Чтение онлайн

– Больше десятки не дам, - помедлив, решился мой друг.

– Не жмись, - потеряв ко мне интерес, обратился субъект к моему товарищу.
– Ты же слышал: он совсем новый. Давай за двадцать.

– Пятнадцать, - поднял цену Тимур.

– Двадцать, - упорствовал незнакомец.

– Восемнадцать, или ищи другого дурака, - нахмурился мой друг.

– Идет!
– просиял грабитель.

Автомобиль остановился. Отвлекшись от экрана, я выглянул в окно и увидел, что мы заехали в какой-то двор между многоэтажками.

Тимур оторвался от руля и, пошарив в бардачке, вынул толстую пачку денег. Я часто видел, как он проделывает этот фокус, и с каждым разом пачка, вроде бы, становилась только толще, но никогда не интересовался, откуда у него столько. Это бы нарушило наш негласный договор не лезть в личные дела друг друга, коим я очень дорожил.

Отсчитав восемнадцать тысячных бумажек, Тимур вручил их улыбающемуся парню.

– Если ещё что подымешь - приходи, - предложил мой товарищ.

– Конечно, - весело ответил тот и, пожав нам на прощание руки, покинул автомобиль.

– Ну, - после небольшой паузы, выехав обратно на улицу, заговорил Тимур, - и сколько он на самом деле стоит?

– Сорок.

– Шикарно.

– Угу. Так что одним пивом не отделаешься. Гони косарь.

Тимур фыркнул, но всё-таки на ходу вынул из бардачка ещё одну бумажку и, не оборачиваясь, потянул мне.

– Благодарю, - произнёс я, убирая заработок в карман.

– Хорошая у нас компания.
– В зеркале заднего вида было видно, что Тимур скабрезно улыбается.

– Ага, скупщик краденного и мошенник. Нам суждено было встретиться.

– Он в самом деле новый?

– Да, тут даже жесткий диск совсем пустой. Полтора гига всего занято, если не считать операционку.

Я выключил компьютер и убрал в сумку.

– Ты до сих пор в том магазине работаешь?
– спросил Тимур.

– Ага. Коплю на сессию.

– С твоими мозгами ты бы и сам мог сдавать.

– На кой черт мне это надо?
– пожал я плечами.
– Проще заплатить.

– Ты же последний год, вроде бы, учишься?

– Ага.

– А потом что планируешь?

– Потом пошлю диплом матери по почте с запиской: "Хотела - получи".

Тимур усмехнулся.

– Работать по специальности не будешь, конечно же.

– Нет. Меня тошнило от нашей правовой системы ещё до того, как я начал её изучать. И с годами лучше не стало. А у тебя вообще как всё?

– Да как-то так же, - неопределенно ответил Тимур, заворачивая в очередной двор.

На сей раз место я узнал: мой друг жил в серой девятиэтажке, подле которой мы остановились.

– Сумку захвати, - напомнил друг, заглушив мотор.

Перекинув ремень сумки через плечо, я вышел из автомобиля. Конечно же, я успел забыть о том, как чудо техники выглядело снаружи, и нечаянно стер плечом слой грязи с двери.

– Каждый раз одно и то же, - иронично прокомментировал Тимур, наблюдая, как я матерюсь и пытаюсь отряхнуть футболку.

Если бы мой ответ услышал какой-нибудь праведник, ему бы пришлось мыть уши святой водой, чтобы вернуть себе надежду на место в раю. Тимур расхохотался.

– Я запомню это. Ты, конечно, злобный хрен, но дружить с тобой полезно: ты расширяешь мой словарный запас, - давясь со смеху, проговорил он.

– Дружить со мной экономически выгодно, - остывая, напомнил я.

– И то верно. Пошли уже.

Тимур обитал на втором этаже, в угловой двухкомнатной квартире. Вроде бы она принадлежала его отцу, уже несколько лет жившему где-то за границей, но я не был в том уверен, а уточнять не видел смысла. На практике это выливалось в то, что жил мой друг, как и я, совсем один, если не вспоминать о его периодически меняющихся подружках. Впрочем, я никогда не считал их людьми, и помнил о них, лишь когда те попадались на глаза. Сейчас же, судя по щетине товарища, он временно обходился без женского внимания.

В общем, пять минут спустя мы уже развалились на старом и скрипучем, но все ещё мягком диване перед телевизором, прихлебывая из высоких стеклянных стаканов порошковый алкогольный напиток, лицемерными производителями называемый "пивом", и закусывали его горечь солеными трупами кальмаров. Колдовская коробка что-то бормотала об очередном визите президента в неведомые дали, где всё ещё хуже, чем у нас, но мы её не слушали. Недобросовестно приобретенный ноутбук лежал на низком журнальном столике пред нами, больше используемом не для складирования макулатуры, а для укладывания на него ног.

– У тебя с деньгами как?
– спросил Тимур, разглядывая содержимого своего стакана.

– Плохо, - признался я.
– А что?

– У меня тоже плохо. Надо бы что-нибудь сообразить на пару.

Я напомнил о недавно виденной пачке купюр.

– Да то ерунда, - отмахнулся Тимур.
– Только долги раздать. А у меня тут проблема нарисовалась...

Мой товарищ замолчал, и было видно, что ему неловко продолжать. Я молча потягивал пенистый яд из стакана, позволяя ему собраться с духом.

– Вика от меня беременна.

– Поздравляю, - невозмутимо сказал я.

– Да иди ты! Надо ей денег на аборт дать.

– Да уж, ребенок от этой шлюхи тебе точно не нужен, - не мог не согласиться я.
– Что, много надо?

– Не очень, просто скорее надо соображать. А то поздно будет.

– Ну так в чем проблема? Дай из того, что есть, с долгами потом разберешься. Или тебе всё-таки хочется малютку понянчить? Уверен, из тебя получится великолепный отец.

– Хватит издеваться, - обиделся Тимур.

– Ладно, не буду, - легко пообещал я.
– А с чего ты взял, что ребенок от тебя?

– Да я сам всем её ухажерам лица поразбивал, больше не от кого, - угрюмо пояснил друг.

– Значит, это тебе божья кара за жадность, ибо Иисус учил людей делиться.

– Я уже раскаиваюсь, что рассказал тебе.

– Раскаяние - первый шаг к искуплению, ты на верном пути.

Мы некоторое время помолчали, потом одновременно рассмеялись.