Демон шарлатана. Часть первая
Шрифт:
Демоница обняла меня и притянула, наполовину усадив, наполовину положив на себя. Я выл и натужно сквернословил, обещая немедленно сдохнуть.
– Тише, любимый, - шептала муза мне на ухо, - ты не умрешь. Терпи, Макс, любовь моя.
– Ты впервые назвала меня по имени, - сквозь стиснутые зубы выдавил я, как будто наблюдательность имела значение.
– Прощаешься, что ли?
– Нет, любимый.
Она запустила руку в карман моих брюк и вытащила телефон. Несколькими секундами позже, муза уже общалась с диспетчером скорой помощи, хотя для меня эти мгновения от ужаса перед возможной гибелью тянулись часами.
Дьяволица спросила у меня адрес, но я никак не мог вспомнить, и ей пришлось исчезнуть, уложив меня на пол. Мука помешала сосчитать, сколько времени она отсутствовала, бесплотным духом отыскивая табличку с номером дома и улицей, но когда всё же возвратилась, то вернула меня в прежнее положение и сообщила незримому собеседнику необходимую информацию.
– Вот и всё, любовь моя, - шептала она, зажав мою рану. Магия ли тому была причиной, или ещё что, но кровь почти не сочилась из-под её пальцев.
– Теперь нужно только немного потерпеть.
– Я ведь управлял тобой, - пробормотал я, положив свою правую ладонь поверх её. Левая рука всё ещё почти не слушалась.
– Когда зелёный огонь... все твои движения... так, как я хотел, ты делала...
Мои отяжелевшие веки стремились сомкнуться, будто я не спал несколько месяцев. Неподъёмный язык ворочался во рту замерзшим удавом, и только мысли в голове сохраняли подобие покорности.
– Это ты... делаешь?
– догадался я.
– Усыпляешь?
– Да, любимый, - созналась демоница.
– Не сопротивляйся, это спасёт от боли.
– Я... не хочу умирать.
Никогда в жизни я не чувствовал такого стремления жить, как в те минуты, когда ощущал, как части моего тела поочередно замирают и перестают повиноваться. В плену онемевшей плоти я ощущал себя погребённым заживо. Ужас и боль складывались, рождая стремление бежать, но сил покориться ему не имелось.
– Ты не умрешь. Обещаю.
И я закрыл глаза, отдавшись тьме.
Ведь у меня не было выбора. Ни у кого нет.
Конец первой части.