Чтение онлайн

Огненные кнуты ударили по корпусам, рвали паруса, плавили броню. Первые же секунды превратили пару кораблей в разваливающиеся факелы, осыпающие искрами и обломками.

Второй залп обрушился на них еще до того, как отгрохотали все взрывы после первого. Мы не давали им и секунды на передышку.

Энергетические снаряды и залповые очереди артефактных пушек рвали в клочья корпуса. Третий корабль — тяжелый корсар «Буревестник» — получил попадание в носовую орудийную батарею, и цепная реакция взорвала его изнутри, разметав горящие обломки по соседним судам.

Хаос достиг апогея. На палубах атакованных кораблей, наконец, началась лихорадочная деятельность. Фигурки людей, похожие на раздавленных муравьев, метались у орудий, пытаясь сорвать брезентовые чехлы и зарядить пушки.

Кое-где уже вспыхивали ответные зарницы выстрелов, но они были беспорядочными, неточными — панической реакцией, а не организованным огнем.

Четвертый залп наш клин выпустил почти в упор. Мы сблизились, пользуясь их дезориентацией. Я видел, как энергетический сгусток с «Голубя Войны» удачным попаданием прошил насквозь корабль, и тот, не взорвавшись, просто начал разламываться пополам.

Девятый корабль лишился кормы и беспомощно закрутился, вываливая за борт обломки и тела.

Девять кораблей из сорока пяти перестали существовать как боевые единицы, прежде чем их экипажи вообще поняли, что происходит. Еще пять дымились, получив критические повреждения: у одного был оторван носовой обтекатель, у другого горели двигатели, третий беспомощно висел с разорванными бортами.

Но пираты были не новичками. Шок начал рассеиваться, уступая место ярости и инстинкту самосохранения. На уцелевших кораблях, наконец, взревели двигатели, выводя их из столбняка.

Капитаны, оставшиеся в живых, пронзительно орали приказы в переговорные устройства. Орудийные порты захлопывались, щиты — те, что уцелели, — загорались тусклым, но стабильным светом.

Первый сконцентрированный ответный залп пришелся по левому флангу нашего клина, где держались корабли Дейларга. Энергия брызнула сферой, столкнувшись с его щитами, и один из фрегатов Дейларга клюнул носом, из его борта повалил густой черный дым.

Второй залп, менее организованный, но не менее яростный, приняли на себя корабли Валаоники. Они резко сманеврировали, уходя из-под огня, но несколько импульсов все же достигли цели, оставив на их броне глубокие, оплавленные борозды.

Бой начался. Теперь это была не бойня, а схватка. Пусть мы и выбили из строя почти треть их сил до начала, но оставшиеся три десятка кораблей были полны решимости отомстить.

Пространство между нашими группами превратилось в сплошное месиво из энергетических разрядов, трассирующих очередей и летящих обломков. И каждый их залп был напоминанием, что цена нашей победы будет измеряться не только их, но и нашей кровью.

Как минимум потому, что продолжать это сражение как чисто-корабельное было для нас крайне невыгодно, а значит оставалось только пойти на абордаж.

С пяти наших кораблей в ночную пустоту хлынул поток силуэтов. Более пятисот Артефакторов взмыли в воздух, оставляя за собой короткие шлейфы светящейся маны.

Мы были похожи на рой разъяренных ос, вылетевший из потревоженного гнезда, почти невидимые в кромешной тьме, если не считать мерцания наших щитов и энергетических следов.

— На них! — мой голос, усиленный татуировкой-рупором, прорвал радиопомехи. — Держите строй! Силар, правая группа, дави их тяжелые фрегаты! Ярана, левый фланг, не дай им охватить нас!

Я рванулся вперед. Мои артефактные татуировки засветились, формируя вокруг меня пульсирующий энергетический кокон. Рядом со мной, с громовым ревом, пронесся Силар.

Его массивная фигура парила в невесомости с удивительной грацией, а в каждой руке он сжимал по двуручному мечу, которые в его руках казались легкими и изящными.

— Вижу цель! — прорычал он, и его группа из сотни бойцов ринулась за ним, как таран, на два самых крупных уцелевших фрегата.

Слева Ярана, похожая на серебристую молнию, вела своих стрелков и скоростных бойцов.

Тем временем наши корабли под командованием Бардо и Хамрона начали свой танец. Двигатели взревели и корабли резко ушли вниз, позволив вееру вражеских выстрелов прошить пустоту над их палубами.

Восемьдесят бойцов ранга Истории, не участвовавших в атаке, метались по палубам, управляя экранами и перенаправляя энергию щитов. Они не могли сражаться в открытом Небе наравне с нами, но их навыки были жизненно важными для выживания кораблей.

Вслед за нами ту же тактику применили Валаоника и Дейларг. С их десяти кораблей взлетели свои Артефакторы — еще несколько сотен фигур, устремляющихся в бой. А сами корабли, оставшись под управлением скелетных экипажей, начали отход, маневрируя, чтобы выйти из зоны прямого огня и не мешать своей пехоте.

Пространство превратилось в сумасшедший калейдоскоп. Взрывы кораблей освещали сцену на мгновения, выхватывая из тьмы сталкивающиеся группы Артефакторов.

Силар врезался в борт фрегата, его мечи, словно гигантские консервные ножи, вскрывали броню. Ярана и ее отряд, как игла, пронзили оборону другого корабля, и там началась жестокая рукопашная схватка на палубе.

Я летел сквозь этот хаос, мои татуировки выстреливали сгустки энергии, сбивая вражеских Артефакторов, пытавшихся атаковать наши корабли. Все вокруг было движением, огнем и криками, доносившимися через общий канал.

Трое членов совета вышли на меня почти одновременно, вынырнув из хаоса боя, словно призраки, рожденные из огня и тлена. Шейла Золотница, чье тело было унизано сияющими золотыми амулетами, Солвас Мрак, закутанный в плащ, поглощающий свет, и Карника Яростная, с двумя огромными, дымящимися топорами в руках.

Они атаковали с разных сторон, пытаясь зажать меня в клещи. Лучи Шейлы прошили пространство, но мои щитовые татуировки активировались, создав барьер из мерцающей золотой энергии, который отразил атаку с пронзительным визгом.

В тот же миг черная сфера в руках Солваса ударила мне в спину, пытаясь поглотить мою ману, но золотые нити Маски на груди вспыхнули, и темнота отскочила, словно наткнувшись на раскаленное железо.

Я развернулся, едва успевая парировать двойной удар топоров Карники, скрестив предплечья. Ее клинки со скрежетом отскочили от щита, а я использовал импульс, чтобы отлететь назад, создавая дистанцию.

Но пока мое тело реагировало на атаки, мое сознание было немного не здесь. Через «Юдифь» я прекрасно видел всю картину боя. Интересовали меня, однако, не все его участники, а только бойцы моего батальона, участвующие сейчас в своем первом полноценном сражении в таком составе.