошептали в ответ.

Тело скользнуло вниз, бедра раскрылись, подались навстречу, пальцы впились в короткие волосы. Марья зашипела, когда Рена легонько укусила, – и тут же застонала, когда губы раскрылись в порыве ласки. Ветер легонько потрепал цветы, обдул разгоряченные тела и скрылся среди деревьев. Луна медленно окуталась тучами, прячась и пряча тех, кто хотел уединения в лесной тиши. Лишь стонов не могла скрыть темнота…