Чтение онлайн

– Это вредный сорняк!
– Дженкс повернулся ко мне, жужжа крыльями.
– Если он закрепится, ты никогда от него не избавишься!

Я поджала губы.

– Вот почему мне потребовалось так много времени, чтобы найти его!
– крикнула я.
– И не спрашивай меня, откуда я это взяла. Я никому не скажу.

Дженкс прищурился.

– Не приходи ко мне плакаться, когда он покроет твои драгоценные растения, ведьма, - пробормотал пикси.
– Эта штука убивает все, что застряло в земле.

– Хорошо, что ты убиваешь все остальное, - парировала я, затем смягчилась.
– Давай, Дженкс. Ты должен быть благодарен мне. Я нашла одно растение, которое ты пропустил, и выкорчевала его. Оно исчезло.

– Что такое «кишки дьявола»?
– нерешительно спросила Стеф, и Дженкс пристально посмотрел на меня, прежде чем сесть на надгробную плиту по другую сторону костра.

– Это особенно неприятное растение-паразит, которое свяжет растение с ключом от Пискари. И с этим запах пойдет туда, а не сюда.

– О!
– сказала она, переводя взгляд с одного на другого.
– Симпатическая магия.

– Черная магия, - пробормотал Дженкс, но он просто разозлился.

– Белая, - сказала я.
– Я просто посылаю приятный запах в Пискари, чтобы поприветствовать прибывшего мастера вампиров.
– Это была идеальная месть. Раздражение в лучшем виде и вряд ли заставит меня предстать перед судьей, даже если это было связано со мной. Но когда я приготовилась волшебным образом соединить растение и ключ, силуэт вороны, приземлившейся на стене кладбища, привлек мое внимание.

Моя улыбка исчезла, и, увидев это, ворон переступил с ноги на ногу. Вороны были хитрыми птицами, но обычно они не слонялись по ночам, наблюдая за кострами на заднем дворе. Это оставляло только один вариант.

– Черт возьми, Ходин, если это ты, я собираюсь вырвать у тебя все до последнего перышка и засунуть их туда, куда перья не должны попадать.

Дженкс испуганно вскочил. Его взгляд проследил за моим теперь уже указывающим пальцем, и его глаза расширились. Развернув крылья, он издал два пронзительных свиста, и все пикси в саду исчезли.

Прищурив глаза, я потянула линию. Ворона, должно быть, почувствовала это и, каркнув, упала на землю прямо в саду... и растворилась в луже перьев.

– Пресвятая матерь Божья, - прошептала Стеф, нащупывая мою соль для чар, высыпая ее в поспешный круг и призывая ее. Она наблюдала из-за зеленого барьера, как перья извергались фонтаном, образуя холм, который становился все выше и выше. В мгновение ока перья впитались и превратились в высокого, раздраженного демона, одетого в кожу и черные джинсы. Его красные глаза с козлиными щелочками уставились на меня, когда он смахнул остатки перьев со своих мягко вьющихся, очень длинных темных волос. На него падал лунный свет, и он каким-то образом казался подходящим.

– Это кладбище. Общественное место, - сказал он, его голос был таким же мрачным, как и все остальное в нем.
– Я могу быть здесь, если захочу.

– У меня есть документ, который говорит об обратном, демоническая сопля, - сказал Дженкс.
– Как долго ты здесь шпионишь за Рейчел?

Я посмотрела на кольца на его пальцах. Казалось, их было больше. Очевидно, он нашел, где творить чары.

– Ты помирился с Алом?
– спросила я и, когда он заколебался, добавила громче: - Ты придумал, как отделить душу Биса от баку?

На этот раз он поморщился, и мой гнев усилился.

– Тогда я не хочу с тобой разговаривать, - сказала я.
– Уходи. Назначь встречу. Я занята.

Стеф ахнула. Ага. Я выдвигала требования. Но последние две тысячи лет его где-то запирали за то, что он практиковал эльфийскую магию, и теперь он ужасно устарел. Они даже не пустили его в коллектив, а это означало, что ему приходилось полагаться на свои собственные проклятия. Однако он мог менять облик, как бешеная собака. Я не говорила, что он был безобидным, отнюдь, но наши встречи до сих пор были в основном... прилежными, а не напряженными. И мне не понравилось, что он неожиданно появился.

Ходин вздернул подбородок.

– Я очень сомневаюсь, что ты могла бы выполнить это требование.

– Да?
– Я потянула сильнее за линию, и из-за круга растение вытолкнуло еще два цветка.

– Эй, эй, эй!
– воскликнул Дженкс, и я отступила, пока не испортила всю свою ночную работу.
– Прежде чем вы двое начнете швыряться всякой всячиной, Ходин, чего ты хочешь?

Возможно, я ослабила лей-линию, но не отпустила ее и начала медленно собирать шар расфокусированной магии, спрятанный в моем сжатом кулаке. Я приподняла брови, когда поняла, что это заставляло кольцо Трента светиться, и, не желая, чтобы Ходин это видел, я вместо этого пропустила энергию через плечи и вниз к левой руке.

– То, чего он хочет, не имеет значения, если они с Алом все еще ведут свою маленькую войну, - сказала я, и Ходин пробормотал «Маленькую войну?» себе под нос, явно оскорбленный. Приложив кулак, напитанный магией, к бедру, я спросила: - Кстати, что это с вами двумя?

– То же, что и с тобой.
– Он взглянул на Стеф, съежившуюся за камнем, и гордо вздернул подбородок.
– Я свободно смешиваю эльфийскую и демоническую магию. Богиня - сука, но могущественная, и они загоняют себя в угол, игнорируя эльфийскую магию.

– Это нечто большее, иначе меня бы избегали вместе с тобой, - сказала я.
– Что ты сделал?
– Мои брови поползли вверх от гнева, вспыхнувшего в нем.
– Или это то, чего ты не сделал?

Губы Ходина дрогнули.

– В мире не так много Бримстона, чтобы одурманить меня настолько, чтобы я рассказал тебе, - надменно сказал он.
– Ты обещала заступиться за меня. Я здесь, чтобы убедиться, что моя инвестиция не убивает себя старым, устаревшим, древним проклятием, которое она нашла в задней части шкафа.

Мое раздражение испарилось, когда я вспомнила переполох в коллективе. Нервничая, я взглянула на цветущую лилию, прежде чем позволить магии, собранной в кулаке, замерцать и погаснуть.

– Они доставляют тебе неприятности?

– Нет, - коротко ответил он, похоже, тоже расслабившись.
– Но это может быть потому, что я прятался на твоем кладбище последние три месяца. Нас осталось чуть больше четырехсот, и все они трусы. Дай им повод игнорировать проблему, и они это сделают.

Я не была уверена, имел ли он в виду, что спрятался здесь под моей защитой, потому что они не рискнули бы вывести меня из себя, выставив его, или что они были слишком ленивы, чтобы что-то делать, если он не доставлял им неприятностей. В любом случае, это не было комплиментом.