Чтение онлайн

– Лармениус не вправе указывать нам, как поступать! – с жаром высказался виконт Каркасонский. – Капитул ордена не избирал его великим магистром! Да и с какой стати? Монсеньор жив! Я не сомневаюсь, что вскоре он окажется на свободе! Мы не знаем никаких суверенных военных орденов! И не желаем знать!

– Слова виконта Каркасонского весьма разумны! Пусть Лимасол сам состоит в этом новоявленном ордене, но без нас! – поддержал виконта де Монпелье.

– Может Лармениусу ещё и казну отдать? – поинтересовался граф де Мюррей.

Все зашумели, возмущённые полученным посланием.

– Кстати, по поводу казны! – продолжил граф де Безье. – Насколько я понял из послания, Лармениус точно не знает о её местонахождении, но предполагает, что она в Шотландии.

– Ваше светлость, пусть Лармениус докажет, что казна у нас! – предложил виконт Каркасонский. – Мы найдём для неё надёжное место на Иннис Шилд, да такое, что никто и через сто лет не найдёт!

Привратник замка Инвернесс выглянул в маленькое смотровое окошко на уровне глаз.

– Я – шевалье Огюст де Кавальон. Сделайте одолжение, передайте этот медальон отцу Леопольду, – шевалье снял с шеи медальон и протянул привратнику.

Ему тот час же открыли.

– Проходите.

Привратник, ещё не старый, седой подтянутый монах, одетый в рясу тёмно-синего цвета, жестом пригласил шевалье следовать за ним. Крошку-пони принял на попечение конюх, также облачённый в тёмно-синие одежды.

Затем появился ещё один монах. Привратник передал ему медальон гостя. Тот покрутил его в руках, а затем перевёл взор на шевалье. Огюсту не понравился его холодный проницательный взгляд, и он невольно ощутил холод в груди…

Монах вернул медальон шевалье, резко повернулся и бросил через плечо:

– Следуйте за мной!

Огюста вели по бесконечным замковым коридорам. Преодолев винтовую лестницу, он подумал: «Да, одному по замку лучше не ходить, заблудишься…» Мимо него, быстро по-военному, прошла группа монахов, облачённых в синие и зелёные рясы. На шеях монахов, что в зелёных одеяниях, шевалье успел заметить серебряные медальоны.

Наконец Огюст и сопровождающий его монах достигли цели. Монах открыл дверь и исчез за ней.

Огюст осмотрелся по сторонам. В какой-то момент замок казался ему пустым…

Но вот дверь снова отворилась, появился монах.

– Отец Леопольд примет вас, – произнёс он.

Огюст вошёл в небольшой кабинет. За столом сидел мужчина в летах. Огюст с неподдельным интересом про себя отметил, что ряса его была терракотового цвета. А на шее высокопоставленного монаха виднелся золотой медальон. Хозяин кабинета оторвался от документов, лежащих на столе, и устремил взор на гостя. Монах, сопровождавший Огюста, плотно закрыл дверь и встал подле неё, скрестив руки на груди.

Отец Леопольд, а это был именно он, и Огюст воззрились друг на друга с нескрываемым взаимным интересом. Все монахи, которых успел увидеть Огюст, здесь в Инвернесс, включая и самого отца Леопольда, были как братья-близнецы похожи друг на друга: седые, потянутые, с военной выправкой.

Отец Леопольд улыбнулся.

– Покажите мне ваш медальон.

Огюст положил медальон на стол перед «терракотовым» монахом. Тот внимательно рассмотрел его и утвердительно кивнул.

– Вне всяких сомнений, именно этот медальон я подарил монсеньору Жаку де Молэ более двадцати лет назад, в бытность его магистрата в Англии.

Шевалье мысленно удивился: «Как можно определить принадлежность медальона великому магистру де Молэ? На нём же изображён только тамплиерский крест и больше ничего! Может быть, отец Леопольд видит то, что не видят другие?»

Отец Леопольд опять улыбнулся. У Огюста возникло чувство, что он читает его мысли.

«Терракотовый» монах не задавал лишних вопросов. Медальон де Молэ, был своего рода паролем. Если человек предъявил его, значит, нуждался в помощи и убежище.

Огюста разместили в небольшой комнате с окном, выходящим на озеро Лох-Несс, из которого открывался живописный вид. Шевалье разложил свои нехитрые пожитки. Статуэтку, сумку с золотом и чашей он убрал в сундук, прикрыв их сверху плащом. Обстановка комнаты в замке Инвернесс в точности напоминала ему обстановку в замке Лимасол, с одной лишь разницей, что там внизу у стен замка плескалось море, а здесь – озеро.

Шевалье с наслаждением освежился из чаши водой, после чего надел тёмно-синюю рясу. Отец Леопольд позволил новоиспечённому монаху оставить золотой медальон, но предупредил, что на его уровне обучения медальон носить не положено. Из чего Огюст сделал вывод: монахи в синем одеянии занимают низшую ступень иерархии в Инвернессе.

…Распорядок в замке был простым. Подъём на рассвете, утренняя молитва, затем завтрак. После чего каждый обитатель Инвернесса занимался своими обязанностями, положенными по статусу. Колокола замковой часовни отзванивали сексту [77] , призывая к обеду. После обеда монахи снова приступали к своим обязанностям.

Монахи, носившие сини одежды, вроде шевалье, занимались перепиской и переводом старинных фолиантов с разных языков в скриптории [78] . Многие старинные труды находились в плачевном состоянии, поэтому и нуждались в обновлении. Фолиантов было множество: по медицине на арабском языке, по истории на латыни и иврите, по астрологии на фарси, по литературе на греческом. Познания же Огюста, увы, ограничивались латынью и греческим.

Ему дали увесистый философский греческий фолиант для переписки и перевода на французский язык. Он добросовестно выполнял задание. Писал аккуратно разноцветными чернилами, первые буквы глав выделял замысловатыми цветными завитушками. Старший монах, брат Эдвард, следил за работой в скриптории. Посмотрев на переводы шевалье, сделанные в первый день, он остался доволен.

После того, как колокола часовни отзванивали вечерню, монахи собирались в специальном зале на молитву. После её завершения шли на ужин.

После ужина монахи расходились по своим кельям и предавались личным занятиям. В это время никто никого не тревожил. После нескольких дней пребывания в замке, Огюст начал понимать куда попал. Он предположил, что Инвернесс принадлежал ордену тамплиеров и был своего рода отделом, который собирал редкие древние фолианты, некоторые экземпляры были очень старинными, времён Первого крестового похода.

На основании своих наблюдений, шевалье сделал вывод: Инвернесс своеобразный энциклопедический отдел, в котором приводили в порядок интеллектуальное наследие, возможно, готовили для последующего использования. Но у него возникал естественный вопрос: «Какого именно? «Синие» монахи переписывали и переводили труды, которые можно просто прочитать для общего развития образованному человеку. Что же тогда переводили «зелёные»? И чем вообще они занимались? По иерархической лестнице они стояли на ступень выше «синих», значит, их работа была связана с более редкими или даже магическими фолиантами. О «терракотовых» Огюст пока не думал, – не всё сразу. Для начала, он решил прояснить ситуацию с «зелёными» братьями-монахами. У шевалье возникло чувство, что в замке не всё так просто, как кажется на первый взгляд новичка.