Чтение онлайн

Это был голос Тритон, и я отшатнулась, споткнувшись и упав. Он превратил себя в образ Богини, моего самого большого страха, чтобы отпугнуть меня. Сработало. Мой пульс стал бешеным. Не имело значения, что я знала, что это был Ал; я была напугана до смерти. Она чуть не убила меня. Несколько раз. Тритон стала ею, чтобы спасти меня.

– Убирайся, или я убью тебя на месте!
– сказал он, подняв руку к черным и кипящим небесам, словно желая низвергнуть сам ад.

Сверкнула молния, и когда моя душевная боль усилилась, пошел дождь холодными, тяжелыми каплями.

Я встала. Глаза наполнились слезами. Я сказала себе, что это из-за его взгляда, слишком яркого, чтобы на него смотреть. Я подняла подбородок, моя хватка на линии усилилась.

– Нет, ты этого не сделаешь, - сказала я, затем убрала со рта растрепанную ветром прядь волос.
– Я нужна тебе, Ал. Никто больше тебе не доверяет. За исключением, возможно, Рэй и Люси, и не смей разрушать это, чтобы ты мог погрязнуть в своей вечеринке жалости в одиночестве. Мы знаем, что ты хороший. Пожалуйста. Позволь мне остаться. Позволь мне попытаться найти способ...

– Arraggge!
– взвыла фигура, вытягиваясь к небу.

Выражение моего лица стало пустым.

– Пайк! Ложись!
– Я закричала от настоящего страха, когда энергия накапливалась. Развернувшись, я сделала выпад, сбив его с ног. Мы ударились о землю, и я подняла глаза, когда Ал закатил истерику, потоки энергии, вдохновленные Тритон, исходили от него, ударяя по деревьям и ползая по нижней части облаков.

– Оставь меня!
– закричал он, его голос был жуткой смесью безумия Тритона и его непоколебимого рева.

– Нет!
– крикнула я в ответ, а затем взвизгнула, почувствовав, что меня засунули в лей-линию.

«Пайк», в панике подумала я, но он все еще был со мной, и я окружила нас защитным пузырем, съежившись, когда раскаты грома превратились в эхо линии.

Ал бросил меня в лей-линию. Я позволила ему, веря, что он не оставит меня здесь, чтобы попытаться выбраться без Биса. В последний раз, когда я так сделала, то провела лей-линию через замок Лавленд и сожгла свои синапсы до такого состояния, что на восстановление ушло три дня.

Но ничего не изменилось. Ничего не изменилось, и я почувствовала укол беспокойства, когда линия зашипела и отозвалась эхом в моих мыслях. Сердечная боль снова захлестнула меня. Он бросил меня. Он засунул меня в линию и бросил!

«Ал?» подумала я, ощутив страх - блестящий и горький, как яркое серебро.

И затем, как только я собралась с духом, чтобы попытаться сбежать из линии, почувствовала, как моя аура изменилась. Огонь вспыхнул в моей душе, когда меня вытолкнули наружу. Я ударилась коленями о холодную цементную площадку. Задыхаясь, я опустила голову и уставилась на этот дурацкий пакет с едой на вынос в руке. Глухой удар и тихий стон боли рядом со мной - это был Пайк.

Сердце учащенно забилось. «Он мог убить меня», - подумала я. И мое доверие к Алу позволило ему это сделать.

Но он этого не сделал, и я посмотрела на Пайка сквозь свои спутанные волосы. Его глаза встретились с моими, зрачки потемнели от гнева.

Я услышала крик чайки. В воздухе чувствовалась соль… должно быть, это было нечто большее, чем мои слезы на губах. Я чувствовала запах дохлой рыбы, а свет был почти болезненно ярким. Нас окружали люди, кто-то разговаривал шепотом, кто-то кричал, но все они были в одинаковых белых туфлях на плоской подошве.

Я села на корточки, держа в руке пакет Ала с едой на вынос.

– О, черт, - прошептала я, и Пайк, пошатнувшись, встал, прижимая к боку опухшую, исцарапанную руку.

Но я стояла на коленях, уставившись на толстую, грузную женщину, пробивающуюся сквозь кольцо оранжевых комбинезонов, окружающих нас. Я узнала шум прибоя. Я знала эти уродливые униформы. Я знала ощущение этих зачарованных серебряных браслетов на их запястьях и запах гнилого красного дерева. Черт возьми, я даже знала эту женщину, и когда она встала передо мной, сложив на груди мускулистые руки тети Ленор, а в ее глазах появился дерзкий взгляд, я медленно поднялась на ноги.

– Каким-то образом я знала, что ты все равно вернешься сю-ю-юда-а, - протянула женщина с сильным деревенским акцентом, усмехнувшись.
– Шутка ли, я не думала, что это произойдет так скоро. Сжав руки в кулаки, она не сводила с меня глаз.
– Мэри, отвлеки охранников. Нам с Солнышком нужно кое-что закончить.

Я вздохнула, подняв руку, чтобы попытаться отговориться от этого. Ал сделал больше, чем просто выкинул меня. Он хотел причинить мне боль, как я, очевидно, причинила ему. И когда я посмотрела на отчаянные, нетерпеливые лица, то решила, что ему это удалось.

– Где мы?
– спросил Пайк, и тогда я покачнулась, отпрыгивая назад, когда тетя Ленор замахнулась.

– В Алькатрасе, - сказала я, морщась, когда окружающие ведьмы кричали о моей крови, довольные тем, что Ленор нашла ее для них.

Глава 17

– Алькатрас, Сан-Франциско?
– недоверчиво произнес Пайк, хотя мы были окружены оранжевыми комбинезонами и ужасающим отсутствием средств для укладки волос. Я никогда не была во дворе, но это было то место, где мы, вероятнее всего, оказались, тень от стен от заходящего солнца холодом ощущалась на цементе.

Ленор снова замахнулась на меня, и я пригнулась, метнувшись влево. Если бы это был кто-то другой, я бы пнула женщину, но тетя Ленор была как стена.

– Да, - сказала я, когда безликая заключенная пихнула меня обратно, крича, чтобы я надрала ей задницу.
– Как только я здесь закончу, проведу тебе экскурсию.

– Зачем ты привела нас сюда?
– сказал Пайк, затем впился взглядом в мужчину, толкающего его, пока парень не побледнел и не нашел другое место, чтобы встать и кричать на меня.
– Алькатрас – женское отделение?

– Это была не моя идея.
– Я дернулась вправо и пригнулась.
– Один объект, где высок риск бегства, - пустая трата денег, два - непомерно высокая стоимость на содержание ведьм. Мы можем выбраться практически из чего угодно.

– Прекрати двигать своей тощей задницей!
– протянула Ленор.
– Аррргх!
– воскликнула она, подходя ко мне с широко раскинутыми мускулистыми руками, чтобы заключить меня в смертельные медвежьи объятия. Она впечатляюще топала толстыми ногами, когда раскачивалась взад-вперед, приближаясь шестидюймовыми шагами, предназначенными для устрашения. Сработало.
– Теперь ты стоишь смирно, - протянула она, ее акцент был резким и грубым.
– Я раздавлю тебе хребет, Солнышко.